Дмитрий Кувуруз – Кровь и тени Эльдранора (страница 12)

Род, заметив лёгкую усмешку на лице Эйдена, рассмеялся.

– Эйла до сих пор бурчит про ту ночь, – сказал он с весёлой усмешкой. – Но теперь у нас будет что-то новое, достойное. Думаю, на этот щит никто не посягнёт! – Род подмигнул, его голос прозвучал с лёгким вызовом.

Эйден кивнул, чувствуя, что идея со щитом была не лишена смысла. Он снова посмотрел на старый щит в руках Рода, оценивая его как возможную новую вывеску.

В этот момент к ним присоединился Сэм, неся небольшой молоток и несколько досок для крепления. Его лицо всё ещё сохраняло остатки былого веселья, и, подходя ближе, он хлопнул Эйдена по плечу.

– Ну что, дружище, готов к новой задаче? – весело спросил он, кивая на дрова и топор. – Сегодня у нас есть работа поважнее.

Эйден, ещё не совсем поняв, что именно задумали его друзья, на мгновение задумался, затем кивнул, понимая, что этот день обещал быть не таким рутинным, как он планировал.

Сэм и Род тут же принялись за дело. Они начали снимать старую вывеску и готовить щит к новой роли. Щит был покрыт пылью и нуждался в тщательной очистке, но его прочная основа выглядела вполне надёжно. Род осторожно начал счищать старые следы времени, словно стирая старую историю, чтобы дать месту новую жизнь.

Сэм, смеясь и подшучивая, занялся сборкой стойки для новой вывески. Молоток в его руках быстро и чётко вгонял гвозди, и доски начали складываться в прочную конструкцию.

В их движениях ощущалась уверенность и энергия – всё делалось на совесть, как полагалось во Фростхейме.

Род на мгновение замялся, затем усмехнулся и развёл руками.

– Эх, вот тут у нас беда. Никто из нас не умеет писать, – с улыбкой признался он.

Сэм, встав рядом, только рассмеялся:

– Да уж, если я что-то напишу, это будет позор для такой вывески!

Эйден покачал головой, усмехнувшись, видя, как его друзья, явно не подумав об этом заранее, оказались в тупике. В этот момент появилась Эйла, её взгляд был одновременно строгим и тёплым. Она подперла бока руками и, глядя на старую вывеску, притворно обиделась на их пьяные проделки.

– Ну что, собрались новую вывеску делать? – с лёгкой усмешкой произнесла она. – Надеюсь, в этот раз вы не будете забрасывать её снежками?

Грэй, взяв кисть, взглянул на неё с вопросом в глазах: «Что написать?». Эйла кивнула, и на её лице появилась лёгкая улыбка. Она понимала, что это был не просто очередной предмет декора, а символ того, как они вместе строят своё будущее, кирпичик за кирпичиком, несмотря на любые трудности.

Эйла внимательно посмотрела на старый щит, затем на Эйден, словно обдумывая различные варианты названия. Её губы слегка поджались, пока она мысленно перебирала идеи. Наконец, на её лице заиграла хитрая улыбка, и она, обведя взглядом всех собравшихся, произнесла:

– «Медвежий ночлег». Кажется, это идеально подойдёт для нашей таверны. – Её голос прозвучал с добродушной иронией. – По ночам, когда вы все засыпаете, храп такой, будто в доме поселился медведь.

Она весело рассмеялась, и Род с Сэмом, уловив шутку, не смогли сдержать улыбки.

– Тут не поспоришь, – засмеялся Род, слегка пожав плечами. – Порой сам просыпаюсь от собственного храпа!

Эйден, услышав название, едва заметно кивнул, признавая его удачность. Оно идеально отражало и атмосферу этого места, и характер его завсегдатаев. Он взял кисть и медленно окунул её в густую бордовую краску. С уверенной рукой он начал выводить первые буквы на щите, и каждая линия ложилась аккуратно и чётко.

«Медвежий ночлег» – эти слова постепенно оживали на поверхности щита. Эйден осторожно выводил каждую букву, придавая им выразительность и силу. Бордовая краска ярко выделялась на сером фоне, делая вывеску не просто заметной, а величественной и притягивающей взгляд.

Когда работа была закончена, все подошли ближе, чтобы оценить результат. Старый щит словно обрел новую жизнь, превратившись в символ тепла и уюта таверны. Эйла шагнула вперёд, внимательно разглядывая надпись, её глаза засияли от восхищения.

– Эйден, это просто невероятно! – сказала она с искренней радостью. – У тебя удивительный почерк. Кто бы мог подумать, что ты так мастерски пишешь. Эта вывеска станет нашей гордостью.

В её голосе было неподдельное восхищение, которое отозвалось у всех. Род и Сэм переглянулись, удивлённо кивнув, явно не ожидая от Грэя такой кропотливой работы. Даже сам Эйден, обычно сдержанный, слегка улыбнулся, ощущая приятное тепло от похвалы. Это маленькое признание его труда было для него значимым.

– Вот это я понимаю – настоящая вывеска! – гордо объявил Род, отступив назад, чтобы полюбоваться результатом.

Сэм, стоя рядом, хлопнул Эйдена по плечу:

– А я и не думал, что ты так хорош в этом деле! Теперь у нас не только новая вывеска, но и свой собственный художник.

Они ещё несколько минут восхищались плодами своего труда, обсуждая, где лучше повесить щит и как его надёжнее закрепить. В воздухе царило ощущение завершённости, приятное чувство довольства, когда хорошо сделанная работа приносит радость.

Но весёлое настроение резко оборвалось, когда до них донёсся звук быстрых шагов, раздающихся со стороны дороги. Эйден, Род и Сэм обернулись и увидели, как к ним уверенно приближаются несколько мужчин из соседней деревни Роискуд. Их лица были мрачными и напряжёнными, словно несли с собой нечто важное и тревожное. Одетые в толстые плащи и меховые шапки, они шли быстрым шагом, и по их виду было ясно, что дело серьёзное.

Род нахмурился, взгляд его потемнел. Он быстро обменялся взглядом с Эйлой и тихо сказал:

– Иди домой. Здесь что-то случилось.

Эйла хотела возразить, но, увидев серьёзность в глазах мужа, кивнула и быстрым шагом направилась к дому, оставив мужчин разобраться с незваными гостями.

Друзья вышли навстречу приближающимся. Мужчины, тяжело дыша от холодного воздуха, остановились перед ними. Лицо каждого было раскраснелось от мороза, но тревога в глазах говорила громче слов. Один из них, старше остальных, выступил вперёд, его голос был хриплым и тяжёлым:

– Род, беда у нас. Нам нужна твоя помощь.

Эйден заметил, как на лице Рода мелькнула тень беспокойства. Мужики из Роискуда редко приходили без веской причины, а уж тем более целой группой. Что-то серьёзное явно произошло.

Снег хрустел под ногами, когда группа мужчин, ведомая Родом, направлялась к старому сараю, что стоял чуть в стороне от таверны. Этот сарай давно стал местом, куда редко кто заходил: его деревянные стены, покрытые инеем, выглядели ветхими, а перекошенные ворота скрипели на ветру, словно предупреждая о забытом времени. Внутри царил полумрак, лишь тусклый свет пробивался через щели в стенах, создавая призрачное освещение. Воздух был пропитан сыростью и пылью, а давно заброшенные вещи превращались в бесполезный хлам, медленно угасая в тишине.

Когда они вошли внутрь, их окружили стеллажи, заваленные ржавыми инструментами и старым хозяйственным хламом. В углу лежали кривые гвозди, изогнутые пилы и молотки с треснувшими ручками – всё это давно покрылось налётом забвения. Однако в центре сарая выделялся старый верстак, на котором, в противовес общей запущенности, аккуратно лежали свежие инструменты, как будто кто-то совсем недавно работал здесь. Вокруг верстака собрались Род, Сэм, Эйден, Айвор и остальные мужчины из деревни. Свет от принесённого фонаря бросал на стены длинные тени, придавая помещению тревожную, почти зловещую атмосферу.

Род, едва дождавшись, пока все войдут и закроют за собой дверь, резко повернулся к Айвору – коренастому, но крепкому мужчине с каменным лицом. Его тяжёлый взгляд и глубокие морщины на лице говорили о том, что он пережил немало.

– Айвор, что случилось? – Род задал вопрос без тени привычной шутливости. Его голос звучал серьёзно, будто он уже предчувствовал что-то недоброе.

Айвор, поёживаясь от холодного воздуха, который всё ещё пронизывал их даже здесь, откашлялся и сделал шаг вперёд. Он опустил голову, как будто не находя сил сразу произнести слова. Его огрубевшие руки сжались в кулаки, и по лицу было видно, что он с трудом решается заговорить.

– Чарльза… нашли, – прохрипел он, словно эти слова вырывались с трудом. – Мёртвого.

Комната погрузилась в тягостное молчание. Свет фонаря качнулся, бросая зыбкие тени на лица присутствующих, отражая гнетущую атмосферу. Грэй, стоявший чуть в стороне, нахмурился и внимательно посмотрел на Айвора, пытаясь уловить смысл сказанного.

Айвор, сглотнув, продолжил:

– Его нашли в пролеске, неподалёку от деревни, – добавил он глухо.

Грэй нахмурился, пытаясь вспомнить, кто такой Чарльз. Имя показалось ему незнакомым. Он украдкой взглянул на Сэма, и тот, уловив его замешательство, наклонился ближе и пояснил:

– Чарльз – мясник, – сказал Сэм, его голос был приглушённым, полным уважения. – Ты его знаешь, Эйден. Огромный рыжий мужик с бородой. Ты с Сигмундом только пару дней назад брали у него мясо для праздника.

Он кивнул, и образ мясника всплыл у него в памяти: большой, крепкий мужчина с рыжими волосами и густой бородой. Недавно они вместе шутили, когда Чарльз помогал выбрать лучший кусок мяса для трапезы. Теперь же этот человек, ещё недавно полный жизни, был мёртв.

Тяжесть навалилась на сердце Эйден. Это известие будто выбило почву из-под ног. Ещё несколько дней назад Чарльз был рядом, смеялся, и казалось, что он – неотъемлемая часть этого мира. И вот его больше нет.