Дмитрий Болтунов – Скорая. За кулисами жизни и смерти (страница 1)

Дмитрий Болтунов

Скорая. За кулисами жизни и смерти

Болтунов Дмитрий

Скорая: за кулисами жизни и смерти

Предисловие

Дорогой читатель!

Тема медицины, истории из медицинской практики с каждым годом становятся всё популярнее. Поэтому да, перед вами – очередной сборник медицинских историй. На этот раз истории рассказаны глазами фельдшера – сотрудника скорой медицинской помощи. Какие-то истории могут показаться смешными, какие-то – грустными, где-то, возможно, будет страшно. Некоторые случаи – совершенно стандартные и рутинные, из которых состоит львиная доля всех вызовов. Какие-то – большая редкость, с которой далеко не каждый сотрудник скорой помощи сталкивается… Но моя цель – показать будни скоропомощника (или сотрудника скорой помощи). Из чего состоит его работа, какие люди его окружают, с какими пациентами мы имеем дело. А поэтому…

ВСЕ ИСТОРИИ ВЫМЫШЛЕНЫ! ВСЕ СОВПАДЕНИЯ СЛУЧАЙНЫ!

Если вам кажется, что в какой-то истории вы читаете про себя или узнаёте именно свой случай – вам кажется. Большая часть ситуаций, болезней или случаев чрезвычайно типична. Их можно собирать, как конструктор, создавая те или иные истории. Даже самые курьёзные и странные случаи всё равно имеют под собой реальную основу. А поскольку все ситуации типичны, у вас должно сложиться более или менее точное и правдивое представление о работе службы скорой медицинской помощи. Получается, что к каждой истории можно добавить: «Основано на реальных событиях», но в то же время я не позволил себе описать кого-то конкретно. Запомните: реальность отличается от вымысла лишь в деталях. Лишь несколько редких случаев действительно основаны на реальных событиях. Но все имена, обстоятельства болезни и детали изменены.

Второе, на что я хотел бы обратить ваше внимание:

НЕ ЗАНИМАЙТЕСЬ САМОЛЕЧЕНИЕМ! ТОЛЬКО ВРАЧ ИЛИ ЛИЦО С МЕДИЦИНСКИМ ОБРАЗОВАНИЕМ ПРИ ИСПОЛНЕНИИ СВОИХ СЛУЖЕБНЫХ ОБЯЗАННОСТЕЙ ИМЕЕТ ПРАВО ДИАГНОСТИРОВАТЬ, ОКАЗЫВАТЬ ПОМОЩЬ И НАЗНАЧАТЬ ЛЕЧЕНИЕ!

Ваша попытка самостоятельно провести какую-либо диагностику своего состояния может закончиться плачевно. Если вы чувствуете себя плохо или не так, как обычно – обращайтесь к врачу, а не надейтесь, что «само пройдёт». Истории, описанные в этой книге, надеюсь, наглядно продемонстрируют, чем это может закончиться.

Третье, что обязательно стоит упомянуть. В книге могут встретиться описания схем лечения, действий сотрудников скорой помощи в тех или иных ситуациях. Запомните: то, что написано, – ни в коем случае не руководство к действию. Почему? Во-первых, вернитесь к предыдущему пункту. Во-вторых, медицина – наука непостоянная. Это не математика. Стандарты оказания помощи постоянно меняются. Появляются новые исследования, Минздрав выпускает новые протоколы лечения, наука движется вперёд. То, что написано в книге на момент её издания или когда вы будете её читать, может уже устареть или измениться. Например, в одной из глав я описываю, как скорая помощь оказывает помощь при инфаркте миокарда. Там используется препарат, задача которого – предотвратить образование тромбов, чтобы защитить сердечную мышцу. Но по новым протоколам оказания помощи, выпущенным позже описанной ситуации, этот препарат не используется. Назначается совсем другой. Поэтому не стоит на 100% ориентироваться на то, что написано в книге. Книга – не врач. Она может лишь помочь сориентироваться в ситуации, но никак не может быть руководством к действию.

Ещё один момент. Поскольку в душе я до мозга костей преподаватель, не могу обойти вниманием свою любимую стезю. В книге вы встретите описания заболеваний, их течения, того, что происходит в организме. Мне показалось интересным и важным рассказать об этом читателям, поскольку это очень познавательно и может помочь лучше понять, что происходит с человеком, когда он болеет. Понимание механизмов заболевания помогает сориентироваться в его клинической картине и ощущениях пациента.

Вроде всё важное уже сказал, и теперь могу с чистой совестью приоткрыть для вас двери в удивительный мир медицины и работы такой непростой структуры, как служба скорой медицинской помощи.

Дисклеймер № 1:

Все ситуации, описанные в книге, – вымысел. Все совпадения случайны.

Дисклеймер № 2:

Не занимайтесь самолечением. Если вы чувствуете себя плохо – обратитесь за медицинской помощью.

Всем хорошего чтения!

Если возникнут вопросы, появится желание оставить отзыв или внести правки, пишите по адресу: 9096352515@bk.ru). Буду рад обратной связи.

Пролог

– Нет, нет, нет! Не так! Артём, это не то. Твои движения – это твой язык, речь, мысли и чувства. Ты жестом, движением, танцем, рассказываешь историю. Историю своего героя. Твою историю. И стиль движения – это необходимая часть речи. Ты – француз, и говоришь не по-русски. При этом, ты крестьянин, обезумевший от любви, ослеплённый ею, ты – безумен. Тебя окружают видения девушки, которая тебя не любит. Голоса шепчут жуткие вещи. Ты пытаешься убежать. Спастись. Скрыться во мраке ночи. И не только ночи. Любовь вместо того, чтобы нести свет, погрузила в бездну отчаяния. Именно это свело тебя с ума. Именно поэтому ты подчиняешься жутким голосам в твоей голове. Ты убиваешь себя прыжком в свободу. Полёт и смерть. И не забывай пластику – движения должны быть одновременно лёгкими, как в полноги, плавными и несмотря на безумие – широкими. Вспомни, мы ходили с тобой на выставку Ван Гога. Помнишь картину «Красные виноградники в Арле»? Вспомни краски, мазки, нанесённые холст. Они должны быть такими же. Условными, но максимально конкретными. И не забудь про перелом, когда ты начинаешь видеть и слышать то, что никто, кроме тебя, не видит. И музыка, музыка! Чувствуй её переходы. Под кажущейся весёлостью скрывается бездна грядущей трагедии. Внутреннее напряжение. Ощути его. Передай его зрителю. Зритель должен тебе верить.

Артём держал руки на поясе и глубоко дышал, смотря немного исподлобья. Парень внимательно слушал и анализировал. Рёбра тяжело поднимались и опускались после сложнейшей вариации. Мы замахнулись на великое – на шедевр Ролана Пёти́ «Арлезианка». Сумасшедших очень сложно играть, очень сложно проникнуть в их сознание и донести зрителю. А здесь ещё требуется буквально филигранная техника движения, когда важны даже положение пальцев и направление взгляда.

– Да! Лучше! Лучше! Короче движение! Не лети! Ты не лебединое озеро танцуешь! Короче движение! А ноги раскрывай как положено! Прыгай без прыжка! Резче руками! Нет, ты не видишь призрака, ты видишь рояль! А вот прыжок в окно хороший.

На часах восемь часов утра. Раз за разом мы проходим эту вариацию. Что-то исправляется, что-то нет, появляются новые и новые детали. Этот номер должен быть лучшим. Я верю в Артёма. А он верит мне.

Сначала ему казалось дикостью идти со мной после репетиции в Пушкинский музей, смотреть картины, читать рассказ неизвестного Альфонса Доде «Арлезианка», слушать музыку до момента, когда можно спеть её наизусть, бесконечно беседовать вместо того, чтобы репетировать, смотреть, как танцуют эту вещь разные артисты. Но это дало свои плоды. Артём меня понял. Результаты этой внутренней работы появились почти сразу.

Мы репетировали практически каждый день. Французский стиль танца давался тяжело. Тело сопротивлялось. Оно привыкло совсем к другим подходам. Другие прыжки, другие руки, другая манера. Но шаг за шагом, час за часом, репетиция за репетицией – и Артём начал говорить на французском языке.

Пот, застилающий глаза, сцепленные до скрежета зубы, ноющие мышцы, срывы, ранние подъёмы и недосып, но мы вышли на сцену. Артём вжился в роль.

На экзамене я сидел в световой рубке и сам вёл его лучом прожектора в кромешной темноте сцены. У самого пот стекал по вискам от напряжения. Ничего не спрятать, ничего не скрыть. Он один, освещённый светом, живёт на огромной сцене. Его герой мечется по сцене. Он реально слышит жуткие голоса, доказывающие, что жизнь бессмысленна, его любовь предана и единственный выход – это смерть. Его безумный взгляд виден даже сверху. Блеск пота на теле подчёркивает каждую мышцу, каждое движение, добавляя игру света и тени в танце. Кажется, что это пот из-за бредовой лихорадки.

Последний прыжок. Свет резко гаснет.

В зале сначала царит молчание. А потом он взрывается аплодисментами. Победа. Мы покорили недосягаемую вершину.

А потом пришла беда.

В кармане завибрировал телефон. На часах было восемь часов вечера.

– Да? Артём, что случилось?

– Дмитрий Валерьевич, я не смогу завтра прийти на репетицию.

– Почему?

– У меня травма, – это был удар под дых, – я сегодня упал с прыжка и подвернулась правая стопа. Там что-то хрустнуло, отекло, а теперь синяк.

Год назад я сам упал с прыжка, подвернул стопу и всё было именно так, как описал Артём.

– Ты был у врача? – я чувствовал, как в горле начало пересыхать. Через месяц у парня главный экзамен, путёвка в жизнь – классический танец. Если это разрыв связок голеностопа, то сдать практически нереально.

– Да. Он сказал, что разрыв.

Сердце в груди на секунду замерло, а потом бешено заколотилось.

– И? Какое-то лечение назначил?

– Ну… Сказал три недели полного покоя.

«Но это самоубийство!», – заорал внутренний голос.

– Плохо, – прохрипел я, стараясь не терять контроль над собой.