Дмитрий Лесков – Представления Николааса Витсена о народах Евразии (страница 6)
на русский язык. «Полные переводы трудов Витсена, естественно, невозможны», – утверждал Алексеев. Как специалист по Сибири, он полагал, что в этом нет необходимости, потому что Витсен в
своем труде уделил много внимания и другим регионам15.
А.И. Андреев, опубликовавший в 1939 г. первую часть иссле
дования об исторических источниках изучения Сибири, также счи
тал заслуги исследования Витсена уникальными. До него ни один
западный европеец не сделал так много, «создав своего рода энци
клопедию о Сибири, включившую в себя, прежде всего, многочис
ленные русские источники». Андреев также сожалел, что «это дра
гоценное собрание материалов Витсена» было написано «на языке
мало доступном». Отсутствие русского перевода «Северной и Вос
13
14 Там же. С. 98.
15
ников и писателей. – Иркутск, 1932. – Т. 1. – С. XII, XIV.
10
точной Тартарии» стало причиной пробела «в географической, эт
нографической и исторической литературе о Сибири XVII века».
Как отмечал А.И. Андреев, книга Витсена особенно ценна тем, что
автор использовал информацию из русских источников, многие из
которых были утеряны, и установить их теперь не представляет
ся возможным. Соглашаясь с Алексеевым в отсутствии необходи
мости полного перевода на русский язык «Северной и Восточной
Тартарии», Андреев считал нужным перевести только фрагменты
труда, написанные на основе неизвестных русских источников16.
В настоящее время, когда перевод на русский язык опублико
ван, можно судить, насколько справедливы были высказывания
М.П. Алексеева и А.И. Андреева. Действительно ли Витсен своим
«энциклопедическим» трудом открыл «совершенно новую эпоху»
в науке о Сибири? Такие утверждения, вероятно, не могли не вы
зывать сомнений, поэтому взгляды Алексеева и Андреева подвер
глись критике еще до 1939 г.
В 1937 г. не менее авторитетный историк Сибири С.В. Бахру
шин оценил значение книги Витсена гораздо ниже. По его мне
нию, «Северная и Восточная Тартария» – объемный компилятив
ный труд, состоящий из очень разнородных и не всегда хорошо
переработанных сообщений об Азии, иными словами, труд ос
нован на случайно полученной и не проверенной информации
XVII в. о России. Как полагал Бахрушин, книга, возможно, содер
жала много новой и познавательной информации для тогдашнего
европейского читателя, но русским инициаторам освоения Сибири
в XVIII в. от нее было мало пользы17.
В 1968 г. историк Э.П. Зиннер опубликовал монографию, в ко
торой рассмотрел работы западных путешественников и ученых
XVIII столетия о Сибири. Хотя этот труд был представлен как
продолжение идей М.П. Алексеева, Зиннер разделял скорее точку
зрения на исследования Витсена С.В. Бахрушина, нежели Алек
сеева или Андреева. Историк считал, что европейская литература
XVIII в. о Сибири отражала развитие естественных наук в эпоху
Просвещения. От трудов предыдущего столетия она отличалась
16
17
рия Сибири. – М., 1999. – Т. 1. – С. 17-25.
11
эмпирическим, систематическим характером и ясными границами, которые были обозначены между легендами и фактами, поддаю
щимися проверке. Э.П. Зиннер утверждал, что Витсен безусловно
принадлежал еще XVII столетию, поскольку не разграничивал чет
ко легенды и факты, а, скорее всего, записывал полученные данные
в порядке поступления и не систематизировал их согласно крити
ческому научному принципу: «трудно дать даже приблизительное
представление обо всем богатстве материала в труде Витсена».
Эта избыточность материала привела к тому, что «Северная и Вос