Дмитрий Пахомов – Грустный щенок хаунда (страница 18)

Леди Гевата встала, возвышаясь над Йорво и слегка раскачивая кнут. Она словно искала на теле мальчика места, удар по которым повторил бы эффект предыдущего. В её взгляде не было ничего привычного для мальчика во время охоты. Она подняла руку с оружием, целясь в лицо.

– Госпожа, постой! – остановил её Гильярд.

Гевата не остановилась, но удар был слабее, больше похож на пощечину.

– Он стал вам импонировать, сир Гильярд? – спросила она у защитника.

– Просто когда я встретил его, он хотел что-то сказать про подвиг младшего Соловья. Возможно, его слова можно простить, если они окажутся значимыми, – ответил Гильярд.

Леди Гевата прислонила кнут к подбородку Йорва с любопытством.

– И что же ты хотел сказать про своего бывшего господина? – спросила она.

Йорв не смотрел на лицо младшего Соловья, даже не замечал глаза госпожи и оружие. Его интересовал только Гильярд. Тот невозмутимо смотрел на него и кивнул, понимая ожидание.

Йорв сомневался, стоит ли разглашать секрет слуги. Он верил тому, что видел: молодой хозяин крепости был способен на нечто подобное.

Леди Гевата ударила кнутом по основанию шеи под пораженным ухом – что-то внутри заставило Йорва согнуть голову, отвернуться, прикрыв шею руками, оставаясь на земле.

– У насилия есть свой этикет, юный Йорв, – сказала леди Гевата. – Я буду вынуждена нанести ещё шесть ударов за твои проступки. И это только если не сочту случай с флягой воровством. Тогда кнут покажется слишком легким.

– Не стоит молчать, мальчишка, – сказал Гильярд. – Промолчишь – и окажешься на грани вранья.

– А грани вранья и воровства я истолковываю как вранье и воровство, – ответила Гевата.

Йорв был похож на пустую раковину улитки. Спираль из частей пыталась защитить что-то хрупкое.

– Неужто мне всегда нужно напоминать, что твоя сестра рядом со мной? – спросила Гевата, заводя кнут за спину.

– Ему помогли собаки! – выкрикнул Йорв.

Рука госпожи опустилась.

– Повтори, – потребовала она.

– Собаки предупредили его об олене. Они задержали зверя, чтобы лорд мог выстрелить. Они же удерживали оленя, чтобы лорд мог нанести удар.

– Какого дьявола, щенок! – вскочил лорд Пинтон. – Ты не можешь этого знать. Откуда все эти глупости?

Йорв убрал руки и сел на землю. Леди Гевата улыбалась, исподлобья глядя на слугу. Она отошла, чтобы Йорв мог предстать перед младшим Соловьем. Тень последнего поглощала всё детское тело, а глаза предупреждали: Пинтон готов уничтожить наглеца.

– Откуда? – повторил лорд.

– Я просто знаю, что это так. Иначе куда могли деться собаки и лошадь? – ответил Йорв.

Лорд Пинтон замахнулся рукой, чтобы ударить по щеке Йорва. Он не проявлял злости, но взгляд говорил о серьезности скрываемых чувств.

– Может, я их послал с одним из слуг обратно в замок? – предложил Йорв.

– Доброжелательный лорд Пинтон, – вмешалась леди Гевата, – вы не забыли собственные слова. Слуга мой. Наказывать его могу только я.

Лорд Пинтон опустил руку и повернулся к женщине. Она забралась на земляной выступ и вызывающе смотрела на него.

– В нашей ситуации клевета остается клеветой только если обвиняемый признает ложь. Признает ли он? – сказала леди.

Йорв попытался подняться, но тяжелая рука Гильярда удерживала его на коленях.

– Не спеши. Если скажешь «да», быстро окажешься снова на земле, – предупредил здоровяк.

Лорд Пинтон ждал с удивлением, которое появилось после слов Геваты.

– Я сказал так, как знаю, что произошло, – ответил Йорв.

Большая рука спала с плеча, и мальчик поднялся, оказавшись практически вплотную к леди Гевате.

– Тогда у меня закончились поводы наказывать юного Йорва, – сказала госпожа, положив лёгкую руку на плечо.

Лорд Пинтон бросил взгляд на Йорва, и тот поспешил отвернуться.

– Как скажете, миледи, – сказал младший Соловей, видя, что леди Гевата что-то изменила, заставив Йорва успокоиться и вернуться к костру.

Йорв вздрогнул, осознавая, что на нем лежала длань с орудием, принесшим боль.

– Йорв! – окликнул лорд Гудрун. – Ты ведь просто хотел сказать так? Свое мнение, без разбирательств?

Йорв кивнул.

– Да, господин. Просто хотел поделиться мыслями. Искренне жаль, если из-за моей неспособности говорить как надо я создал недоразумение.

– Хорошо, – сказал старший Соловей. – Иначе пришлось бы устраивать суд или поединок. Дурные были старые времена, знаю.

Йорв увидел улыбку старшего Соловья и с благодарностью опустил голову. За костром он сел между леди Геватой и Гильярдом, разрешив себе несколько кусков мяса.

Щека догорала, ухо почти перестало болеть, плечо и шея расслаблялись. Йорв наслаждался крольчатиной и птицей – добычей слуг лордов, оставляя трофей полностью во власти высокородных.

Огонь завораживал танцем языков пламени, в которых мальчик видел истории – красная лисица в осеннем лесу, убегающая от красных муравьев к закату. И смех всех вокруг звучал знакомо. Громче всех смеялась сестренка.

Тишину лесного обеда нарушил смешок леди Геваты.

– Так, Йорв. Я все же не поняла… Обычные собачки ростом до колена такого исполина учуяли, остановили и немного обездвижили. А нашему герою понадобились эти собаки, арбалет и меч, чтобы завершить триумфальную охоту?

Йорв вновь оказался в центре внимания. Огонь стал просто огнем, а часть души радовалась: если станет хуже, огонь закончит с ним быстрее, чем лис или муравьи. Он отгонял эти мысли, мотая головой, от чего шея болела сильнее.

– Или была еще собака, которая перекусила шею оленю? – хохотнул Гильярд с иронией.

– Может, это вообще демон, – сказал Йорв. – При борьбе с демонами нет ничего позорного в помощи.

Младший Соловей первым отвел взгляд от Йорва.

– Хорошее замечание, Йорв, – сказал лорд Гудрун. – Но гордыня и жадность иногда застят глаза. Мы делаем вид, что терпим, что кто-то взял то, что должно быть нашим, до доказательства обратного. Не про тебя, мальчик.

Последние слова старшего Соловья были отеческими, и Йорв рассмеялся вместе со всеми.

Он даже не заметил, как стал есть с рук леди Геваты, донося пищу до середины языка.

Сразу после этого Йорв начал насвистывать мотив старой песенки.

Когда пришло время возвращаться, Гильярд ногами затушил костер и привязал тушу оленя к лошади старшего Соловья. Тот качнул головой и приказал переложить добычу на телегу, уже привязанную к лошади.

– Я хочу, чтобы все увидели, что я еду верхом на сильной лошади. И чтобы кто-нибудь увидел нашу добычу, – сказал лорд Натер.

Палатки собрали быстро. Недоеденное оставили травоядным и хищникам. Лорд Пинтон принял предложение леди Геваты и сел на седло её скакуна. За его спиной была сама госпожа. А Йорв взялся за поводья лошади, готовый поклясться, что три раза сапог Пинтона прошелся по спине и плечу мальчика.

Глава 9

На подъезде к воротам Гильярд внезапно обратился к младшему Соловью.

– Господин. Я долго думал о том, что произошло сегодня и решил, что поступок Йорва в вашем отношении прощать нельзя.

– Я тоже так думаю, сэр Гильярд, – ответил Пинтон. – Но вы слышали моего отца и вашу госпожу. Увы, но наш враг и пленник для нас же теперь неприкосновенен.

– Не совсем, – сказал Гильярд. – Суд поединком мы провести, конечно, по всем земным законам не можем. Однако при мне юный Йорв говорил, что способен самостоятельно защищать леди Гевату. Значит навыки боя у него есть. Вы высокородны и, хоть и обращаетесь с оружием лучше всех на мили вокруг, но вам не пристало возиться с наглой прислугой. Я же – более давний слуга леди Геваты и могу свести наш спарринг с Йорвом к определению авторитета. И, естественно, мнение авторитета по вашему вопросу будет главнее мнения кого-то еще.

Йорв пожалел о том, что не он выпил то вино до дна. По словам знакомых с родной земли, после него можно было стать храбрее. А младшему Соловью сейчас бы пригодилась хоть какая-то храбрость. Он устал. Всё тело тянулось к далекой и высокой постели. Хотя ему больше хотелось далекой и высокой двери с замком, через которую не пройдет никто из спутников Йорва на этой охоте. В голове пронеслись несколько уроков от простых солдат по фехтованию из более ранних лет.

Младший Соловей положил свои руки на тыльные стороны ладоней Геваты, которая держалась за тело всадника.

– Я не против. Главное, чтобы молодой слуга не пострадал слишком сильно. И чтобы его госпожа не была против небольшого конфликта меж её слуг. Небольшой дружеский спарринг. Что скажете, миледи?