Дмитрий Дашко – Лестрейд. Рыжий… Честный… Инспектор (страница 56)

— Хорошие полицейские поисково-розыскные собаки. Кинологическая служба. Обученная собака идёт по следу и приводит нас либо в мелочную лавку, где наш мистер Аноним покупал конверт, либо к самому мистеру Анониму, ведь на письме сохранился и его запах.

— Специальной, как вы, милейший Джордж, сказали, «кинологической службы» у нас нет. Пока нет… Наша полиция порой использует обученных собак для решения конкретных задач… Один провинциальный полицейский лет семьдесят тому назад натренировал своего питбуля останавливать лошадей контрабандистов, промышлявших незаконной торговлей виски. — Майкрофт удостоил меня очень внимательного взгляда, — А над вашей идеей создать специальную службу розыскных собак я подумаю на досуге. Мы закончили здесь?

— Пожалуй да, — вздохнул я.

Кажется мы выжали из покойника и его вещей, все, что можно на данный момент.

— Тогда едем. Нам предстоит вернуться на место сегодняшнего преступления.

И вновь уже ставший почти родным кэб катит нас по улицам вечернего Лондона.

Ржанье лошадей, шум колёс гужевого транспорта. Гомон толп прохожих. Сияющие яркими газовыми огнями витрины роскошных магазинов, входы в театры и рестораны.

— Преступление носит заказной характер, — размышлял я вслух, — Американец — исполнитель, таинственный седой Аноним — либо посредник, либо заказчик.

— Мне нравится ход ваших мыслей, Джордж. Мысленно аплодирую, — Майкрофт одобрительно усмехнулся.

Мы остановились у того самого входа в министерство, где О’Риордан всадил пулю в Хендерсона, а я — в него самого.

— Выходим, — скомандовал Майкрофт.

Я обратил внимание, что кэб наш стоял на том же самом месте, где находился кэб американского стрелка.

— Давайте пройдём ваш с сэром Эдмундом путь до момента выстрела, — предложил Майкрофт, — Я за Хендерсона, а вы — за себя.

— Следственный эксперимент?

— Он самый.

— Хорошо. Сэр Эдмунд шел примерно на шаг позади меня.

Мы встали на исходную позицию, и я сделал первый шаг.

Майкрофт сопел, идя за мной.

Споткнулся я на том же само месте, что и с Хендерсоном.

Когда выпрямился и взглянул на нашего кэбмена, он сидел нацелив на нас с Майкрофтом длинный указательный палец.

— Боюсь, мистер Лестрейд, американец целил не в Хендерсона, а в вас! — самоуверенно заметил он со своего облучка. — Если бы вы не споткнулись, пуля «миротворца» попала бы вам точно в сердце.

— Откуда вы знаете, что я споткнулся утром, мистер? — замер я. — Я этого не говорил…

— У вас на правом ботинке содралась кожа на носке. Царапина свежая, явно сегодняшняя. Я обратил на это внимание ещё, когда увидел вас в первый раз! — Возница гортанно хохотнул, словно каркнула ворона.

Я в недоумении посмотрел на Майкрофта.

— Простите мою досадную оплошность, — засмеялся тот. — Совсем забыл, что вы незнакомы… Мистер Лестрейд, позвольте представить вам моего младшего брата Шерлока Холмса. Как вы успели уже заметить — у него неплохо варит голова. И иногда Скотланд-Ярд обращается к нему, как к консультанту.

Возница спрыгнул с облучка, подошёл и дружелюбно протянул мне руку.

— Приятно познакомиться, мистер Лестрейд.

Мы обменялись рукопожатием.

— Взаимно, мистер Холмс.

Глава 31

Майкрофт окинул нас задумчивым взглядом.

— Пожалуй, теперь я солидарен с моим братом. Ганфайтер охотился за вами, мистер Лестрейд. У вас имеются идеи — почему?

— Всего лишь одна. Гуроны, — напомнил я о зловещем клубе, но замминистра к моему удивлению отмахнулся.

— Чушь!

— Почему? — озадаченно спросил я. — Я изрядно оттоптал им мозоли. И они понимают — в покое их я не оставлю.

— Оставите — если прикажут! Но это не гуроны!

— И всё-таки я не понимаю, откуда такая уверенность?

— Элементарно, Лестрейд! Ни один из них, будучи в здравом уме, не стал бы покушаться на вас в присутствии главы Скотланд-Ярда и портить отношения с полицией. Либо кто-то хочет навести на них тень, либо мы имеем дело с досадным стечением обстоятельств. Очевидно, у вас появились враги не только среди гуронов, — резюмировал Холмс-старший.

— Тогда за чем дело стало? Можно пойти к гуронам и спросить у них напрямую. Раз уж клуб находится чуть ли не под прямым покровительством полиции, не станут же они врать в лицо замминистра внутренних дел, — предложил я.

Майкрофт поморщился.

— Вам недостаточно моего слова?

— Я бы всё же хотел услышать это лично от них. К тому же, если они и не виноваты в нападении на нас с сэром Эдмондом, не забывайте о смерти несчастного журналиста Мильчана. И тут никто меня не переубедит, что это убийство не их рук дело, — горячо воскликнул я, чем вызывал новый приступ недовольства Холмса-старшего.

Он подозвал выставленного на охрану входа в здание министерства констебля.

— Скажи, голубчик, знаешь ли ты, кто я такой?

— Так точно! Знаю! — рявкнул полисмен — дюжий малый лет двадцати с небольшим хвостиком. — Вы — заместитель министра внутренних дел мистер Холмс.

— Отлично! Тогда слушай мой приказ: впредь до моего особого распоряжения ты должен неотлучно находиться при этом джентльмене, — Майкрофт кивнул в мою сторону. — Это инспектор Скотланд-Ярда мистер Лестрейд. Его жизнь в опасности, и тебе придётся его защищать…

— Право слово, это лишнее! — сделал попытку возразить я, но Холмс-старший даже не стал реагировать на мои слова, продолжив, как ни в чём не бывало, инструктировать констебля.

— Сейчас ты проводишь мистера Лестрейда до его жилища и проследишь, чтобы он его не покидал впредь до моего особого распоряжения. Вечером тебя сменят, — заключил заместитель министра.

— А как же расследование? — удивился я. — Мы ведь должны отыскать этого загадочного господина, который, как вы полагаете, меня заказал…

— Не извольте беспокоиться, мистер Лестрейд. С этим прекрасно разберётся мой брат, а я в свою очередь подключу все свои связи и возможности, — расставил все точки над «i» он.

— Так что — я арестован? — хмуро поинтересовался я.

— Разве я это говорил? — пожал плечами Майкрофт. — Мы всего лишь принимаем меры безопасности. План злодеев не удался лишь благодаря счастливой случайности, они могут быть тверды в своих намерениях и снова попытаются лишить вас жизни. Не хотелось бы, чтобы вторая попытка у них вышла бы удачной.

— Сам не хочу, — признался я.

— Что ж, в таком случае потрудитесь выполнять мой приказ: отправляйтесь домой под охраной констебля и постарайтесь вспомнить всех, кто мог желать вам зла до такой степени, что выписал наёмного убийцу аж с другого континента. Мне кажется это должна быть поистине незаурядная личность.

Без особой радости я подчинился. Спорить с большим начальством — себе дороже.

Майкрофт лично проследил, чтобы мы с констеблем поймали кэб и сели в него.

Экипаж тронулся.

— Как тебя зовут, дружище? — спросил я у полицейского.

— Констебль Картрайт, ваша милость.

— Джордж Лестрейд. Можете звать меня по имени — я не обижусь.

— Хорошо, Джордж, — кивнул тот. — Только хочу сразу вас предупредить.

— О чём?

— Я буду ревностно выполнять распоряжение заместителя министра. Никаких поблажек, несмотря на вашу должность инспектора, не будет.

— Хорошо, Картрайт. Мы поняли друг друга.

Будучи смышлёным малым, констебль сразу раскусил, в каком вертепе мне приходится жить и с иронией посмотрел на радостно встретившую меня у дверей Мегги.