Дмитрий Пахомов – Грустный щенок хаунда (страница 29)

Лорд Натер хлопал ему одобрительно, лорд Пинтон скучающе. Одобряя кивками, Мейт была в восторге от вида победившего брата. Остальные, в числе которых были солдаты, слуги и служанки, скромно хлопали в ладоши лишь, чтобы поблагодарить за разнообразие досуга.

Йорв быстро убрал меч в ножны, и в толпе служанок увидел блеск пары знакомых глаз, похожих на леди Гевату. Но, подняв голову, никого уже не было. Ощущения остались лишь усталости и боли – не только в торсе, но и во всех мышцах.

– Хороший прием. – вдруг сказал Роланд, переворачиваясь на спину и протягивая Йорву руку.

– Хороший удар. – ответил Йорв, помогая побежденному встать и похлопывая себя по порванному камзолу: – Хотя тебя оказалось так легко провести.

– Отличный поединок. – похвалил обоих лорд Натер: – Будь то моим решением, взял бы обоих.

– Но решение мое. – сказал младший Соловей: – Пускай в паре моментов Йорву лишь повезло, но именно его этот поединок приблизил к заветному доспеху.

– Приблизил? – переспросил победитель: – Но я думал, что только бой отделяет меня от места в гвардии.

– Всё было бы так. Но тебе эта рана на щеке досталась не просто так. – заметил лорд Пинтон: – Ты солгал насчет чести и честного имени главы гвардии и понес заслуженное наказание. Но мой гвардеец должен быть честен. Особенно насчет своих собратьев. Тебе нужно опровергнуть ложь в присутствии людей, которые её слышали. Не волнуйся. Тебе даже не придется самому выбирать подходящий момент. Я его предоставлю.

Йорв вздохнул, надеясь, что это выглядело как принятие, а не как внутреннее сомнение.

Когда после битвы разум Йорва стал более трезвым, он понял, что лорд, пленивший его, имел множество хороших черт, свойственных великим воинам, но высокомерие и любовь к чужому вниманию мешали воспринимать Пинтона как непогрешимого героя.

– Ты справишься. Я знаю. – сказал Пинтон.

– И что? А награды за такую победу не будет? – спрашивала Мейт: – Между прочим, брату очень больно.

– Мейт… – пытался её прервать Йорв.

– Поверьте, маленькая леди. – сказал лорд Натер: – будь моя воля, я бы давал вашему брату награды лишь за то, как он вас защищает и дорожит вами. Увы, такое ценят далеко не всегда. Но цель, для которой твой брат участвовал в сражении, стоит очень многого. Верите ли?

Мейт улыбнулась и кивнула.

– К слову, маленькая леди, – продолжал лорд: – в этом платье вы выглядите выше. Не по росту, а по статусу. Научитесь с годами вести себя подобающе, и скоро никто кроме вас не будет помнить правды.

– Благодарю вас за доброту к моей сестре, лорд Натер. – сказал Йорв.

Старший Соловей положил руку Йорву на плечо и жестами дал понять, что за ними не стоит следовать, повел мальчика к основанию холма с их стороны.

– Мальчик… – говорил лорд: – Если бы ты отсюда бежал, куда бы направился?

Йорв удивленно попятился назад.

– Помнишь, что ты сделал сразу после поимки? Я помню. И мой сын тоже. Хотя никогда об этом не скажет. Лучший подарок, который может сделать человек, – не одна возможность, а выбор. Ты мне его дал. И я дам тебе. Так как думаешь, рискнешь ли вернуться к семье?

Йорв задумался.

– По мосту. В сторону мельницы с таверной рядом. – ответил он: – Там не будет больших патрулей, дорога неудобна для вражеских армий, много мест, где можно скрыться.

– Вы в принципе не умеете разочаровывать своим умом, да, мальчик? – спросил лорд Натер.

Йорв почувствовал, как лицо начало гореть изнутри, и отвернулся.

– Выбор твой. – сказал лорд Натер: – Наживать врага в лице леди Геваты может быть ошибкой. Но однажды, если останешься здесь, ты можешь решить, что разлука с домом болезненнее пути через мельницу. Если тебя поймают, я тебе ничего не говорил. Понял, мальчик?

– Я доставлю вам неприятностей.

– Хорошо. – вновь смягчился лорд: – До зенита солнца самого норовистого коня на конюшнях не седлают и не привязывают. А бедняге просто хочется поесть перед выгулом. Насекомые стрекочут. Мальчик, ты ведь ничегошеньки не услышал?

– Извините, милорд… – Йорв слегка приподнял уголки губ и приопустил веки: – Вы меня о чём-то спрашивали?

– Хорошо, что вас не убили в свое время. – сказал лорд Натер.

Йорв лишь неловко хихикнул и кивнул.

Оба вернулись к младшему Соловью и бывшим оппонентам.

В руках у маленькой Мейт был большой кожаный бурдюк, наполненный так, что стенки не проминались даже по её пальчикам. Она улыбалась, как и Мунк с Роландом, только в глазах парней было что-то кроме радости.

– Йорв, смотри! – крикнула Мейт: – Мунк подарил нам за твою победу вот это! Он сказал, что это поможет тебе и твоей ране. Это как лекарство? Можно попробовать!?

– Нет! – воскликнул Йорв, выхватывая бурдюк из её рук и бросая недовольный взгляд на Роланда и Мунка.

Те лишь посмеялись.

– Лорд Натер, – обратился к старшему соловью Йорв: – можно ли мне с сестрой остаться наедине? Мы давно не виделись, а вскоре можем расстаться почти навсегда…

– Надо же было своей грустью в чужой праздник плюнуть. – сказал лорд Пинтон, закатывая глаза: – Пойдем, отец. Нам ещё вино леди Геваты дегустировать и отправлять на кухню или оставлять солдатам.

Высокородные пошли туда, где к лорду Натеру подошёл Йорв, а телохранитель леди Геваты продолжал разговаривать с кухарками.

Мунк и Роланд же остались.

Мунк опустил взгляд, собрался с силами и обратился к Йорву:

– Йорв, говоря о вчерашнем… Тебе не известно, почему умерла служанка в вашей комнате? Эта ведьма тебе ничего не говорила?

Йорв встал так, чтобы спиной заслонить сестру.

– За то, как ты нам помог, я молюсь, чтобы леди Гевата никогда не узнала о твоем прошлом и не связала его с тем, что произошло. – сказал он: – Но на большее от меня не рассчитывай. И от Мейт. Тот, кому нечего терять, не имеет права что-то требовать от того, у кого есть семья.

Йорву хватило увидеть округлившиеся, дрожащие глаза Мунка и его робкий шаг назад, чтобы понять раскаяние.

– Прости. Я просто боюсь за неё. – добавил он.

– Что-то мне подсказывает, что за вас обоих. – сказал Мунк, поворачиваясь к Йорву спиной: – Спасибо хотя бы за честность. Но предупреждаю, она – чудовище. И пока с такими как она не борются, никому и нигде не будет безопасно.

– Как и те, кто с ними сражаются, отказываются от безопасности. Я просто хочу для сестры лучшего.

– Для вас, Йорв… – сказал Мунк, уже уходя: – Для вас.

Роланд, который остался, словно услышал ожидаемое. Он протянул руку Йорву, вернув меч в ножны, держась второй рукой за рукоять, как воин на посту.

– Хороший был бой. – сказал он: – Мунк всё понимает и не будет держать на тебя обиду. Я понимаю, какого это защищать вопреки чужому мнению. Надеюсь, у тебя получится лучше, чем у меня.

Брат с сестрой остались одни.

– Ты знаешь, о чем мы говорили? – обратился Йорв к Мейт, оборачиваясь.

Мейт подтянула плечи к голове и напрягла мышцы лица.

– Понятия не имею. – пробормотала она.

Йорв прищурился, сохранив серьезность в голосе.

– Мейт.

– Ну что?! – маленькая леди возмутилась из-за недоверия и любопытства: – Ну да, я слышала, что кто-то что-то собирался сделать с леди Геватой. Бррр, не хочу её называть по имени. Ты знаешь, что почти у всех подвальных есть история о том, какая она злодейка? Ну и пусть бы уже умерла. Плохие люди заслуживают этого. Намного больше чем хорошие… Но…

Мейт задрожала, и Йорв поспешил подойти и обнять её за плечи. Он понял, о чем девочка вспомнила в тот день, когда он бежал во время неудавшейся осады, помогая ей.

– Я всегда гордился тем, что ты всегда всё так правильно говоришь, сестренка. – сказал он, глядя прямо в глаза: – И сейчас ты права как никогда. Всё, что мы видели и переживаем, несправедливо, но нам придётся найти способ выживать. Сокращением жизни плохих людей пусть займутся хорошие воины, а мы сохраним то, что есть у нас.

– Но, Йорв, борьба со злом – не величайшая добродетель, к которой должен стремиться каждый?

Йорв хмыкнул, словно идя по известному маршруту с тупиком.

Мейт предпочитала быть милой и невинной, как ей полагается по возрасту, но уже лет с четырех её вопросы о смерти и жизни сталкивались с разными взрослыми мнениями. Единственный, кто был против – Йорв. Но братские кулачки и слезы оказались сильнее.

Лишь сейчас ему казалось, что он научился правильно отвечать на маленькие взрослые вопросы.

– Смотри. – он опустился на колено перед сестрой, чтобы смотреть ей прямо в глаза: – Если леди Гевата так плоха, как нам рассказывают, не обязательно так. Для нас здесь все чужие. Её цель – лишить нас надежды и всего лучшего. Каждая минута, когда мы вместе, – уже борьба, пусть менее заметная, но более продолжительная и безопасная, чем сталь или яд.