Дмитрий Миропольский – Как не надо писать. От пролога до кульминации (страница 13)
Лет восемьсот назад Розанову мог бы возразить Эйхэй Догэн:
⊲ Не спрашивай, куда я иду,
Ведь куда бы я ни шёл,
Каждый шаг приводит меня к себе.
Если красок нет в глубине души, не будет их и снаружи. Возможно, именно дзен-мастеру Догэну принадлежит мудрое замечание, которое передают из уст в уста уже восемь веков: без воды можно прожить неделю, без еды месяц, а без смысла — всю жизнь.
Если есть возможность наполнить жизнь смыслом, работая над книгой, — значит, придётся попробовать.
То есть писать всё же стоит?
Конечно.
Антикоучинг подсказывает, как не надо писать, но это не значит, что не надо писать вообще. Стоит ли публиковать написанное — вопрос отдельный. Но несбывшаяся мечта о писательстве страшнее самого ужасного текста.
«Тот, кто лишает вас мечты, лишает вас жизни», — предупреждала Вирджиния Вульф, и с ней вполне был согласен Марк Твен: «Держитесь подальше от людей, которые пытаются принизить ваши амбиции».
Близкие снисходительно относятся к литературным упражнениям пишущего и даже могут их поощрять, но встречают в штыки желание стать писателем. «Когда вы стремитесь воплотить в жизнь большие планы, очень важно, с кем вы регулярно общаетесь, — напоминал Твен, подчёркивая пользу общения не с коучами, а с успешными писателями: — По-настоящему великие заставляют вас почувствовать, что вы тоже можете стать великим».
Кто хочет развиваться, тому в помощь Конфуций: «Если вы умнее всех в комнате, — значит, вы оказались не в той комнате».
Томас Альва Эдисон, известный всему миру как Мистер Электричество и владелец успешной компании, в 1896 году устроил вечеринку для сотрудников. Среди приглашённых был инженер-механик Генри Форд. В то время самоходные экипажи только-только появлялись, а он мечтал создать народный автомобиль и обсудил с боссом свои разработки. Мистер Электричество скептически относился к бензиновым двигателям, но дал инженеру несколько дельных советов. С их помощью смышлёный Форд начал собственный бизнес, исполнил свою мечту — и тоже стал мировой знаменитостью с титулом Мистер Автомобиль. На вечеринке Эдисона он оказался в нужной комнате.
Алану Кэю по молодости с комнатой не повезло. В 1960-х руководители компании
И всё же Алан создал программы, которые лежат в основе нынешних графических и видеоредакторов, совершил переворот в подходе к программированию и к мобильному обучению, заложил базу для развития современного программного обеспечения…
…а потом в комнате с Аланом Кэем оказались молоденькие Билл Гейтс и Стив Джобс. Они жадно ловили каждое слово своего наставника и под впечатлением от фразы: «Будущее легче изобрести, чем предсказать» занялись изобретением будущего — каждый по-своему.
Гейтс реализовал мечту о персональном компьютере в каждом доме; его команда создала операционную систему
Джобс реализовал мечту о персональном компьютере, который предназначен для работы с изображением и звуком; продукция его компании
С многолетним опозданием сбылась и мечта Кэя — благодаря тому, что Гейтс и Джобс попали в его комнату. Персональные компьютеры, планшеты и смартфоны, связанные всемирной паутиной, служат интеллектуальными усилителями и средствами коммуникации для всех, а для писателей — ещё и рабочими инструментами.
В 1826 году Николай Первый под впечатлением от записки Пушкина о просвещении пожелал срочно увидеть опального литератора, вызвал его из ссылки и после полуторачасовой беседы признался: «Я сегодня говорил с умнейшим человеком в России»…
…а Пушкин, в свою очередь, дорожил временем, проведённым с умницами Крыловым, Карамзиным, Жуковским, Вяземским, Горчаковым, Дельвигом, Кюхельбекером, Баратынским, Чаадаевым…
Гоголь называл своим учителем Василия Нарежного. Номинант на литературную Нобелевскую премию Лев Толстой делал первые шаги в писательстве, прислушиваясь к Некрасову и Тургеневу. «Горький учился у Короленко и очень внимательно учился у Чехова, Мопассан учился у Флобера», — писал Шкловский. Его друга Маяковского в ранней молодости представили кумиру публики, поэту Игорю Северянину. «Не будем омрачать наше знакомство чтением ваших стихов», — сказал тогда Северянин, и болезненно самолюбивый Маяковский проглотил обиду, нуждаясь в опыте успешного коллеги.
Даже для великих не зазорно было тянуться к тем, кого они считали более умными в комнате. Это приносило пользу каждому из них и литературе в целом.
Недооценивать влияние окружающих — «ошибка выжившего» № 22. Приятно, когда тебя слушают с открытым ртом, но для дела полезнее самому слушать тех, у кого стоит поучиться.
Не надо писать, упиваясь восторгами неглубокой аудитории. Тот, кто желает развиваться, знает им цену и по-настоящему ценит лишь похвалу профессионалов. А замечания, сделанные мастером, способны принести даже больше пользы, чем слова поддержки.
«Возможности человека ограничены только его воображением. Но воображение имеют настолько немногие, что на одного композитора приходится десять тысяч скрипачей». Так деликатно высказывался о среднем уровне аудитории Чарльз Кеттеринг, изобретатель и вице-президент компании
Метафору можно продолжить. В литературе, как и в музыке, на каждого скрипача приходится десять тысяч лишённых воображения, слабослышащих или вовсе глухих. Для писателя, как и для композитора, общение с ними не так безобидно, каким может показаться.
Кто представляет опасность?
Ближайшее окружение.
Чем ниже уровень тех, с кем общается писатель, тем ниже становится он сам и то, что выходит из-под его пера.
Нельзя делиться мечтой с бескрылыми: они её приземлят. Нельзя делиться мечтой с недалёкими: они не видят будущего и найдут множество причин, по которым она не сбудется. Нельзя делиться мечтой с малодушными: они заставят вести себя тише воды, ниже травы.
Если крабов посадить в ведро и один из них сумеет выбраться наружу, остальные затащат его обратно. Люди с менталитетом краба живут по принципу: «Если у меня чего-то нет, значит, и другие этого не получат». Они всеми силами мешают успеху ближнего. Среди причин — скудоумие, злоба, зависть, обида, чувство соперничества, заговор… Годится любая причина, или все сразу, или комбинация нескольких. Главное, крабы не допустят прогресса в своём окружении.
Опасны люди без воображения, которые уничтожают чужие мечты, потому что лишены собственных. Они никого не поддерживают, видя в каждом конкурента.
Опасны посредственности, которые норовят установить среднюю температуру по больнице, включая морг. Они усредняют всех, и в первую очередь жертвами становятся наиболее выдающиеся. Но писатель не может быть «как все» и должен помнить: когда соглашаешься на меньшее, чем заслуживаешь, — получаешь ещё меньше, чем то, на что согласился. Микеланджело Буонарроти предупреждал: «Величайшая трагедия жизни заключается не в том, что мы ставим перед собой высокую цель и не достигаем её, а в том, что мы ставим перед собой низкую цель и достигаем её».
Опасны завистники, о которых говорил Аристотель: «Их зависть — это боль от чужого успеха». Для многих сложнее вынести талант ближнего, чем собственную бездарность. Зависть — их ежедневная дань. Они чуть-чуть умирают каждый раз, когда талантам улыбается удача.
Опасны трусы, вынуждающие борца за мечту поднять белый флаг. Уолт Дисней призывал не поддаваться их влиянию: «Все наши мечты могут сбыться, если у нас хватит смелости их осуществить».
Опасны неуверенные, которые подгоняют чужие яркие мечты под свою унылую реальность. Низкую самооценку они транслируют на окружающих, и трудно бывает противостоять их робкому, но постоянному давлению.
Правда, Эйнштейн считал, что трусливые и неуверенные могут быть полезны сильной личности: «Я благодарен всем, кто говорили: ″Нет, это сделать невозможно″. Именно благодаря им я делаю это сам». Но всё же следовать его примеру не стоит, чтобы не совершить «ошибку выжившего» № 23. Начинающему писателю хватит проблем и без опасных соседей в личном пространстве.
Не надо писать в окружении крабов, посредственностей, завистников, трусов и прочих желающих подрéзать крылья мечте. Кстати, многие коучи страшатся конкуренции, а своими шаблонами они способны усреднить кого угодно.
«Если я видел дальше других, то потому, что стоял на плечах гигантов», — говорил великий учёный Исаак Ньютон. Литератор нуждается в такой же профессиональной опоре.
Станет ли мастер помогать начинающему?
Станет.
Хотя далеко не каждый и далеко не всегда — в отличие от вездесущих коучей, насчёт которых язвительно высказался нобелевский лауреат Бернард Шоу: «Кто умеет, тот делает; кто не умеет, тот учит других».
Профессиональный писатель умеет писать, поэтому в первую очередь пишет, и для наставничества у него может просто не остаться времени. Однако мастера участвуют в книжных салонах и фестивалях, выступают на радио и телевидении, дают интервью, встречаются с читателями, проводят занятия в школах и вузах…