Дмитрий Данков – Вирус Бога (страница 54)

– Есть, но нельзя в облако ничего выгружать!

– Кто сказал?

– Протокол запрещает! – с отчаянием глядя на экран монитора поверх Юркиного плеча, воскликнул лаборант

– А зачем тогда тут инет есть? – недоумевал Юрка.

– Необходим для поиска и работы, выход через служебный VPN, но выгружать ничего нельзя наружу.

– Вот и нам для работы, слушай, не парься ты, облако на Яндексе, не на Амазоне ­каком-­нибудь, удалите потом, а у нас время жмет, – успокаивал парня Андрей, загружая файл с отсканированным документом в «Плутос». Дождавшись завершения загрузки, он запустил процесс распознавания и перевода. – Пойдемте, пока дойдем, он как раз и закончит.

Лаборант остался на месте, он растерянно смотрел на монитор, наблюдая, как продвигается индикатор обработки данных.

– У него, в натуре, шаблон порвало в клочья, – шепнул Юрка Сергею.

– Эй, братан, ты либо с нами, либо дай карточку на выход и сиди, сколько хочешь, медитируй, – сказал он. Лаборант очнулся и открыл парням дверь.

– Пойдемте, посмотрим, что скажет на это полковник, – пробормотал он. Они вышли из шатра и вместе с ожидавшими их у выхода девушками и Витей отправились в командный шатер.

Вой­дя внутрь, друзья направились к столу перед экраном, где полковник ­что-то рассказывал сидящим рядом с ним «белым халатам», увлеченно размахивая руками и смеясь.

– Уникальный мужик, – с уважением произнес Юрка, – зачетный, вообще не унывает, тут вокруг апокалипсис разворачивается, а он анекдоты, по ходу, травит.

– Ну-с, какие новости, – повернулся полковник, заметив парней, – мы уже тут заскучали.

– Не заметно, – Юрка улыбнулся.

– Да, старался, как мог, развеять панический настрой среди коллег. Тут есть ряд людей, которые настоятельно рекомендуют вас, как минимум, посадить под замок, – полковник оглянулся на коллег, – я правду говорю?

– Да, правду, – нервно ответил Дмитрий Сергеевич, – не вижу никаких причин скрывать свое мнение о необходимых действиях над объектами. Мы и так все протоколы уже нарушили, – закончил он и поправил галстук.

– Объектами? – удивился Юрка.

– Ну, то есть, вами. А я вот стараюсь, на живых примерах пояснить, что для наиболее эффективного выполнения поставленной нам задачи, с учетом сроков и ее критичности для безопасности нашей страны, а может, и для всего мира, требуется вас держать в сознании, – пояснил полковник.

– Потому что я считаю, что пользы от этих парней не меньше, чем от вас, – отчеканил он, глядя на Дмитрия Сергеевича. – И я тоже не считаю необходимым скрывать свое мнение. Никаких протоколов на такие ситуации нет и быть не может, мы обычные ­пандемии-то остановить не можем. Для подобных ситуаций не существует никаких мер защиты и способов реакции. Единственный протокол в таких случаях предельно прост: всеми силами поддерживать у граждан уверенность в том, что все хорошо, и правительство знает, что делать, даже когда покойников уже грузят в самосвалы, стоящие в каждом дворе. В то время как это самое правительство сидит, обосравшись, по самые уши в говне и думает только об одном – чтобы вера у людей не пропала, иначе люди раскопают это говно, в которое они зарылись, и повесят их всех к херам собачим, как у нас принято. Понятно? – полковник стукнул кулаком по столу.

– Д-да, – ответил слегка опешивший Дмитрий Сергеевич.

Полковник выпрямился и, оглядев притихшую аудиторию, уже спокойно сказал:

– Мы сейчас находимся в ситуации, которая характеризуется в нашем языке простым и емким словом ПИЗДЕЦ. COVID по сравнению с происходящим даже рядом не стоял. Я, отвечая за данную операцию, буду использовать все доступные мне средства и методы для решения проблемы. А хвосты, если надо будет, мы потом подчистим, ни в первой. Поэтому последний раз спрашиваю у находящихся за этим столом – мы будем занудствовать и тыкать протоколами, или будем искать нестандартные решения, срезать углы и пытаться решить проблему?

В повисшей в лаборатории тишине раздался звуковой сигнал. Сергей вынул телефон из кармана.

– Фигасе, связь появилась, – удивился он. – Парсинг рукописи закончился, можно почитать документы.

– Мы тебе что, пещерные люди, что ли, конечно, связь появилась, – фыркнул полковник и посмотрел на сидящих за столом, – а почему у них мобилы не отобрали? Кто мне тут протокол поминал давеча, а?! – полковник медленно повернулся к Дмитрию Сергеевичу, который стремительно терял здоровый цвет лица. – Сдайте мобилы от греха, – спокойно попросил он молодых людей. Те достали мобильные телефоны и положили на стол. У всех, кроме Сергея, они были выключены.

– Так, показывайте книгу, – нетерпеливо проговорил полковник.

– Мне нужен терминал с доступом в интернет, – сказал Сергей.

– Интернет?! У нас что, тут есть компы с доступом в интернет? – полковник посмотрел на Антона, отвечавшего за лабораторный комплекс.

– Да, коллегам надо для поиска, без него, как без рук, – промямлил тот.

– Как без рук, говоришь? – гневно спросил полковник. – Будет тебе «без рук»!

Сергей вопросительно глянул на Антона, тот молча кивнул на терминал, что был вмонтирован в стол. Сергей быстро застучал пальцами по сенсорному экрану.

В интерфейсе «Плутоса» он нашел обработанный документ, удалил исходник, открыл записи и вывел их на экран.

– Мы готовы, – сказал Сергей, повернувшись к полковнику. – Я могу запустить читалку, у нее божественный голос, его образец мы взяли у одной питерской проститутки, что подрабатывает сексом по телефону, получилось просто отлично, обычно мужскую аудиторию пробирает.

– Давай, – пробормотал полковник. Он вытянул ноги, скрестил руки на груди, расслабился, приготовившись слушать. – А зовут как?

– Кого?

– Девку эту.

– Диана, – вмешался Юрка, – известная в узких кругах личность. Сценический псевдоним, настоящего имени не знаем.

– Пусть будет Диана, лишь бы человек хороший, запускай уже, – полковник махнул рукой.

Сергей включил воспроизведение текста, в правом верхнем углу экрана появилась анимированная трехмерная голова девушки, поле для текста окрасилось в черный цвет. Строки возникали на черном фоне, как будто выжигаемые огнем, и оставались тлеть, подобно углям в костре. Выглядело потрясающе, на визуализацию они убили времени не меньше, чем на саму программу, но оно того стоило. Особенно впечатлял голос. Живой, глубокий, с хрипотцой, причем нейронная сеть великолепно воспроизводила интонации и даже дыхание. То, что читал голос, настолько резко контрастировало с его ярко выраженной сексуальностью, что вызывало у слушающих смешанные чувства.

1838

Ноябрь 1838 года от рождества Христова

Это послание составлено тремя помещиками Санкт-­Петербургской губернии:

Дворянином Кутягиным Сергеем Петровичем

Графом Градским Варфоломеем Павловичем

Помещиком Мозелем Гансом Фридриховичем

Записано писарем дворянина Кутягина Сергея Петровича,

Самсоновым Иваном Васильевичем

25 ноября 1838 года.

Волею судьбы мы стали организаторами и исполнителями страшного злодеяния, с которым нам придется жить до конца дней своих.

Спаситель сказал, что нет ничего тайного, что не стало бы явным, так и сотворенное нами рано или поздно станет известно, хотя все участники событий дали клятву молчать и не передавать эту историю потомкам своим. Содеянное настолько страшно, что разгласить его никто из нас попросту не сможет, сама невозможность произошедшего, его нереальность будет держать уста наши сомкнутыми.

Места наши удалены от крупных городов и путей сообщения, появление случайных гостей маловероятно, таким образом мы могли бы прожить отведенное Богом время в полной безопасности.

Но мы считаем своим долгом рассказать о произошедшем, чтобы те, кто в будущем найдет последствия свершенного нами, смогли понять и причины, толкнувшие нас на это. Добрая память потомков является для нас несомненным утешением, поэтому просим читающего эти строки прочесть историю нашу до конца, а уже затем судить нас.

Начать следует с момента основания наших поместий.

Предки наши прибыли в эти места еще во времена Анны Иоанновны, в 1738 году, ровно за сто лет до описываемых событий. Императорским указом за заслуги перед Отечеством предков наших еще с петровских времен им были выделены земли под освоение и заселение, а также по тысяче душ каждому. Места здесь были безлюдные, богатые зверем, рыбой и с плодородною землей, к слову сказать, такими они по сей день и остаются.

Первые пять лет строились, готовили пашни, пришлось, конечно, непросто, но Бог миловал и, несмотря на тяжелые условия, смерть посещала их очень редко, земля давала хороший урожай, скотина, привезенная в несколько ездок в течение первых лет, успешно плодилась. Жизнь налаживалась, и в семействах наших предков так же подоспело пополнение.

Императрица была щедра, угодья достались большие, поля не требовали расчистки от леса, в реках водилась рыба, а на западе услаждало взор большое озеро, богатое рыбой. Из дневников предков мы знаем, какое удивление у них вызвало запустение таких богатых мест, но страна наша еще только развивалась, и даже поблизости от столицы в те времена еще оставались незаселенные земли. За прошедшие сто лет положение изменилось очень незначительно, появилось несколько небольших городков, жители которых никакого интереса к нам не испытывали. Даже в сезон охоты сюда не захаживали посторонние.