Дмитрий Михалек – Чужая тень II (страница 8)
Мы опережали клан убийц — а то, что за нами гонится весь клан Змееголовых, я не сомневался. Но в какой-то момент у меня сложилось ощущение, что они отставали нарочно, может быть, для того, чтобы не драться со мной один на один. Возможно, слух, что я выиграл турнир на складах у Вилли Ливона, донесся и до них, создав мне определённую репутацию. Еще дважды на бегу я заряжал арбалет. Оба раза тени, раненные выстрелами, прятались за трубы, но темнота и расстояние не давали мне ни прицелиться ни тем более убедиться, насколько серьёзны их раны.
Когда о спину снова зарикошетили сюрикены, разрывая мою одежду и пропитывая ее запахом едкого яда, у меня оставалось всего четыре болта. Я спрятался за ближайшей печной трубой, глядя вслед Эйвину, который по-прежнему бежал впереди, не сбавляя темп. Присев на корточки я выглянув из-за укрытия, и найдя цель выстрелил. Болт угодил очередному головорезу прямо в голову, а я укрывшись за трубой тут же перезарядил арбалет. Так стрелять было легче, чем на бегу, и я снова попал как раз в момент, когда очередной человек в чёрном применил своё Ци, чтобы перепрыгнуть с крыши на крышу. Болт пробил его грудь насквозь, и тело, разогнанное угасающим Ци, катилось по крыше в моём направлении.
Я снова перезарядился и, полусогнувшись, юркнул с крыши вниз. «Эйвин уйдёт, — мелькнула мысль. — Ему ничего не грозит. Главная цель — я, тот, который убивает убийц».
Земля встретила меня глухим хлопком. Однако помня о том, что мои преследователи смотрят сквозь тени, я не мешкая вскочил и снова побежал.
Еще один убийца прыгнул прямо за мной, идя по моему теневому следу, и стал обладателем предпоследнего болта. С каждым выстрелом я стрелял всё лучше и лучше, но у меня остался всего один заряд.
Налево. Направо. Вниз по проулку мимо каких-то лавочек, кувырком под натянутой кем-то между ставнями бельевой верёвкой, и снова бег, и снова направо, судя по запаху и вывескам — в мясной ряд… Я петлял интуитивно, прекрасно зная, что бегу в трущобы, где негласно правит гильдия воров.
Уже думая, что оторвался, я обернулся, чтобы мельком глянуть на едва светлое небо — если слово «светлое» применимо к ночному пейзажу.
Убийцы будут искать меня повсюду, перекроют каждый закоулок, но я смогу уйти. Я же не просто культиватор, а еще и бывший пехотинец, привыкший бегать со щитом, копьем, в латах и шлеме, тащивший вдобавок к этому еще и мешок-палатку, воду и еду на три дня пути, а значит, имею задел по выносливости. Улыбнувшись, я слегка сбросил темп, вновь заворачивая в какой-то переулок и стараясь бежать не столько быстро, сколько бесшумно.
И тут я встретился с ним взглядом.
Он просто стоял и ждал, словно меня, будто зверя, загоняли на самого опытного из охотников. Он был в широкополой соломенной шляпе, которая притягивалась к голове системой веревочных узлов, фиксируя головной убор небольшой петлёй о подбородок. Длинный, расшитый чёрными, переливающимися чешуёй змеями халат был просторен, но утянут двойным оборотом льняной веревки. Из-под его полы торчала остроносая обувь.
Что я делаю? Почему разглядываю, в чём он одет? Почему мой взгляд сам собой опускается вниз, а руки и ноги тяжелеют и тянут меня к земле?
Навалившаяся усталость захлестнула меня безразличием и к погоне, и даже к собственной жизни, оставляя лишь одну мысль: лечь и уснуть прямо тут.
Он шёл ко мне медленно, так что я успел целых пару раз закрыть и снова открыть зудящие от усталости глаза. Я смотрел куда-то на уровень его ног, уже устраиваясь головой на удобном камне, как вдруг сквозь темноту и вязкость моего сна ко мне воззвал истошный вопль:
— Мастер Бенджи, группу!
Он не орал — он требовал, и я помня, кому он принадлежит, даже не усомнился в том, чтобы воспротивиться этому голосу. Да куда там голосу — сейчас я повиновался и меньшему. Я повиновался накатившей на меня усталости.
Группа построилась по моему согласию, и ночной воздух ворвался в мой ум вонью и сыростью подворотен. Я поднял взгляд на культиватора серебряной лиги, на чьем круглом лице вдруг появилась рана, оставленная ядовитым саем Эйвина. Тёмный лекарь отступил от ученика, таких как он я еще не встречал, но несколько раз слышал описание их навыков от Зэра, однако решив не терять шанс я в последний раз разрядил свой арбалет, целясь прямо врагу в грудь.
— Ухх! — выдохнул Эйвин, опираясь на колени и повернувшись ко мне. — Я уже сон седьмой видел… Вы это вовремя с арбалетом успели.
Я попытался что-то ответить — не смог; попытался встать — не получилось и этого.
— Тащи его к телу, — приказал Эйвину Зэр, и парень, выпрямившись, сам поволок меня к трупу культиватора.
— Райс, соберись! — крикнул император уже мне. — Тебе нужно расщепить его артефакт, чтобы драться дальше или вообще хоть что-то делать. Этот урод поглотил твоё Ци, и моего сожрал немало.
Я наконец поднялся и, спотыкаясь о мусор, ковылял под руку с Эйвиным.
— Быстрее, мастер Бенджи, — оглядываясь, бормотал тот, — я снова слышу гонг.
Не с первого раза, но у меня все же получилось взглянуть сквозь тени. Бронзовый артефакт тёмного лекаря в виде статуэтки какой-то жабы уже лежал на его груди прямо на оперении арбалетного болта. Я прикоснулся к нему своим перстнем и надавил со всей силы, на какую сейчас был способен. Следом за мной это проделал и Зэр, навалившись всем телом, и даже Эйвин приложил свою ладонь к моему плечу, посылая в действие Ци группы. Наконец жаба треснула.
— Райс, — указал мне Зер на спину бронзовой фигурки, — этот осколок — тебе. Эйвин, твой — только глаз. Больше нельзя — сгоришь!
Мы вкусили куски жабы, и мир снова заиграл красками, а звёзды засияли так ярко, что залили своим светом всё вокруг. Топот бесшумно бегущих ног слышался будто бы совсем близко, но это было не совсем так.
— Шляпа… — проговорил я, указывая на серебряный артефакт мертвого культиватора.
— Ты не сможешь её разрушить. Рвите группу и бегите отсюда! — приказал Зэр.
— Но мы можем их побить! — запротестовал было Эйвин, однако я уже знал это чувство и, взмахнув рукой между нами так, словно отсекал невидимую нить, разорвал группу.
— Бежим! У них яд, и их больше! — приказал я. На сей раз Эй кивнул, хотя я понимал, что он согласился не потому, что понял, а потому, что моё Ци сейчас было во много раз сильнее его и любое моё слово казалось убедительнее.
Мы вновь побежали, на сей раз по земле. По беднеющим домам и отстающим преследователям я понял, что мы уже достигли трущоб.
Наш временный дом был рядом, и убедившись, что хвоста больше нет, мы снова, подобно белкам, понеслись по крышам низких одноэтажных домиков. Клан убийц нас не преследовал — видимо, они все же боялись нарушить территориальные границы или же нашли труп своего лекаря, который, если бы не Эйвин, чуть было не выпил мою Ци досуха.
— Эх, болт забыл вытащить, — слегка пожурил я Эйя.
Хотя в нашем случае надо было радоваться, что мы вообще ушли живыми и даже урвали от противника толику культивации. Меня сразу же подняло на второй ранг последней, пятой ступени бронзовой лиги — ступени вознесения, еще называемой «божественной», а Эйвина — на шестой ранг смертной ступени нашей же бронзовой лиги.
Я был уверен, что он поглотил артефакт намного крупнее того ранга, который ему зачислился, но Зэр лишь покачал головой: мол, ничего тут не поделаешь, Райс, у Эйвина слишком низкий уровень таланта. Впрочем, его глаза такого распространенного на материке фиолетового цвета говорили то же самое.
— Спасибо тебе, Эйвин, — поблагодарил я его. — Если бы не ты, меня бы тот, из серебряной лиги, уже бы доедал.
— А я смотрю — вас рядом нет. Ну, думаю, вернусь, а там глядь — вы спать ложитесь, а этот что-то себе под нос шепчет. Ну, думаю, надо вам группу предложить. Раз вы в статусе судной недели, то те, кто с вами в группе, тоже могут драться как угодно. А если бы вы группу не приняли, я б вам помочь и не смог бы, так что это вы себя благодарите больше, что вовремя очнулись. За артефакт вам, кстати, большое спасибо, я и не думал, что так круто под ним будет бежать…
— Помогите! — раздался знакомый голос из нашего домика, и мы тут же ринулись на крик.
Блик выбежал нам навстречу. На нём не было лица, а кожа его белела подобно листу бумаги.
— Чего орёшь? — первым делом прикрикнул на него Зэр.
— Мой господин, там Лара… Она у себя из тени… того… змею дернула, а та возьми её и цапни…
Глава 7
Культивировать смерть
Я ворвался в комнату и сразу же бросился к ней. Лара лежала на кровати, одеревеневшая, бледная, безразлично взирающая куда-то вдаль, и зажимала левой ладонью шею, будто именно там, под изящными пальцами с аккуратно подпиленными ноготками, таилось то, что доставило ей последнюю в её жизни боль.
— Она пришла в себя, ей стало лучше, и она, увидев змею, попыталась от неё избавиться… — задумчиво произнёс сзади Зэр.
Вот так и бывает: ты можешь пройти войну, множество раз убивая сам, но никогда не будешь готов к её приходу. Особенно если она касается твоих близких…
В другой руке у Лары угасал бронзовый клубок — ее лекарский артефакт первого ранга духовной ступени. Она явно лечилась перед самой смертью, но яд твари, посаженной тёмным лекарем, не дал ей ни единого шанса. На полу валялась деревянная кружка, вокруг нее разлилась лужа.