Дмитрий Горчев – ЖЖ Дмитрия Горчева (2005–2006) (страница 32)

Старушечий Бог нетороплив и основателен: всякое дело он рассматривает со всех сторон и только потом выносит резолюцию. Это требует долгого времени, поэтому не все ещё пороки наказаны. Но когда они будут наказаны, в этом уже никто не сможет усомниться.

Старушечьего Бога можно задобрить: принести ему яблочек или домашней выпечки — он это любит.

Отряд старушек, вооружённый Старушечьим Богом непобедим: у самого бесчуственного омона отказываются стрелять ружья и омон начинает шмыгать носом и разводить руками, чего омону делать нельзя никогда и ни при каких обстоятельствах.

Старушечий Бог — великая и страшная сила.

Слава, с днём рождения. Ты уже стал совсем большой. Пойду-ка я выпью за твоё здоровье сто грамм синопской и съем чебурек.

Нарисовал картинку к книжке юзера atorin

Не прошло и сорока лет, а я наконец-то нашёл применение для совершенно бесполезного в нормальной жизни белого цветного карандаша.

Терпенье и труд.

А я тем временем разочаровался в антисемитизме. Ничего в нём интересного нету.

Люди как люди — ничем не лучше и не хуже всех остальных — негров там, арабов, французов. Люди — они все одинаковые, когда их больше восемнадцати.

Что-то про Грузию сегодня никто не пишет. Я уж не говорю про Кондопогу.

Как учит нас наука педагогика, младшие школьники не способны удерживать внимание на одном предмете более десяти минут. С годами этот показатель увеличивается почти до часа.

Только забрал из ремонта мобильник, как тут же перегорело питательное устройство на компьютере. Но я сейчас чрезвычайно богат и поэтому завтра куплю новое. Следующий на очереди, судя по симптомам, телевизор — очень сделался синий и гудит. Туда ему и дорога. Вот уж телевизор я точно покупать не стану. Жаль, что так и не узнаю кто же будет чемпионом в текущем году. И это тоже к лучшему: когда не знаешь кто настоящий чемпион, то можно смело считать, что это ты и есть.

Сегодня случилось страшное: я не смог с первого раза найти дом кино.

«Кто не хочет работать клоуном у пидарасов, будет работать пидарасом у клоунов. За тот же самый мелкий прайс.» [7]

Охуительно.

А вообще каждому человеку отпущено примерно одинаковое количество мудачества. Только используют они его все по-разному: один всё время немного мудак, а другой — мудак время от времени. Причём чем реже, тем хуже.

проблема с креативом состоит в том, что в идеальном случае изготовитель креатива должен сам принадлежать к собственной целевой группе. Наилучший креатив для менеджеров среднего звена может изготовить менеджер среднего звена, музыку для парней из ливерпуля — парни из ливерпуля и т д. Беда же в том, что если креатив оказался удачным и целевая группа признала в изготовителе своего парня, она выплачивает ему столько денег, что он может наконец уволиться из этого сраного офиса или уехать из этого поганого ливерпуля. Некоторое время ему ещё удаётся притворяться своим, но от жизни никуда не денешься и всё больше появляется в его творчестве жалоб на диктат издательств, звукозаписывающих компаний, дороговизну недвижимости и плохое качество кокаина. То есть на те вещи, которые никому, кроме него самого и таких же как он лузеров нахуй не интересны.

У бабушки моей на серванте с хрусталём стоял всем известный шарик: внутри него домик, собачья будка, ёлочки, и всё это залито глицерином. Когда потрясёшь такой шарик, начинает падать пенопластовый снег. Если трясти сильно, то внутри шарика начинается настоящий снежный буран — вообще ни зги не видно. А потом всё потихоньку успокаивается и опять падает снежок, а потом жизнь там и вовсе останавливается (точно так же как в ЖЖ на выходные).

Через много лет я купил похожий шарик своей, тогда совсем ещё небольшой дочке — очень уж он ей понравился. Этот шарик был несколько усовершенствованным: трясти его было не нужно, потому что он стоял на подставке а сбоку была ручка. Если покрутить ручку, с шарикового неба начинал падать всё тот же снег под бессмертную песню про элизу.

Кстати сказать, Бетховен был действительно нечеловеческим гением: даже когда не останется вообще никакой культуры, эта песня всё равно будет звучать для услаждения античеловеческих киборгов.

Да, про шарик. Если вращать ручку очень-очень быстро, в нём тоже начиналась буря, но вот что интересно — песенка оставалась такой же унылой и монотонной. Потом буря прекращалась и снег прекращался, а песенка всё играла, играла, блядь и играла.

Понадобилось вдруг сегодня купить пятьдесят долларов США.

Зашёл в обменник (даже и не помню когда в последний раз был в обменнике), отдал им хорошие деньги, на которые можно что-нибудь купить, мне дали взамен разноцветную бумажку. «Что это?» — спросил я подозрительно. Те доллары, которые я помню, были серенькие, зелёной на них было только печать. «Пятьдесят долларов» — сказала кассирша равнодушно.

Тут я вспомнил, что у них там года два назад произошла какая-то денежная реформа. Как же давно я, оказывается, не видел долларов. Почти как при Советском Союзе.

А вот скажите «мамут» — это означает «мамонт» или это что-то на иврите? У меня когда-то была болгарская марка, на ней был нарисован мамонт и написано «мамут».

Жалко, что никто больше не собирает марок. Филателия исполняла огромную просветительскую роль. Ну вот скажите, кто из нынешних школьников знает, как называется слово «почта» по-монгольски? Хуй. Никто не знает.

Партизаны 8 (Партизаны разобрали железную дорогу)

Я окончательно разочаровался в Южной Корее.

И эти люди собрались победить Ким Чен Ира, сына Ким Ир Сена!

Того самого Ким Чен Ира, которому Небесная Корова приносит молоко и мёд; которого ноги подпирают горы, а башмаки купаются в водопадах; слова которого подслушивают медузы и поют летучие рыбы; чьи палочки для еды движутся так быстро, что ни один человек не видел, как он ест; чей стальной бронепоезд без рельсов и угля бороздит материки и океаны; чьё собственноручно изготовленное солнце осветит скоро все уголки мира и тогда ничего тайного больше не останется в мире и будет сиять только единый ослепительный свет истины.

Жалкие пигмеи.

В старой-престарой квартире нашли на антресолях старую-престарую бутылку плохого-преплохого портвейна, изготовленного в те времена, когда ещё было стыдно пить такой портвейн. Или наоборот, ещё было не стыдно, какая разница. Город Ленинград, завод Самтрест. Завод остался, а города нет.

Откупорили, понюхали: портвейн. Выпили по маленькому-маленькому глотку: всё равно портвейн. Такой же плохой, как был когда-то, лучше не стал, и хуже тоже не стал: какой был, такой и остался. Позавидовали портвейну и допили.

Ну на самом дне только какое-то говно выпало осадком.

Давно замечено, что как раз у коренных москвичей отсутствует та самая «масковскасть», которая так раздражает остальных жителей бывшей империи. В этом отношении коренные москвичи похожи на коренных американцев: они либо не подозревают о существовании какой-то жизни за пределами транспортных колец, либо подозревают, но на эту жизнь им глубоко насрать.

Понаехавшие же знают о той жизни гораздо больше, чем им хотелось бы о ней знать. Они постоянно видят один и тот же сон: что вот приехали они погостить в свой Мончегорск, Бодайбо или Усолье-Сибирское, а там день прошёл, неделя, месяц, полгода, а они почему-то никуда не уезжают. И вот смотрят они в окно, где вместо золотых дворцов горит одна только лампочка ночной сигнализации над крыльцом магазина культтоваров, да ещё где-то там, за пургой и слякотью сияет зал игровых автоматов с круглосуточной шавермой. И понимают они во сне, что из московского офиса их уже уволили, квартиру за неуплату очередного взноса забрал себе банк и теперь они снова будут жить тут всегда. Вечно. До самой смерти.

И просыпаются они от ужаса на мокрой подушке, шарят вокруг руками — да нет, нет — всё на месте: и квартира и будильник уже готовится пропеть побудку на милую постылую службу. Всё хорошо.

Переворачивают подушку и счастливо засыпают. Жизнь удалась.

Понаехавшие очень боятся, что та, другая, жизнь как-то всё же дотянется до них своими отвратительными щупальцами и утащит обратно под землю. Поэтому, едва завидев какого-то человека из той жизни они делают всё, чтобы их не узнали, с ними не заговорили или, упаси Господи, к ним не прикоснулись: не ответить, нахамить, не услышать, только прочь, прочь от этого человека. Именно по этому их и можно легко узнать.

Когда-нибудь у них это пройдет — лет через двадцать-тридцать. Ну или уже у детей.

Да, и совсем отдельный феномен — это петербуржские москвичи (исключая Господина Президента — он настолько выключен из обычной человеческой жизни, что порой хочется его утешить: «Да ничо-ничо, всё хорошо, а теперь спатеньки»).

Редко кто так проникается неприязнью к извечным петербуржским напастям, как-то: необязательности, безынициативности, вялости и водянистости, как они.

Они становятся не просто другие, а Противоположно Другие.

Почему так? Бог весть.

Ноябрь

А не едет ли кто-нибудь в ближайшее время из Питера в Москву? Хочется передать пять кило моей книжки (с картинками). Книжку привезут на вокзал, а в Москве встретят.

Ну в общем тот факт, что Землёй управляет Совет Девяти можно считать доказанным. А можно не считать доказанным. Или даже считать недоказанным.