Дмитрий Распопов – В синем море, в белой пене (страница 21)

— Мы с Аленом решили поужинать у меня, заодно обсудить то, что происходило сегодня на курии, — сказал Родриго.

— Я вам не помешаю? — скромно поинтересовался я, на что получил ответ, что, разумеется, нет.

Пройдя вместе в огромный обеденный зал, мы сели за большой стол рядом друг с другом. Куча слуг, быстро заставила стол десятком блюд разнообразной еды, и я потянул себе в тарелку всего понемногу.

— Так что привело тебя в Рим? — поинтересовался у меня Родриго Борджиа, закусывая куриной ногой, оторванной от тушки.

— Хочу получить благословение Святого отца на паломничество к Гробу Господню, — скромно сказал я, кусая кусочек твёрдого сыра.

— Кх-к-к, — подавился своим куском Родриго, закашлявшись. — Что? Зачем?

Ален де Коэтиви улыбнулся и поправил его.

— Нет, конечно, это богоугодное дело и мы всячески приветствуем твоё решение Иньиго, но и правда, зачем оно тебе?

— Я не один туда пойду, — улыбнулся я, — а со своими кораблями.

На лицах обоих кардиналов показались улыбки, Родриго Борджиа покачал головой.

— А-а-а, так бы сразу и говорил, а то я чуть не подавился.

— Про корабли говорю только вам, — предупредил я их, — для остальных, я отправляюсь в паломничество.

— Разумеется, — заверил меня бретонец, — мы будем молчать.

— Цель похода? — деловито поинтересовался у меня Борджиа.

— Я приказал своим людям покупать долго хранящиеся пряности, — ответил я максимально честно, — поскольку хочу перерезать хоть бы на время поставки пряностей от арабов и турок из Африки в Европу. Цена на них возрастёт — мои люди продадут всё купленное ранее по более высоким ценам.

Кардиналы переглянулись.

— Это ты хорошо, что нас предупредил об этом, — удивился Ален де Коэтиви, — нужно будет тоже сделать запасы.

— Я поэтому и приехал в Рим, — улыбнулся я, — обговорить этот момент с Родриго, чтобы он предупредил своих друзей о такой возможности. Разумеется, не факт, что у меня это получится, но вероятность такая есть, поскольку у меня опытные капитаны и хорошие корабли.

— Благодарю тебя мой друг, — улыбнулся мне Борджиа, — это весьма ценная информация, которой я конечно же распоряжусь со всей возможной осторожностью.

— Ну и конечно, если у меня получится, то навестить Иерусалим было бы тоже неплохо, — добавил я, — но цели такой основной у меня нет, посмотрю уже по факту.

— Я теперь понимаю, для чего тебе нужно официальное благословение папы, — покивал головой Ален де Коэтиви, — чтобы отвлечь внимание от твоих кораблей и главное, чтобы люди не задавали вопросов, что ты делаешь в том регионе.

— Всё верно, ваше преосвященство, — согласился я с ним, — так что, организуете мне встречу со Святым отцом?

— Конечно, когда бы ты хотел?

— Завтра я планировал заняться своими делами, связанными с типографией, — задумался я, — но вот через пару дней было бы само то.

— Я организую тебе тогда встречу в эту пятницу, — заверил меня Родриго.

— Благодарю тебя, мой друг, — склонил я голову, меняя тему, — у вас как дела?

— Всё так же, — хмыкнул он, — интриги, борьба за влияние при папе, распределение должностей среди тех, кто будет тебе обязан, в общем ничего для тебя интересного.

— Если только то, что папа всех торопит с этим своим Крестовым походом, — продолжил за него епископ Авиньона, — пишет гневные письма, рассылает послов и прочее, но пока без особого эффекта, поскольку короли не сильно спешат присоединиться к его благородному порыву.

— Моя помощь вам в чём-то нужна? — поинтересовался я, — поскольку меня достаточно долго потом не будет в Европе.

Родриго Борджиа задумался, но затем покачал головой.

— На удивление мой друг, нет, — вздохнул он, — то, что выстроил ты, работает стабильно. Квасцы продаются, деньги постоянно с этих контрактов поступают на мой счёт. Мне нечего больше у тебя просить.

Я удивился, но вида не подал, что он рассказал Алену де Коэтиви о квасцах и своём участии в этой сделке, видимо они и правда так сблизились, что француз теперь был близким другом Родриго.

— Если о делах всё, то расскажи нам пожалуйста о своём путешествии в Венецию, — попросил у меня французский кардинал, — поскольку то что рассказали мне о тебе, просто удивительно.

Я улыбнулся и конечно же рассказал всё, что касалось своей помощи Ордену Святого Лазаря, разумеется, без упоминания остальных своих махинаций с больными и их вещами.

Кардиналы слушали, ахали, удивлялись и качали головами.

— И ты совсем не боялся заразиться? — поинтересовался у меня Родриго, когда я закончил свой рассказ на том, что моя помощь с больными пригодилась ещё и при выборах дожа, так что если что, я готов послом в Светлейшую сгонять при случае.

— Конечно боялся, я же обычный человек, — соврал я тут же, — но ты же знаешь меня, из-за своей внешности я вынужден делать вещи, которые не хотят делать другие, иначе за мной не пойдут мои вассалы, да и другие люди тоже.

— Безусловно Иньиго, — согласился со мной Борджиа, — и у тебя пока всё прекрасно получается. Я слышал, что ваша война с Франческо Сфорца закончилась, и ты ободрал Милан до нитки.

Я уже второй раз слышал про это, но сам до сих пор так и не увидел текст мирного договора.

— Я ещё сам не знаю, насколько я это сделал, — улыбнулся я, — переговорами занимался Сергио.

— Граф Латаса, друг Иньиго, — объяснил Родриго Борджиа для Алена де Коэтиви и тот кивнул в понимании.

— Посредниками были Медичи? — поинтересовался он у меня.

— Конечно.

— Слушай, тогда они вполне могли отправить мирный договор в нашу Канцелярию, чтобы и папа его подписал тоже, — задумчиво сказал он, — Медичи любят это делать, чтобы придать больший вес документам подобного характера.

— Хочешь сказать Сергио в Риме? — в свою очередь удивился я, — тогда почему он не обратился к тебе за помощью в этом деле?

— Вот и мне это интересно, — согласился со мной Родриго Борджиа.

На этом мы закончили ужин и простились до завтра, а я отправился к себе, чтобы поручить Бернарду выяснить в Риме ли Сергио, и если да, то пригласить его ко мне. Родриго прямо сказал, что будет рад видеть любых моих друзей у себя дома.

Глава 13

После совместного завтрака с кардиналами, они направились в Апостольский дворец, а я вернулся к себе, застав там Бернарда, в крайне смущённом виде.

— Что-то случилось? — поднял я бровь.

— Я нашёл Сергио, — ответил он, стараясь не смотреть мне в глаза.

— И? Где он? — я демонстративно огляделся по сторонам, словно ища его.

— Боюсь мой ответ, вам не очень понравиться Иньиго, — заверил меня швейцарец.

— Давай уже рассказывай.

— В общем во Флоренции наш доблестный граф влюбился, и приехав в Рим, наслаждается отдыхом в месте со своей новой пассией, — иронично ответил мне швейцарец, чем чрезвычайно удивил меня. Я как-то раньше не думал, что Сергио подвержен таким человеческим чувствам, поскольку мы всё время говорили с ним только о делах.

— Ты его самого-то видел? — поинтересовался я у Бернарда.

— Нет, мне рассказали об этом его охранники, — ответил он.

— Что же, поедем, проведаем нашего Ромео, — сказал я позвать слуг, чтобы одели меня.

— А кто это? Этот Ромео? — поинтересовался у меня между делом Бернард, и я понял, что пьеса эта была написана Шекспиром значительно позже, лет так на сто пятьдесят, поэтому барон не мог знать о той отсылке, о которой я только что сказал.

— Есть такая старая кастильская сказка Бернард, — отмазался я, — были когда-то два враждующих рода, и вот мальчик из одного, влюбился в девушку из другого.

— Всё закончилось плохо? — хмыкнул он, понимая реальности нынешнего времени.

— Все умерли, — подтвердил я.

— Ну, надеюсь, наш Сергио останется жив, — иронично улыбнулся Бернард, — хотя охранники мне сказали, что девица вскружила ему голову знатно.

— Ты меня окончательно заинтриговал, скорее же едем, — заторопился я, поскольку уже самому стало интересно, что там за такая флорентийка, которой удалось сделать так, чтобы граф Латаса забыл о своих делах.

Когда мы вышли из дворца, я попросил Бернарда о ещё паре вещей.