Дмитрий Пахомов – Лист из сгоревшей библиотеки (страница 10)
После этого дракониха развернулась и с разбегу, расправляя крылья, пробила стену и полетела вверх, кружа над городом.
Изумлённый Димтрикс с слегка испуганным выражением лица побежал к образовавшемуся просвету:
– Анаис!! Я здесь!!– кричал он в небо, из которого поодаль вынырнул дракон, спикировавший на таверну, обдавая её столбом пламени. – Анаис?– непонимающе отшатнулся мальчик.
Из-за трона медленно выступила градоправительница, сжимая в кулак пальцы, фаланги которых были скованы льдом и медленно начинали таять.
– Забыла про тебя. Так быстро, – сказала она, становясь за спиной Димтрикса.
– Нет. Она не могла. С ней что-то не так… Это… Тот яд…
Мальчик сорвался с места и побежал назад, поражённый как молнией какой-то идеей. Быстро пригнувшись, он избежал захвата со стороны женщины и, подняв одной рукой меч подруги, подбежал к её поясу, начав рыться в многочисленных сумочках, которые были к нему приделаны. Но нужная ему вещь валялась поодаль от рваной одежды, упавшей с дракона. Маленький флакон, блеснувший толи в лучах заката, толи в свете огня, который пожирал дом за домом.
Стражники пытались попасть по дракону из арбалетов, но когда их затея не увенчалась успехом, они поспешили спасти свои жизни. Пламя дракона коснулось и кладбища, обнажая пустые могилы и сжигая деревяшки с именами вместо надгробий. Храму повезло: ящер пролетел насквозь лишь его верхний этаж, из-за чего немного покосилась крыша, лишаясь одного своего угла, отколовшегося и упавшего ко входу. Но здание выдержало атаку зверя.
Димтрикс рванулся к флакону, но внезапно край лезвия упёрся ему в шею, чуть было не снеся голову с плеч.
– Спокойно. Не надо резких движений. Я получу твою кровь. Добровольно или после смерти.
– Тебе бессмертие счастья не принесёт.
– Счастья? Мальчик мой, ты видишь, какой город мне достался? Чтобы поставить его и близлежащие земли на ноги, и двадцати лет мало. А правитель-женщина без молодости красоты и времени может потратить на это всю жизнь. Если ты умрёшь, я использую каждый миг новой молодости, а потом и зрелости с толком. Это я тебе обещаю.
– Чтобы хоть одно поколение забыло, как вы убивали сыновей и посылали дочерей умирать на фронте? – Димтрикс отбил меч Миры в сторону и встал в стойку. —Этой земле нужно благородство во власти.
Зазвенела сталь. Мальчишка с удивлением видел в движениях и взгляде градоправительницы отголоски его собственной личности.
– Любое благородство пойдёт на хитрость, когда столкнётся с несправедливостью, обращённой к ней, – сказала Мира, занося меч для очередного удара. – Смерть каждого мальчишки и девчонки на моих руках. Но имея твоё время, я смогу дать детям их сверстников достойную жизнь. В которой их будут бояться и уважать. Потому что они будут жить на моей земле!
Мальчик попытался ударить ногой по колену Миры и выбить её из равновесия. Но женщина заметила движение и сама ударом ноги отправила тело противника на пол. Второй ногой женщина придавила руку мальчишки к полу, заставляя его выпустить оружие.
Мира с грустью на лице уже была готова нанести последний удар. Она подняла голову и взглянула на дыру в стене ровно в тот момент, когда Анаис начала приближаться ко дворцу, обливая всё пространство под собой потоками огня.
Димтриксу показалось, что его подруга вспомнила про него.
Градоправительница отскочила в сторону, входя в сальто, как раз в тот момент, когда огненный бриз должен был обдать их обоих. Языки пламени окутали тело мальчишки. Теперь Миру и её цель разделяло несколько полосок разрастающегося пламени.
Димтрикс обменялся с врагом тяжёлыми взглядами, кивнул ей и, подобрав флакон, босиком побежал по язычкам огня на выход из залы и вниз по лестнице. Градоправительница медленно пошла в сторону своих бань.
Димтрикс бежал вниз по лестнице, когда одна из стен рядом с ним словно бы взорвалась с противоположной стороны, и оттуда высунула голова драконихи, обдав огнём всех подбежавших к ней копейщиков. Мальчик чуть было не провалился под лестницу, но удержался, ухватившись за балясину пальцами и подтягиваясь на руках.
Выбежав на улицу, Димтрикс устремился к колодцу и встал рядом с ним. Дркониха вилась над ним, словно бы не замечая.
– Это не ты! – кричал он снизу. – Твои эмоции делают это! Вернись ко мне!
Безрезультатно.
Димтриксу было тяжело одновременно думать и справляться с разбушевавшейся сестрёнкой. Нужно было нечто понятное и простое для привлечения ее внимания.
После очередной огненной атаки часть дворца обрушилась и углубилась куда сильнее, чем остальные секции строения.
– Сестрёнка! – закричал Дистрикс так сильно, что голос словно бы сжался вместе с мышцами в горле, образуя горький ком, и мальчик закашлялся.
Оставшиеся солдаты высыпали на стены или пустились наутёк, прочь из города. Дракониха подхватила одну из двух балист, подожгла её, пригнув голову, и швырнулся на вторую, оставляя от орудий своего убийства лишь щепки.
Наконец, вдоволь накружившись и собрав кровавую дань, она опустилась на землю прямо перед Димтриксом.
– Анаис… – начал мальчик, и дракониха, словно доверившаяся собачка, опутила голову и согнула лапы, посмотрев на друга снизу вверх. – После всего, что ты сделала… Я готов с тобой поплыть, куда угодно.
Маленькая дрожащая тёплая ладонь ребёнка коснулась морды драконихи, которая придвинулась к Димтриксу поближе. Существо спокойно выдохнуло массивный поток дыма, окутавшего мальчикас ног до головы, захватывая также и часть Анаис.
Димтрикс закашлялся и зажмурился, боясь, что попавший в глаза дым может ослепить.
Когда серые клубы рассеялись, перед Димтриксом стояла на одном колене нагая Анаис, чуть склонившая голову. Мальчик, обрадовавшись и испугавшись одновременно, отбежал в сторону и поднял с земли самый большой кусок ткани, который только сумел найти и, вернувшись, накинул на плечи девы. Он замялся, не зная, стоит ли протягивать ей сейчас оружие, и чувствовал себя крайне неловко, переминаясь с ноги на ногу. Анаис же, придерживая одной рукой новую накидку, быстро встала на ноги и порывисто обняла Димтрикса, прижимая к своей груди и одаривая россыпью поцелуев его огненно рыжую голову. Одной рукой она сама взяла меч из рук мальчика и чуть согнула ноги, чтобы посмотреть тому прямо в глаза.
Её собственные зрачки пульсировали изнутри, белок был трудно разлечим из-за красных сосудов, которые словно бы светились изнутри. Она чувствовала сильное желание активно двигать лопатками и моргать каждую четверть секунды. Во рту вязал сам воздух, и язык непослушно стремился прижаться к нижним зубам.
– Ты спасла меня, – выдохнул Димтрикс, прослезившись.
– Ты меня-тоже— ответила Анаис, всё же сумев через вернуть контроль над своим ртом. – Иначе бы я так и осталась бы монстром.
С печалью и страхом в глазах Анаис огляделась по сторонам.
Разбитая крыша храма на земле, полыхающая таверна, из которой доносились звуки падающих вниз этажей и разбивающихся сосудов, плавящиеся доспехи стражей, гвозди в тележках рядом с рынком, почти гладкая земля, на которой ранее стояла лавка булочницы.
– Если бы не ты, я стала бы чудовищем, заслуживающим самой жуткой смерти к концу этого дня.
– Что случилось, Анаис? – спрашивал Димтрикс, стараясь поймать взгляд подруги, чтобы та не смотрела на свои деяния.
– Я… Я не знаю, – поняв, что от неё хочет мальчик, она пошла ближе и посмотрела ему в глаза, положив холодные ладони на тёплые щёки. – Этот яд… Я почувствовала, как он горит во мне, чувствовала, как кровь заполняет сердце, но потом всё прекратилось. Я стала ощущать внешние изменения с моим телом, но гораздо… гораздо чётче я чувствовала, как часть меня буквально закривала о любви к тебе, братец, но мысль о мести Оль Гинье заняла все мои мысли. Я почти не видела ничего, что меня окружает.
– Зелье оборотня, – прошептал Димтрикс. —Ты стала собственными желаниями. Тайными и явными. А кроме тех двоих ты ненавидела ещё и мир, который сделал из тебя воительницу.
Анаис погрузилась в раздумья, собирая полную картинку того, что произошло в этот сумасшедший день.
– Стой! – воскликнула девушка-полудракон. – А где хоть кто-нибудь, кроме солдат?
Оба внимательно осмотрели поле бойни.
Действительно. Из простых людей, на которых Анаис совестливо было смотреть, на улице и в домах, по всей видимости, умерло в последние минуты не более чести (?) человек.
– Кажется, я догадываюсь… – протянула девушка, хватая мальчика за руку. – Ну, что скажешь, братец? Поможешь мне закончить эту историю?
Димтрикс, не до конца понимая значения её слов, кивнул.
Они быстро покинули город через горящие главные ворота и быстро устремились в сторону их лагеря, но свернули, не доходя до него, и оказались перед речкой. Вдоль неё продвигалась вереница людей, которых вёл Рум. Все они выходили из потайного отверстия в холме. Значительного большего по сравнению с тем, в который заползала Анаис.
На лице владельца таверны сияла противная ухмылка, в которой только незаметность губ из-за бороды смягчала раздражение, просыпающееся в наёмнице при их сближении.
В руках он держал хорошо знакомый девушке стеклянный сосуд, в котором дремала голова с крыльями летучей мыши. На поясе Рума красовались ножны, в которых был заточён кинжал, отдалённо напоминающий тот нож, который Анаис метнула в одну из его охранниц.