Дмитрий Гуреев – Цифровое мышление в бизнесе. Как строить процессы, чтобы ИИ стал стратегическим преимуществом (страница 3)

Алексей прислонился лбом к холодильнику. Металл был ледяным.

– Елена Викторовна проверяла? Она же всегда проверяет.

– В отпуске. Проект автоматически попал в категорию «типовой». Никто не перепроверил, – ответил Виктор и, не удержавшись от сарказма, ехидно добавил: – Посмотрите, у нас же теперь ИИ-ассистент! Он у нас со всем справится! Не так ли?

Тишина.

– Виктор, объясни по порядку.

– По порядку? – Голос стал жестче. – «Сибирь-Хим» участвовал в крупном гостендере как субподрядчик. Вписали наше оборудование в заявку. Строительство химкомплекса, сотни миллионов. Им нужна была спецификация за три дня для подачи документов. Они рискнули своей репутацией. Понадеялись на нас: «“Инноватех” – годами наш поставщик, они знают, что делают». Их технолог был завален подготовкой, подписал спецификацию не глядя. Монтаж уже начали. И тут их химик случайно обратил внимание на марку стали.

Чайник закипел. Алексей выключил его, но чай заваривать не стал. Просто стоял, глядя в окно. За стеклом серело утро.

– Понимаешь, что бы было? Через три-шесть месяцев началась бы коррозия. Утечка кислоты. – Виктор помолчал. – Могли пострадать люди!

В груди что-то замерло. Не от страха, а от осознания. Чистого, холодного осознания того, что произошло и что могло бы произойти.

В голове промелькнула картинка – словно схема на доске:

Мысли вернулись ко вчерашнему выступлению.

«Экстернализация знаний: как мы увеличили производительность на 70%». Триста человек слушали про успех. И никто не узнает про цену ошибки.

– Не одна ошибка, – проговорил медленно Алексей. – Цепочка.

– В смысле?

В голове всплыл проект трехмесячной давности. Запрос от «Сибирь-Хим». Реактор для полимеризации. И в том запросе было упоминание… Да, точно. «Планируем переход на новое ТУ – технические условия производства – с другими реагентами, текущая технология устарела». Система это учла. Дала обычную сталь. Технически все правильно.

– ИИ не ошибся, – сказал он тихо. – Система учла их планы на новое ТУ. Для него обычная сталь подошла бы. Технически ответ правильный.

Картина складывалась.

– Каждое звено выглядело разумно. Но вместе…

– Вместе сложилось в катастрофу. – Виктор помолчал. – Юристы говорят, шансы 70 на 30 в нашу пользу. «Сибирь-Хим» сами упоминали в запросе планы перейти на новое ТУ – для него обычная сталь подошла бы, да и спецификацию подписали. Формально мы вроде правы.

– А реально?

– Реально – раньше мы бы позвонили и уточнили: «Новое ТУ уже внедрили?» Дали бы спецсталь на всякий случай.

Виктор помолчал.

– Это называлось «забота о клиенте». А система просто взяла их слова и выдала в качестве решения обычную сталь. Технически правильно. Но мы потеряли ответственность, бдительность, да что там – че-ло-веч-ность!..

Алексей закрыл глаза. Замелькали картинки последних месяцев.

Все решения были логичными. Каждое – оправданно само по себе. Но они сложились как карточный домик: одна карта устойчива, две еще держатся, три – пока нормально. А из-за четвертой все рушится. Не потому, что четвертая «плохая». А потому, что накопилась неустойчивость от предыдущих допущений.

– Юристы правы про 70 на 30, – сказал Алексей медленно. – Но это не юридический вопрос. Это вопрос того, какими мы хотим быть.

Он снова посмотрел в окно. На автостоянке включились огни. Один за другим в доме напротив загорались окна квартир. В такой ранний час солнца было явно недостаточно. Соседи начинали просыпаться. Обычный четверг. У кого-то – кофе и новости. У Алексея – выбор, который определит все: его карьеру, будущее компании, судьбы других людей.

– Тридцать два миллиона на замену оборудования, – сказал Виктор тихо. – Плюс риски для репутации. Плюс вероятность попасть в реестр недобросовестных. Или… сохранить деньги, настоять на формальности, но потерять доверие.

Алексей посмотрел на свое отражение в темном окне. Для своих тридцати восьми лет он сделал многое – дорос до позиции топ-менеджера, завел семью, – и вроде для карьерного прорыва еще есть время, но что-то явно идет не так. Полтора года с момента начала проекта цифровизации бэк-офиса. Одиннадцать проектов внедрения ИИ. И вот оно – настоящее испытание.

Не технологией. Ответственностью.

Он закрыл глаза. В темноте всплыли цифры: 11 проектов, новая зарплата, запланированный отпуск с семьей на Алтае… И 32 миллиона убытков.

Одна деталь, которую не уточнили. Одна. Которая могла стоить человеческих жизней.

Он попытался взять себя в руки и как мог спокойно спросил:

– И что «Сибирь-Хим» говорит?

– Они требуют встречи. Сегодня. В десять утра. Приедет их генеральный лично.

– Я буду.

Маша стояла в дверях кухни и смотрела на него вопросительно. Алексей попытался улыбнуться, но не вышло.

За окном серело утро. Обычный четверг. Который изменит все.

Глава 1. Идеальный шторм

• Проблема не в том, что мы не видим решения.

• Проблема в том, что мы неправильно видим проблему.

Шестью месяцами ранее

Понедельник, 9:17. Инженерный отдел. Рабочее место Алексея

Телефон завибрировал на столе в третий раз за утро. Экран мигал настойчиво, отбрасывая синеватый свет на клавиатуру. Алексей даже не посмотрел – знал, что Виктор. Это может быть только он. Особенно по понедельникам.

Алексей взял трубку, зажал плечом, продолжая листать отчет о простоях линии номер три. Цифры расплывались перед уставшими глазами. Недосып, даже третья чашка кофе не помогала.

– Что там? – Голос ровный, но напряженный. Алексей потер переносицу – делает так по привычке, когда устал.

В трубке – голос Виктора, коммерческого директора. Энергичный, всегда уверенный, но сейчас напряженный:

– Где «Сталь-Проект»?! – Не здоровается, сразу в атаку. – Контракт на тридцать восемь миллионов под угрозой срыва!

Алексей почувствовал знакомое напряжение в солнечном сплетении. Холодная волна поднялась от живота к горлу. Опять. Как будто проигрыватель поставили на повтор, и одна и та же пластинка крутится месяц за месяцем, год за годом.

Он кликнул мышкой – открыл систему логистики. Хотя и так знал ответ. Всегда знал. Но надеялся, что вдруг, внезапно, чудо произойдет и статус обновится.

Не обновился.

– Груз в Екатеринбурге, – сказал он, глядя на экран. – Должен был быть в четверг, но…

– Но?!

Алексей сжал кулак под столом. Ногти впились в ладонь.

– Экспедитор не обновил статус. Последняя отметка – вчера утром, семь ноль пять, заправка под Пермью.

Пауза. Послышалось тяжелое дыхание Виктора в трубке. Алексей ждал взрыва. Знал, что он будет.

– Алексей, – голос Виктора стал тише, но это хуже крика, – я продавал этот проект три месяца. Три!

– Знаю.

– «Сталь-Проект» – флагман региона! У них еще пять линий в планах – на сто пятьдесят миллионов! Но если мы сорвем этот контракт… – Голос повышался с каждым словом, набирая обороты. – Как ты мог допустить?!

Что-то дернулось внутри Алексея. Как сильно сжатая пружина, которую отпустили.

– Я?! – Он сам не ожидал, что голос прозвучит так резко. – Это ВЫ настояли на GPS-трекинге в первую очередь! Восемь миллионов вложили в прошлом году! «Нам нужна прозрачность логистики». – Алексей встал из-за стола. – Я говорил: мы не логистическая компания, плюс-минус две недели всегда было нормально. Но нет, вам нужна была красивая презентация для инвесторов!

– Твоя зона ответственности – производство и логистика!

– А твоя – продажи! – Алексей почувствовал, как дрожат руки. – Я просил ЧЕТЫРЕ месяца на проект! Ты настоял на трех. Потом обещал клиенту отгрузку в четверг. Я просил еще неделю сверху. Ты заверил, что успеем. Ты заверил!

Пауза. Долгая. Тяжелая.

Алексей слышал собственное дыхание. В висках стучало. Руки тряслись. Он взял ручку со стола, начал ее теребить.