Дмитрий Николов – Рассказы 9. Аромат птомаинов (страница 8)

Искать не стали, да и как? Объявить тревогу по госпиталю? Так ведь взрослый мужик, санитары скажут: «Вон вещи его, в одних кальсонах далеко не убежит».

Ближе к обеду он вернулся. Но уже не один. За его спиной толпились мордовороты из соседних палат. Вперед выступил самый крепкий на вид. Левый глаз его был закрыт повязкой, но и одним глазом он прожигал Каттера так, что тот невольно съежился и сжал кулаки.

– Раско говорит, у тебя пистолет… – просипел он.

– И ты ему веришь? – Каттер старался не показывать страх.

– Может быть. А может, нет. Но особист исчез, оружие у всех отобрали, а ты со стволом. Подозрительно. К тому ж тебя и твоих дружков не проверили на вши. А Раско успели. И вы постоянно втроем чего-то шушукаетесь. Так что ему я верю больше.

– А если веришь, не боишься пулю поймать?

– Значит, не соврал… – ощерился одноглазый. – А пулю – нет, не боюсь, у меня одна в бедре. Попала бы на ладонь в сторону – и стручок долой… Так что я заговоренный.

– Ну, раз решил, чего прятаться? – И Каттер достал из-под подушки пистолет. – Не смотри, что восьмизарядный, а вас тут десять. Я тебе башку отстрелю, остальные не полезут. Так всегда бывает.

Единственный целый глаз мордоворота заметался по сторонам.

– Хорошо. Палач разберется, – проскрежетал одноглазый и отступил.

Каттер понял – это блеф. Никто не верит во «всесильного» Палача. Поэтому жаловаться «на шпиона» не пойдут. А что тогда? Пристукнут во сне? Всех, кто не прошел сканирование, или его одного?

Но блеф – не блеф, а делегация убралась. Раско вместе с ними. Он вышел первым, бросив на бывших друзей полный злобы взгляд.

Как только за ними захлопнулась дверь, Мизери сказала:

– Никто к Палачу не пойдет.

– Откуда такая уверенность?

– Весь госпиталь считает, что он сам особиста пришил. Кто-то из сестричек видел, как Палач перед ним на коленях ползал. Когда тот ему расстрелом пригрозил.

– А тебе кто об этом растрепал?

– Где бабы, там сплетни, – отрезала она.

– Если это правда, тогда совсем хреново. Думаю, надо с ним переговорить, чем быстрее, тем лучше…

В кабинете главврача грохнул выстрел. Еще несколько. Хобот высунулся в коридор.

Он сказал только:

– Кэ-кэ-капец! – и выбежал.

– Рич, вернись! – рявкнул Каттер, но было поздно – дверь захлопнулась.

Они наспех забаррикадировались. Толкнули плечами высоченный шкаф и подбросили тумбочек для веса. Подперли всю конструкцию шваброй и табуретками. Долго она не простоит, позволит лишь выиграть время. Вылезти в окна? И куда потом? С третьего этажа вместе с коляской прыгать?

– Точно! Раско! – хлопнула себя по лбу Мизери, – Вспомни, его не было тогда в палате.

Каттер тряхнул головой:

– Не помню, Миз.

– Я тебе говорю: не было. Мы прибежали: там Мак, ты, трупы, Палач. А Раско еще вечером вышел куда-то и вернулся под утро.

– И что?

– И то! Вспомни, он хотел меня поиметь! Может… Черт, может, он мне своих вшей передать хотел?!

– Мизери, ты шутишь, что ли?

Но смешно не было.

– Каттер, очнись! Не я ему нужна, а ты! Он бы на меня перекинул вшей. Я – на тебя! Ты ведь офицер – ценнее для врага!

Девушка тяжело дышала и с тревогой смотрела в глаза командира – поверит ли? Было видно, эта речь далась ей с трудом. Каттер все видел, но никак не мог сосредоточиться на ее словах. С одной стороны, такая теория хорошо согласовывалась с поведением Раско. С другой…

– Но ведь его же просканили.

Мизери, казалось, с трудом сдержала вздох облегчения. Он поверил.

– Может, умные вши прячутся от сканера, – предложила она.

– А зачем тогда ломать сканер?

Договорить не успели. С той стороны двери тихо постучали.

– Кэ-кэ-командир, я это.

– Откуда нам знать, – крикнула Мизери, – может, тебе ствол к башке приставили и…

– Отопри дэ-дура, а то дверь вэ-вынесу. Как два пальца…

Девушка взобралась на баррикаду и заглянула в щель между косяком и дверью.

– Один, – доложила она Каттеру. Тот кивнул.

С трудом отодвинули шкаф, так, чтобы Хобот смог протиснуться.

– Палачу пэ-пэ-пи… – выпалил он. – Шмальнул пару рэ-раз в воздух. Надо было в пэ-пузо, а он очканул… Сэ-скоро до нас доберутся.

Каттер на мгновение застыл. Затем вытащил пистолет и еще раз проверил обойму. На многих ли ее хватит? У Палача-то патронов было предостаточно, но это его не спасло.

В обычном состоянии взводный на реакцию не жаловался. Но сейчас ранение дало о себе знать. Он даже не заметил движения Хобота, пока не стало слишком поздно. Рич выхватил пистолет из руки Каттера, ловко вывернув ему запястье. Затем отпрыгнул назад.

– Рич, что ты де…

– Тихо, – сказал Хобот, затем глянул на Мизери. – И не надейся даже, Миз.

Рич не заикался. Действие стресса? Или?..

– В угол, оба! – Хобот махнул пистолетом в сторону. А затем принялся растаскивать баррикаду. Но не забывал поглядывать на девушку. Каттера он, видимо, не опасался.

– Готово! – гаркнул он в дверь, и в комнату вошел Раско с тремя бойцами. Все были вооружены.

– Так-так, что тут у нас? – лениво проговорил Раско.

– Я забрал пистолет, – пробасил Рич.

– Молодец. Давай сюда.

Хобот подозрительно глянул на Раско, но пистолет отдал.

– Ты обещал, – сказал он, – им не причинят вреда.

– Конечно, обещал, – сказал Раско и кивнул бойцам. – Взять их.

А затем повернулся и три раза выстрелил Хоботу в живот.

– Тупой ублюдок.

Он взглянул Каттеру в глаза.

– Девка нам останется. Мы ее обстоятельно допросим. Но вряд ли она предательница. Скорее, просто дура, – Раско пытался говорить сухо и спокойно. Изо всех сил делал вид, что происходящее ему не нравится. – А вот ты… Ты, Каттер, точно вшивый. Мы тебя казним. Строго по уставу. Но завтра. Сейчас и так весело. Вопросы есть?

– Только один, Раско. Как тебе удалось вшей от сканера спрятать?

Раско хмыкнул, а потом замахнулся и двинул Каттера пистолетом по голове.