Дмитрий Даньшов – Светка. Оля. Аннушка (страница 2)
– Из какого аэропорта? – не понял я.
– Ну, когда прилечу из Казани. Там у нас намечены первые смотрины с семьей жениха. А потом я им на словах скажу, что у меня есть русский парень – ну, точней, мужик. Они от меня и отмотаются. И я прямо из аэропорта приеду к тебе, чтоб у мамы моей уже сомнений никаких не было. Хорошо?
Мозги мои встали на блокировку. А она:
– Ну вот и ладно! Ну вот и договорились! Жди. Я в октябре позвоню!
И девчушка, подхватив рюкзачок, выскочила из машины и легкой походкой двинулась в сторону метро. Вкусно поцеловав меня на прощание.
Я потряс головой, прогоняя страшный морок, пахнущий каштановыми волосами, костром, перегаром и уголовной статьёй. На губах остался вкус поцелуев и отчетливый привкус неотвратимых неприятностей. Как это у Алексея Витакова в песне? «И губы твои были с запахом сливы и привкусом скорой беды». Наверняка влипал когда-то в похожие ситуации…
– Чертовка-девка! – только и сумел я выговорить вслух. И поехал к себе. Похмелился. Помылся. Лёг отоспаться. Но и во сне, и наяву чувствовал я этот самый «привкус»: вот стукнет Лильке в октябре восемнадцать. И она мне позвонит. Из аэропорта.
И она позвонила.
Затрезвонил мой телефон. Стационарный: мобильных тогда еще практически не было. И в трубке звонкий голос: – Привет! Я во Внуково! Сейчас приеду к тебе!
Ну да, я ждал этого звонка. Но всё равно был так ошарашен, что завопил: – Лиля!!! Не надо!!!
– Почему? У тебя женщина?
– Э-э-э-э… не в этом дело, Лиля… но ты пойми…ну..
– Ну вот, заладил! Какие же мужики тупые! А кто мне тогда поможет?
– Не знаю, – блею, – кто тебе поможет, но…
– Они ж меня замуж возьмут! Всем семейством! А я не хочу!
– Не знаю, Лиля, но…
– Ну вот почему я знаю, а ты ни хрена не знаешь? Кто из нас взрослый? Хотя на самом деле оба: мне уже восемнадцать – неделю как. Короче, я приезжаю!
– Лиленька! Не надо!
–Тьфу, …! – выругалась девушка. – Мужик называется!
И бросила трубку.
Через пару месяцев мы встретились на новогоднем бардовском концерте. Лилька была весела, зла на меня не держала. Мы с Андрюхой охотно пили водку. Ничто не омрачало наших давних приятельских отношений. Только после пятой рюмки хмелеющий Андрюха вдруг на мгновенье замолчал, внимательно на меня посмотрел и неожиданно спросил: «А ведь чертовка у меня дочка, правда? Ты мне ее не обижай. Люблю я ее!» Постановка вопроса меня озадачила. Но вместо того чтобы пускаться в уточнения, я налил очередную рюмку и этим закрыл тему.
Потом мы все хорошенько напились, нарядились в какие-то смешные костюмы, которые добрые люди притащили из гримерки… Лилькин смех звенел как серебряный колокольчик. Карие глаза её блестели.
– Лиленька, как дела-то?
– Да нормально. Послала я его – жениха, короче. Наврала ему, что с тобой живу. Сказала: если хочешь, спроси у папы. А они все сразу зашумели, сказали: нам такая не нужна, и в итоге от меня отстали. А мне только того и надо было.
– Значит, твоего слова достаточно было? Чтобы поверили, что у тебя в Москве мужик есть? Всё проще оказалось? И жить со мной не пришлось?
– Поверили, конечно. И мама потом им подтвердила.
– А с мамой-то ты как договорилась? Она же у тебя упрямая? И даже папа ей возражать не может?
– Да. Упрямая. Зато папа добрый и мягкий. Родители татарского жениха потом маме звонили, ругались, выясняли, правда ли, что я «недостойная невеста». Мама на папу набросилась с расспросами, правда ли я с тобой путаюсь. И папа все подтвердил.
– Андрюха соврал? На него непохоже.
– Конечно, непохоже. Я ему заранее по секрету рассказала, будто бы с тобой уже давно сплю. Что мне лучше со взрослым мужчиной приобретать интимный опыт. Что ты ласковый и хороший. И чтоб он никому не рассказывал. Но маме он врать не может. Вот он ей всё и подтвердил.
– Лиля….. ни хрена себе ты операцию провернула! Умнее всех оказалась….
– Зато ты – дурак. Упустил свой шанс.
Это самое «дурак» было произнесено с какой-то жутко знакомой интонацией. Черт возьми! Этого самого «дурака» я слышал от Светки раз, наверное, десять. Помните нашу со Светкой историю? (Про «Светкина дурака» ты, дорогой мой читатель, ещё узнаешь. Из донельзя романтической новеллы под названием «Светка». Я намеренно не стал соблюдать хронологию событий: в моем повествовании совсем иные законы.) Полное дежавю… Они все сговорились, эти женщины? Или их на одной фабрике делают? Вот как так? Откуда эта пигалица знает про Светкина «дурака»?
На самом деле – конечно, дурак. Круглый. Безнадежный. Ведь девочка – сказка. Ласковая – с ума сойти. Волосы шелковые. Фигурка женственная. Но, слава Богу, хоть не поссорились. Ни с Лилей. Ни с Андрюхой. Ни с кругом наших общих друзей-товарищей.
Может быть, это атавизм. Может быть, тяжкое наследие крепостного права, круговой поруки и крестьянской общины. Не знаю, что это такое… Но какие-то внутренние тормоза не дали мне просто так вот взять и затащить в койку полутатарскую красавицу. Пусть и с ее позволения и одобрения. Хотя хрен его знает, что у этих баб на уме… Она же могла на ходу поменять планы и поставить цель из нашего фиктивного союза соорудить реальный? С её-то наследной упёртостью? И из удаленного татарского поселка выйти замуж в Москву, на Электрозаводскую?
Побаиваюсь я женщин. Вот честное слово, побаиваюсь. И не считаю, что это безосновательно.
А Лилька… а чего Лилька? Отучилась в институте. Вышла замуж за нерусского. За немца. И уехала к нему туда, в Неметчину. Андрюха по ней скучает, но говорит, что дочка благополучна. Пару раз передавала мне через Андрюху привет.
Жена французского Гагарина
Сейчас вошло в моду идеализировать советский период нашей истории. Ностальгировать. Кафешки оформлять «по-советски». Чокаться с бюстиком вождя мирового пролетариата граненой рюмочкой водки под канапе с сальцом. Слушать, хмелея, песенки юности. С умилением глядеть на старые лыжи, прибитые к стенке, и на радиолы на подоконниках. И, знаете, после очередной рюмочки, ей-Богу, верится, что вода была тогда мокрей, сахар слаще, а уж девочки…
Я, пожалуй, не склонен оценивать свою советскую юность безоглядно радужно. Многие неприятные, даже противные явления в советской действительности, безусловно, были. Но хороших, светлых и правильных моментов тоже было немало. К примеру, то, что с детей не сдували пылинки. Не кутали их в вату. Разрешали им разбивать коленки, ходить в походы, заниматься спортом безо всяких нарукавников-налокотников-касок и прочих странных девайсов. Приобретать тот самый жизненный опыт с допустимым уровнем риска, который, собственно, и формирует из маленького человека самостоятельную личность. А учителей не натаскивали на гиперопеку. Не вынуждали исключать всеми силами выдуманные опасности для подрастающего поколения. Не заставляли вести бесконечные электронные документы во имя тотальной цифровизации. Поэтому учителя, помимо преподавания, вдохновенно и увлеченно занимались кучей внеклассной работы. Например, все школы нашего района ежегодно собирались на большие туристические слеты.
Это трехдневное житье в палатках, готовка еды на кострах и соревнования по военно-прикладным видам спорта: кросс, разжигание костра и постановка палатки, распиливание бревен двуручной пилой, колка поленьев на дрова. И прочие дисциплины, полезные для жизни в походных условиях. Практически то, что сейчас на полном серьезе называют «школой выживания».
Спорт в Советском Союзе активно пропагандировался. Секций была много и в школе, и вне школы. Подумать только: и денег за это платить никаких было не нужно! Только занимайся! В нашей школе самыми престижными и популярными были футбол, баскетбол и беговые лыжи. Беговыми лыжами я серьезно занимался. Даже имел наивно завышенные спортивные амбиции. Увы, к девятому классу эти амбиции несколько поугасли по досадной причине частых ангин, от которых удалось избавиться лишь несколько позже, удалив нафиг треклятые гланды. А еще потому что мои сверстники-одноклассники, товарищи по лыжной секции, стали постепенно, но все более уверенно оттеснять меня в арьергард – а нефиг болеть потому что! Ну что поделаешь, не всем мечтам суждено сбыться…
На увлекательное приключение под гордым названием «турслёт» за школьную биографию мне посчастливилось попасть три раза. В последний – перед десятым классом. Как опытному участнику мне доверили ответственную роль капитана команды. Формального лидера спортивного коллектива из двенадцати человек.
Предисловие получилось длинное, а речь, как обычно, о женщинах… Спортивной звездой района и школы была Ленка Сечина. Гордость и надежда спортивного общества «Урожай». Улыбчивая блондинка с идеальной фигурой. А в лыжном спорте неидеальных фигур не бывает: все группы мышц нагружаются равномерно, а при хороших природных предпосылках выходит чудо чудное. Такое, как Ленка.
Ленка была на год старше. На радость учителю физкультуры она перевелась к нам из соседней школы – вероятно, с негласной договоренностью об обмене спортивных результатов на приглашение в девятый-десятый классы и приличный аттестат.
В спорте Ленка была действительно звездой! Она выступала на соревнованиях на взрослых дистанциях, бегала десятку и пятнашку. Выполнила нормативы на кандидата в мастера спорта. Причем заслуги не мешали ей оставаться общительной, улыбчивой, обаятельной девчонкой.