Дмитрий Распопов – В синем море, в белой пене (страница 20)
Ответа от короля нам пришлось ждать почти две недели, за которые, не выдержав бесполезной траты времени, Каррильо де Акунья простился со мной и уехал обратно в Кастилию, где у него была куча дел, я же спокойно занимался с Гвидо фехтованием, проверял работу своих ломбардов и банков, встречался по торговым делам с иудеями и маврами, в общем тоже не сидел без дела. Так что вызов короля к себе, не был для меня облегчением от долгого, бесполезного ожидания.
В этот раз разговаривали мы с ним в небольшом зале, где присутствовали только члены Военного совета и ни одного каталонца рядом не было.
— Маркиз, — король кивнул, принимая мой низкий поклон, — мы подготовили ответ королю Хуану.
— Буду готов его отвести в любое время, Ваше высочество, — ещё раз низко поклонился я.
— Наш ответ — нет, — гордо сказал он, явно не своё решение, — мы будем воевать, пока мой собрат не поймёт, что наши силы превосходят его.
— Хорошо, Ваше высочество, я передам ему всё слово в слово.
— Также мы поговорили с архиепископом Каррильо де Акунья, до его отъезда, — продолжил король, — он весьма высоко отозвался о ваших обязанностях посла и отстаивании наших интересов.
— Я благодарен его преосвященству за такие тёплые слова, — ответил я, — но он постарался при этом не меньше меня, так что моя заслуга тут минимальна.
— И всё, же, мы довольны вами маркиз, — поблагодарил меня король, не наградив при этом ни золотом, ни титулом, не дав какую-нибудь землишку завалявшуюся, — можете просить у нас что хотите.
Видя взгляды его советников, я прекрасно понял, что «что хотите» значило, «король поблагодарил и хватит с тебя», так что поклонился и ответил.
— Поскольку начнётся война, в которой мои знания весьма посредственны, Ваше высочество, в отличие от дипломатии, то разрешите мне после того, как я передам ваш ответ королю Арагона, отлучиться ненадолго в Рим? Там заболел один мой друг, я хочу его навестить.
Король, радостный оттого, что я не стал просить чего-то больше, тут же ответил, что, конечно, он даёт мне такое разрешение. Поблагодарив его и откланявшись, я пошёл собираться, пока он не передумал. С Энрике это бывало слишком часто, особенно когда рядом ему на ухо нашёптывали разные непрошеные советы, так что мне следовало поторопиться.
Глава 12
Вечный город был словно отгорожен от суеты всего мира, вспыхнувшей чумы и прочих неприятностей, мало волнующих Рим, пока это всё, разумеется, не коснулось его самого. Наведённый моей железной рукой порядок, под влиянием постоянно конфликтующих могущественных семей, а также слабого текущего руководства города, снова растворился в гуще конфликтов, поскольку я тут и там видел вооружённые отряды на улицах, которые ранее по моему указу не должны были даже появляться тут.
Поскольку со мной были оба врача, я ехал с ними в повозке, а не на Телекуше, который свободно шёл рядом, изредка выпрашивая у меня вкусняшки в виде изюма. В отличие от меня, коню явно нравилось путешествовать, так что он с большой радостью старался быть там, куда направлялся я и крайне негативно реагировал, когда его хотели привязать или куда-то запереть, став таким образом настоящей грозой конюхов, так что мне пришлось всегда теперь брать с собой ещё и Абелардо, с которым он вроде как подружился.
— К дворцу кардинала Родриго Борджиа? — подъехав ближе, поинтересовался у меня Бернард.
— Думаю да, если он приютит нас у себя, то уже не будем искать другое место, — ответил я и барон отправил солдат спрашивать дорогу, поскольку я ему также сказал, что скорее всего Родриго купил себе ещё дом, поскольку прошлый раз мы остановились в новом месте.
Я оказался прав, многие прохожие сказали, что кардинал живёт теперь в районе Кампо-Марцио, так что мы направились туда. В этом районе, где раньше в древнем Риме было Марсово поле, собралась только одна элита, здесь находились знакомые мне дворцы многих семей из родов Орсини, Колона, а также других старых родов, и вот теперь сюда переехал ещё и Родриго. Со своим зрением я сразу заметил знакомый герб с быком на фасаде одного из многоэтажных дворцов и показал туда рукой.
При нашем приближении множество слуг высыпало за ворота, интересуясь у солдат передового отряда, кто это прибыл. Услышав моё имя, часть бросилась в дом, часть открывать шире ворота.
Меня встречал неизвестный мне итальянец, представившийся, как управляющий дворцом Родриго.
— К сожалению его преосвященство находится на совещании курии, ваше сиятельство, — низко кланялся он мне, — но у меня есть от синьора Борджиа давнее распоряжение, что если приедет кто-то от вас или же вы сами, устраивать сразу в лучших комнатах, не дожидаясь его отдельного приказа.
— Поблагодарю его преосвященство, за такую щедрость, — кивнул я, давая приказ всем своим, что мы остаёмся здесь.
Бернард и Ханс пошли заниматься выставлением охраны, организацией постов, а меня повели в комнаты, в которых слуги бросились делать влажную уборку и менять бельё, которое и так было чистое, я видел, что других гостей в большом дворце вроде как не было.
— Приготовить вам обед, ваше сиятельство? — суетился рядом со мной управляющий.
— Нет, спасибо, — покачал я головой, — подожду возвращения его преосвященства.
— Синьор Борджиа может вернуться весьма поздно, ваше сиятельство, — ответил он, — давайте хотя бы лёгкие закуски прикажу вам приготовить.
— Хорошо, благодарю вас любезный, — улыбнулся я мужчине, затем подумав, снял с пальца один из перстней и протянул его ему, — я весьма скромен в своих желаниях, так что можете сильно не переживать за моё устройство.
Драгоценность исчезла в его руках, и он с улыбкой поклонился мне.
— Обращайтесь по всем вопросам, сразу ко мне, ваше сиятельство, дом его преосвященства всегда рад его гостям.
— Благодарю вас, — кивнул я, поблагодарив римлянина и он, оставив меня отдыхать, с низким поклоном удалился.
Возвращаясь из Апостольского дворца, Родриго тихо обсуждал с кардиналом Аленом де Коэтиви нынешнее решение папы ещё более усилить давление на европейских правителей для того, чтобы подготовка к Крестовому походу против Османской империи шла более эффективно. Именно поэтому бретонца отправляли ко двору Людовика XI, чтобы он обозначил королю желание папы.
— Хочешь ты этого или нет Родриго, но войне всё равно быть, — заметил кардинал-священник Санта-Прасседе, — если не в следующем году, то через год точно. Святой отец торопит всех так, словно если этот Крестовый поход не состоится, то его не впустят в рай.
— Я видел доклады из Венгрии и Светлейшей, — вздохнул вице-канцлер, — и вынужден признать Ален, что ты прав. Папа слишком активно уговаривает и угрожает всем вокруг, являясь главной двигающей силой этого похода.
— Мне придётся как-то убеждать Людовика, что ему это тоже нужно, — скривился француз, — хотя я тебе рассказывал, насколько тот скользок: говорит одно, думает другое, а делает вообще третье. Поэтому как ему что-то доказывать, я вообще даже не представляю себе.
За разговором повозка, везущая двух кардиналов, подъехала к новому дворцу Борджиа, который недавно прикупил его себе, поскольку денег со сделки по квасцам ему ежемесячно падало столько, что он физически не мог их потратить.
— На тебя напали? — удивился Ален де Коэтиви, увидев посты швейцарцев, которые стояли на протяжении всей стены дворца, а также ещё и дополнительные патрули из них же, которые очищали улицы от всех вооружённых отрядов.
— Иньиго приехал, — Родриго сразу понял, что за непонятная активность происходит в его собственном доме.
— Да? — обрадовался бретонец, — буду рад его видеть, я тут недавно разговаривал с патриархом Венеции, он мне такого про твоего друга понарассказывал, что я ещё долго не мог прийти в себя после этого. Хотелось бы выслушать эту историю от него самого.
— Это да, — закивал сам Родриго Борджиа, — провести неделю среди больных чумой и проказой, чтобы навести порядок и позаботиться об их судьбе, может точно не каждый.
— Согласен, — кардинал перекрестился, — интересно, что привело его в Рим? Решил заняться написанием Вульгаты? Ты ведь ему говорил о разрешении на это от папы?
— Конечно, — Родриго покачал головой, — он ответил, что пока занят разборками в Кастилии, но как будет время, обязательно этим займётся.
— В любом случае будет интересно с ним встретиться, — епископ Авиньона улыбнулся в предвкушении встречи с крайне интересным челноком, пусть и не совсем стандартной внешности.
— Ваше преосвященство! — как только мне сказали, что хозяин приехал, я тут же сам направился его встречать, поскольку хотел сделать ему приятное. Понятное дело маркиз по идее не должен бегать туда-сюда, но всё же мы с Родриго были друзьями, так что я подумал он оценит моё внимание.
— Иньиго, можешь говорить свободно, — широко улыбающийся кардинал, сам поспешил ко мне навстречу и обнял, — Ален полностью свой человек.
— Ваше преосвященство, рад снова вас видеть, — поклонился я и епископу Авиньона.
Кардинал Ален де Коэтиви протянул мне руку, и я с готовностью поцеловал перстень на его руке. Мне чужда была спесь, особенно в присутствии кардиналов, к которым можно было, а главное нужно было подлизываться, ведь впереди нас ждали не одни выборы пап.