18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Дмитрий Миропольский – Как испортить хороший текст. От кульминации до финала (страница 7)

18

Каждый автор сам решает, быть ему литературным штамповщиком или ювелиром. Каждый сам решает, какого языка достойны его читатели. На этот счёт удачно высказался персонаж Ильфа и Петрова: «Кому и кобыла невеста».

Как работали над языком знаменитые авторы?

Неустанно.

В первую очередь – много общались и много читали.

Официально Шекспиром объявлен торговец шерстью из Стратфорда-на-Эйвоне. Противники этой версии приводят убийственный довод: в доме торговца не было книг. В его завещании перечислены кровати, содержимое гардероба, столовое серебро до последней вилки, любимый золочёный кубок и различные денежные суммы, но не упомянуты книги, хотя четыреста лет назад они стоили куда дороже, чем сейчас…

…и главное, без огромной библиотеки невозможно написать то, что написано Шекспиром. Надо было откуда-то взять цитаты из трудов по истории Древнего Рима времён Юлия Цезаря, обширные справки о порядках в датском королевстве Гамлета, подробности быта венецианского генерала Отелло и летописный рассказ про короля Лира. Больше трёх десятков историй, ставшие всемирно знаменитыми пьесами Шекспира, позаимствованы у других авторов. Куда девались их книги?

Однако кем бы ни был Шекспир, он ввёл в обиход, составил или придумал больше тысячи семисот слов. Около двухсот пятидесяти оказались настолько ценными, что используются до сих пор. Advertising, unreal, compact, import, successful, control, bedroom, useful, useless – это щедрое наследие великого драматурга.

Писатель, совершенствуя и обогащая свой язык, находит всё новые и новые приёмы его использования. Этим он способствует развитию культуры, развитию языка – и не только своего. Некоторые слова, созданные Шекспиром, например импорт, контроль, компактный, – благополучно закрепились и в русском языке…

…а у англоязычных читателей популярно женское имя Джессика. Впервые оно встречается в одной из самых известных шекспировских пьес «Венецианский купец». Упоминаний имени до 1596 года, когда была написана пьеса, исследователи не нашли, так что, похоже, и Джессику придумал Шекспир.

Михаил Ломоносов, помимо научной деятельности, успешно занимался литературой. Он придумал или ввёл в русский язык слова микроскоп, автограф, чертёж, градусник, атмосфера, маятник, созвездие, насос, полнолуние, нелепость, притяжение, кислород; он автор сочетаний земная ось, предложный падеж, гашёная известь, удельный вес – и это не всё.

Поэту Антиоху Кантемиру язык обязан появлением понятия вкус в одежде, самого слова понятие, а ещё – кризис, характер, критик, средоточие, деликатность и так далее.

Василий Тредиаковский обогатил россиян словами общество, гласность, искусство, вероятный, достоверный, благодарность, почтительность, беспристрастность…

Александр Радищев дал языку слово гражданин в значении «полноценный член общества».

Николая Карамзина приходится благодарить за русификацию слова кучер, близкого коучам, – и за промышленность, человечность, влюблённость, тротуар, благотворительность, вольнодумство, утончённость, ответственность, достопримечательность, подозрительность, общественность, общеполезный, трогательный…

Александр Шишков, страстный борец за чистоту русского языка, сгенерировал множество слов, из которых прижились единицы – например, лицедей.

Александр Пушкин тоже увлекался словотворчеством, но его неологизмы лучше не отделять от контекста. В романе «1814 / Восемнадцать-четырнадцать» рассказана история пушкинской эпиграммы:

За ужином объелся я, А Яков запер дверь оплошно — Так было мне, мои друзья, И кюхельбекерно, и тошно.

За издевательский неологизм Вильгельм Кюхельбекер вызвал автора на дуэль, они с Пушкиным стрелялись, и это едва не привело к трагедии.

Работая над своим языком, Пушкин старался не использовать в стихах букву [ф], называя её недостаточно русской. В сказках «О золотом петушке», «О мёртвой царевне и семи богатырях», «О попе и о работнике его Балде», в «Песни о вещем Олеге» и «Женихе» буква [ф] не встречается. «Сказка о царе Салтане» содержит единственное слово, которое начинается на эту букву, – флот. Правда, оно повторено трижды. В «Сказке о рыбаке и рыбке» тоже лишь одно слово с буквой [ф] – простофиля. В поэме «Полтава» два раза встречается анафема и один раз – цифра; больше слов с буквой [ф] там нет.

В прозе Пушкин был менее суров и пользовался всеми буквами алфавита по мере надобности. Придуманные им слова не вошли в русский язык, но на изменение литературного языка в целом он оказал колоссальное влияние.

Николай Гоголь обогатил язык словом халатность.

Критик Виссарион Белинский запустил в обращение понятия объективный и субъективный.

Журналисту Петру Боборыкину – земной поклон за слова интеллигент и интеллигенция, которые он регулярно использовал в своих статьях. Слова прижились, хотя полтора столетия не утихают споры об их точном значении.

Михаил Салтыков-Щедрин тоже не остался в стороне: с его лёгкой руки в русском языке существуют злопыхательство, благоглупости, головотяпство и мягкотелый.

Иван Тургенев ввёл в обиход слово нигилист.

Фёдор Достоевский – автор слов приживалка и стушеваться заодно с нестареющим сочетанием административный восторг.

Антон Чехов, кроме иронических неологизмов, уместных в тексте, но не за его пределами, подарил читателям своих писем словечко тараканить, обозначающее половой акт.

В начале XX века стараниями писателей литературный язык бурно развивался, и вместе с ним расцветало словотворчество как непрерывная череда лингвистических экспериментов.

Игорь Северянин утвердил в языке слово бездарь.

Корней Чуковский придумал канцелярит – об этом уже была речь…

…а настоящее соревнование за первенство в количестве придуманных слов развернулось между Велимиром Хлебниковым и Владимиром Маяковским. Правда, Хлебников не знал о том, что соревнуется: в отличие от Маяковского он был неазартен и просто экспериментировал с языком, доведя счёт неологизмам до умопомрачительных десяти тысяч.

Слова, придуманные Хлебниковым, обычно имели смысл только в контексте его произведений, как у Пушкина или Чехова. Но некоторые используются по сей день. Например, в 1915 году в стихотворении «Тризна» он впервые употребил слово лётчик. Сочетанием атомная бомба русский язык тоже обязан Хлебникову. Жаль, не прижилось очень точное определение – тухлоумцы.

Маяковский был плодовит на диковинные слова, но до Хлебникова ему далеко, и всё же в русском языке до сих пор мелькают дрыгоножество, в котором поэт обвинял балерину Кшесинскую, серпастый и молоткастый паспорт и задолицая полиция.

Александр Казанцев – академик, писавший фантастические романы, – ввёл в обращение слова инопланетяне и вертолёт.

Владимир Набоков поступил оригинально, перенеся слово пошлость из русского языка в английский. Писателя не устраивало, что у американцев нет слова, описывающего рекламу и образ жизни. А в интервью 1969 года он, сам того не подозревая, обогатил не только нынешний русский язык, но и языки всего мира, сказав: «Мне часто приходит на ум, что надо придумать какой-нибудь типографический знак, обозначающий улыбку, – какую-нибудь закорючку или упавшую навзничь скобку, которой я мог бы сопроводить ответ на ваш вопрос». Так Набоков предвосхитил появление смайлика.

Эксперименты с языком зачастую эффектны и порой эффективны, но делать их основой писательского творчества – «ошибка выжившего» № 46.

Сергей Довлатов писал «Чемодан», «Заповедник» и «Филиал», стараясь избегать предложений, в которых слова начинаются на одну и ту же букву. Так он работал над своим языком, дисциплинировал себя и боролся с многословием, но не делал из приёма аттракцион…

…зато множество авторов только тем и заняты. Например, они соревнуются в сочинении рассказов, где – вопреки методу Довлатова – на одну и ту же букву начинаются все слова.

Можно вспомнить старинный школярский опус «Отец Онуфрий, обходя окрестности Онежского озера, обнаружил…» и так далее. Можно – более свежую «Повесть про Петра Петровича»:

Пётр Петрович Петухов, поручик пятьдесят пятого Переяславского пехотного полка, получил по почте приятное письмо. «Приезжайте, – писала Полина Павловна Перепёлкина, – поговорим по-простому, помечтаем, потанцуем, погуляем, посетим полузабытый полузаросший пруд, порыбачим. Поскорее приезжайте погостить, Пётр Петрович».

Петухов порадовался. Предвкусил пикантное приключение. Почувствовав подъём, прикинул: «Пожалуй, поеду». Прихватил поношенный полевой плащ. Пригодится.

Поезд прибыл под Подольск после полудня.

Первым Петра Петровича приветствовал почтенный папа Полины, помещик Павел Пантелеймонович. «Пожалуйста, Пётр Петрович, положите плащ, проходите, присаживайтесь поудобнее», – произнёс папа.

Подошёл пузатый плешивый племянник помещика. Представился: «Порфирий Платонович Поликарпов». Потеребил пальцами полу пиджака, прибавил: «Просим, просим».

Появилась Полина. Полные плечи прелестной провинциалки прикрывал прозрачный персидский платок.

Поговорили, пошутили, пошли пообедать. Повара подали пельмени, плов, пикули, печёнку, паштет, пирожки, пирожные, пол-литра померанцевой. Плотно поев, Пётр Петрович почувствовал приятное пресыщение.

После посиделок Полина Павловна пригласила Петухова прогуляться по парку. Перед парком простирался полузабытый полузаросший пруд. Прокатились под парусами. Потом пошли погулять по парку…