Дмитрий Дашко – Лестрейд. Рыжий… Честный… Инспектор (страница 57)
— Мистер Лестрейд! Вы целы и невредимы! — облегчённо воскликнула она.
Находившийся при ней Тобби тоже весело взвизгнул и стал тереться у ног.
Я взял его на руки.
— Конечно, со мной ничего не приключилось… Могу узнать, чем были вызваны ваши переживания на мой счёт? — при констебле я нарочито звал Мегги на «вы» словно солидную даму.
— Ну как же! — сплеснула руками она. — Весь город только и говорит о выстрелах возле Хоум-офис! Слухи ходят, что был убит чуть ли не сам министр, а вы грудью бросились на его защиту.
— Слухи сильно преувеличены, — спокойно произнёс я. — Да, возле министерства была стрельба, но ничего серьёзного — распугивали слишком назойливых голубей. И, конечно же, никто не пострадал.
Мегги покосилась с недоверием, но я сумел сохранить каменное лицо.
— А этот джентльмен? — спросила она, посмотрев на Картрайта.
— А этот джентльмен какое-то время побудет у меня в гостях. Так сложились обстоятельства, что возможно ему придётся заночевать в моей комнате…
Надеюсь, ей не втемяшилось в голову, что я решил несколько разнообразить круг своих сексуальных предпочтений.
— Я за него заплачу, — счёл нужным добавить я, чтобы слегка успокоить мою нынешнюю хозяйку.
Или, во всяком случае, её «жабу».
— С моей стороны — никаких возражений, — сказала она.
Мы с полисменом прошли в мою комнату.
— Не думаю, что меня будут убивать прямо здесь, — улыбнулся я. — Можете расслабиться, Картрайт. Чувствуйте себя как дома.
— Разумеется. Но с вашего дозволения сначала я осмотрю ваше жилище на предмет возможных ловушек и угрозы для жизни, — с достоинством ответил тот.
— Конечно. Это же ваша работа.
— Благодарю за понимание, мистер Лестрейд.
— Джордж, — напомнил я.
— Благодарю за понимание… Джордж.
Он довольно сноровисто осмотрел моё жилище. И, конечно же не нашёл ничего криминального.
— Ну как? Теперь я могу быть спокоен за свою жизнь? — поинтересовался я, наглаживая Тобби.
Пёсель озадаченно наблюдал за манипуляциями незнакомца, но признаков агрессии не выказывал.
— Всё в порядке, Джордж. Вы в полной безопасности.
— Отрадно слышать, — я бросил на него изучающий взгляд. — Не знаю, как у вас, а у меня после всех сегодняшних злоключений прорезался по-настоящему звериный аппетит. Скажите, Картрайт, как вы отнесётесь к обеду в моей компании?
Он слегка помялся.
— Естественно, все расходы понесу я…
— Что ж, в таком случае я с превеликим удовольствием присоединюсь к вашей трапезе!
Я двинулся к выходу.
— Джордж, вы куда?
— Вниз… Должен же я сделать заказ нашей милой хозяйке…
— Вам не стоит идти туда одному, — резко посуровел он.
— Вы не преувеличиваете опасность?
— Не знаю, но мне приказано не выпускать вас из комнаты…
— Хорошо. Тогда сходите сами. Я буду то же, что и вы!
— Я быстро, — сказал он и вышел из комнаты.
Не скажу, что мне было неприятно его общество, но сидеть и ждать, пока твою работу за тебя делают другие — было не по мне. И кто его знает, на что в самом деле способен Холмс-младший. В нашем ремесле наблюдательность отнюдь не главное качество.
Понятно, что Картрайт будет стоять на своём до конца, разобьётся в лепёшку, но выполнит приказ. Значит, от него нужно избавиться, причём максимально безопасным способом.
Когда Мегги лично пришла с подносами и стала расставлять супницы, тарелки и приборы на столе, я улучил момент и тихо прошептал ей на ухо.
— Мегги, мне нужно избавиться на время от опеки этого джентльмена… Скажи, у вас ведь есть средство, которое вы используете в случаях, когда кто-то чересчур вам докучает?
Она улыбнулась уголками губ.
— Конечно…
— Тогда плесни его при оказии в чай для констебля. Думаю, несколько часов крепкого сна ему не помешают… Только смотри. Он должен потом проснуться!
— Не переживайте, мистер Лестрейд. Я рассчитаю ему дозу лучше любого аптекаря, — подмигнула она.
— Всецело рассчитываю на ваши таланты.
Мегги удалилась, шурша юбками, чтобы вернуться с заварным чайником, чашками и сладкими булочками.
— На вашем месте сегодня я выпила бы что-то другое, — улыбнулась она, показывая на чай.
— В таком случае подайте мне стакан тёплого молока, — попросил я.
После плотного обеда Картрайт попросил разрешения закурить в моём присутствии. Конечно же, я не стал возражать.
Он затянулся вонючей папиросой, от которой исходил запах горелых тряпок, и тут же уронил подбородок на грудь.
— Картрайт…
Ответа не последовало. Констебль забылся глубоким сном.
Я осторожно вытащил из его рта папиросу и потушил, заботливо накрыл полисмена пледом.
— Хорошенько поспите, Картрайт. Видит бог, вы заслужили немного отдыха.
Я перевёл взгляд на Тобби.
— Сторожи его, ладно…
Пёс вздохнул и покладисто лёг возле ног прикорнувшего полисмена.
— Пока, Тобби! За меня не переживай! Всё будет хорошо…
Надев плащ и взяв с собой револьвер, я вышел из комнаты и запер её на ключ.
Проходя мимо Мегги, попросил не беспокоить джентльмена и вновь оказался на шумной лондонской улице.
Путь мой лежал в ту самую кондитерскую, где я имел честь пообщаться с молодым Сэмюэлем Уифферсом. Надо было выудить из него всё, что он знал про шайку гуронов.
Даже если стреляли не они, всё равно надо было с чего-то начать. Я выбрал гуронов.
А дальше поглядим, куда вывезет та самая знаменитая кривая.
Плюнув на предстоящие расходы, я подозвал кэб, назвал кэбмену адрес и, пока мы неспешно катили по разбитой мостовой, предался глубоким размышлениям.