Дмитрий Дубровин – След бога: отступник (страница 9)

Первый грабитель замахнулся дубиной – удар широкий, неуклюжий, медленный.

Я шагнул навстречу, перехватывая его руку с дубиной за кисть, делая небольшую проводку, меняя траекторию. Ноги бандита оторвались от земли, описали в воздухе дугу – он летел кувырком и грохнулся на землю, выбив весь воздух из легких. Дубина выпала и покатилась в сторону.

Двое других бросились одновременно.

Второй с копьем. Я присел, уходя под линию атаки, развернулся, выбросил пятку назад низко по дуге – контакт под щиколотку словно срезал его. Он потерял опору, ноги оторвались от земли, он рухнул на спину.

Третий шел на меня, и нож уже летел мне в живот. Я ушел в сторону, встречая и провожая скользящим блоком его руку с ножом, и когда она прошла мимо меня, поднял руку по окружности и встретил его останавливающим движением прямой руки по линии ключиц. Его ноги взлетели вперед, тело выгнулось, и он глухо упал на спину, пока я оставался стоять – ровно и спокойно, будто ничего не сделал.

Я краем глаза видел Меирану у ворот – она сжимала копье обеими руками, готовясь броситься на помощь. Но замерла. Копье медленно опустилось. Она смотрела на бой широко раскрытыми глазами, не отрывая взгляда.

Остальные поняли, что дело серьезное. Бросив награбленное, крепко сжимая оружие, окружили меня плотным кольцом.

Энергия била изнутри, требуя выхода. Я стиснул зубы, удерживая ее.

Они двинулись одновременно со всех сторон.

Я двигался между ними, качая корпусом, уклоняясь от ударов, прихватывая их руки, проводил броски и подсечки. Я не хотел никого покалечить и тем более убить. Иногда легко бил в солнечное сплетение – это выключало противника из боя надолго. Вот упал последний из этой группы.

Все заняло не больше тридцати секунд, ну по крайней мере мне так показалось.

⁂

Меирана стояла у ворот, сжимая копье обеими руками.

Сначала она готовилась броситься в бой – прикрыть ему спину, помочь. Но поняла: не нужно.

Он двигался так, будто отбирал игрушки у детей. Плавно. Почти лениво. Бандиты бросались с ревом, размахивая оружием, а он просто… убирал их с дороги. Перехватывал руки, бросал. Они летели кувырком, падали, хватались за запястья.

Это не бой.

Копье в ее руках стало казаться бесполезным. Она медленно опустила его.

Оставшиеся трое замялись. Один – громадина – бросил дубину и с ревом бросился на чужака, попытался схватить сзади.

Меирана видела, как пальцы Торга вцепились в плечо. Как чужак положил свою ладонь на его кисть и просто сжал.

Торг – громадина, который мог голыми руками свалить кракса, массивное ездовое животное способное перевернуть повозку – взвизгнул.

Высокий, пронзительный визг, как девчонка. Замер в нелепой позе и скулил, боясь пошевелиться.

Чужак отпустил его и развернулся к нему лицом.

Положил открытую ладонь на грудь Торга. Легонько толкнул.

Торг оторвался от земли.

Толчок был легким – слишком легким, что бы человек мог так взлететь.

Просто полетел, будто невесомый, от одного касания. Врезался в стену. Солома посыпалась с крыши.

Он сполз на землю и остался сидеть, пустым взглядом уставившись в землю.

Кто он?

Меирана вспомнила, как нашла его у подножия гор. Как он спокойно шел рядом, нес мясо. Как говорил простые вещи.

Обычный человек.

Нет.

Совсем не обычный.

⁂

Тишина.

Остальные двое застыли. Дубины и ножи выпали из их рук.

Я стоял, тяжело дыша, глядя на свою ладонь. Пальцы слегка подрагивали.

Черт. Это было слишком.

Я думал, что контролирую энергию. Но на самом деле до полного контроля было слишком далеко. Хорошо хоть удержать смог, и до отката не дошло.

Главное – чтобы никто не понял, что это было. Пусть думают: просто сильный удар, случайность.

Энергия все еще била изнутри, но я заставил себя запереть ее обратно. Медленно. С трудом. Как закрываешь дверь против сильного ветра.

Я посмотрел на остальных бандитов.

– Уходите, – сказал я тихо. – Прямо сейчас.

Они даже оружие не подобрали. Просто развернулись и побежали. Двое подхватили своего громадину под руки, поволокли за собой.

Один остался – коренастый с ножом. Он еще сидел на земле, мотая головой из стороны в сторону, пытаясь отдышаться.

Жители, которые только что отбивались копьями и палками, медленно опускали свое оружие. Один из них – молодой охотник с разбитой губой – смотрел на меня, не моргая. Кровь стекала по лицу.

– Мы с ними бились… долго, – он качнул головой. – А он… Один… тридцать ударов сердца, не больше.

Другой охотник, постарше, с копьем в руках, покачал головой.

– Не видел, как двигался. Слишком быстро.

Старый охотник Торек, прислонившись к стене хижины и держась за ребра, смотрел на меня с прищуром.

– Он их не убил, – сказал он медленно. – Видел, как двигался. Мог убить любого. Но не убил.

Жители медленно окружали меня. В их глазах мелькали благодарность и страх.

– Видели? – прошептал кто-то. – Торг полетел… на пять шагов…

– Визжал как девчонка, – женский голос, дрожащий. – Такой громадина…

– Это не человек, – пробормотал пожилой охотник, отступая на шаг. – Такой силы не бывает.

Шепот пополз по толпе.

Я подошел к коренастому, присел на корточки.

– Кто вы? – спросил я. – Зачем напали?

Он посмотрел на меня снизу вверх. В его глазах читались страх и отчаяние.

– Мы… из деревни Красных Камней, – выдохнул он. – Посвящённые… те из Белой Крепости… Пришли месяц назад. Забрали весь урожай. Все зерно, все мясо. Сказали – подношение богам. – Он сглотнул. – Дети голодают. Уже неделю почти ничего не едим. Что нам оставалось?

Я молчал. Это были отчаявшиеся люди. Как хорошо, что я никого не покалечил. В его словах была искренность и отчаяние. Но это не меняло сути.

– Это не оправдание, – сказал я жестко. – Можно было просить помощи. Меняться. Грабеж – худший путь.

Я встал и помог ему подняться.

– Забирай своих подельников и проваливайте отсюда. Чтоб я вас здесь больше не видел.

Он кивнул и поспешно удалился к своим.

Я смотрел ему вслед, переваривая услышанное.