Дмитрий Баскаков – Маг и нимфа, или неправильное фэнтези (страница 95)

— Любовь способна творить чудеса, — нараспев ответила Мелисса, и я подивился, не было ли это цитатой из текста, которого я не знал. — Просто помни об этом и... Сделай, что должно. Будь рядом с нею. Помоги ей. Поддержи её. Как можешь — для неё это тяжкое испытание, поэтому позаботься о ней, ибо я не смогу.

— И всё?

— Вряд ли можно пожелать большего.

Низкое солнце заполняло лес тёплым сиянием. Мимо нас проплывали деревья, тут и там пламенели россыпи мелких цветов. Дышалось легко.

— Как-то очень... Спокойно, — сам не зная к чему, сказал я. — Приятно вот так вот с тобой идти... То есть, с вами. Простите.

Мелисса пожала плечами:

— Говори, как считаешь нужным. Я пойму.

— Извини, — повторил я. — Что-то я совсем туго соображаю. Возможно, это от недосыпа — я в последний раз спал почти сутки назад, да и день выдался бесконечным: все эти боги, вампиры, волшебники, эльфы... Устал я от них. Устал.

— Потерпи — недолго осталось, — улыбнулась жрица. — Даю слово, что скоро эта сказка закончится.

— Для меня?

— Для всех нас... Вот, выпей.

— Что это?

— Твой запас сил на ближайшую ночь.

Я понюхал и затем осторожно пригубил странную смесь из флакона, извлечённого моей спутницей откуда-то из складок одежды. Зелье чуть обжигало, но в целом было приятным. В голове сразу начало проясняться.

— Ну как, полегчало?

— Да, вроде.

— Отлично! Послушай, ты не будешь против зайти немного вперёд?

— Вперёд? Да, конечно...

— Спасибо. Я хочу появиться чуть позже, — Мелисса остановилась. — Когда она будет готова. Пойдёшь дальше по этой тропинке — вскоре встретишь её.

— Хорошо. Мне... Просто идти?

— Да. Иди. Иди.

***

...Ну, вот, думал я, бредя по тропинке вперёд. Вот так всё просто. Я не хотел простых ответов, ища настоящие, и я нашёл их. Мне казалось, что стоит найти точку зрения, с которой события обретут новый смысл, как всё вдруг волшебным образом разрешится. И, лишь узнав, что хотел, я понял, что это ничего не меняет.

Пускай Аполлон Артамонович — не интриган и зануда, а мудрый, заботливый руководитель, поощряющий инициативу. Пускай маги — не склочные заносчивые пустозвоны, а хранители Сказки и верные товарищи. Пускай Мелисса — не злющая ведьма-культистка, а рациональный обаятельный лидер, выводящий свой народ на прежде недосягаемый уровень. Разве эти слова что-либо меняют? Разве из-за них в мире станет меньше боли и горя? «За нами бы кто проследил?» Увы, старый волшебник, я понял тебя слишком поздно...

Димеону я заметил издали — она сидела, ссутулившись, на упавшем стволе, и смотрела прямо перед собой. В траве рядом валялась окровавленная стрела, ещё одна торчала у нимфы между лопаток. Девушка не оглянулась, когда я приблизился, хотя чуть заметное изменение позы и дало понять, что она осведомлена о моём появлении. Я подошёл и сел рядом. Друидка наклонила голову и потёрлась о моё плечо.

— Максим... Ты вернулся? Ты снова прежний?

Я кивнул.

— Хорошо.

— Как ты?

— Как... Я? — девушка посмотрела на меня растерянно, словно не могла взять в толк, о чём я спрашиваю. — Я... Проиграла. Кругом проиграла.

— Проиграла?

— Угу. Сам смотри: Мелиссу не переспорила. Путям Фериссии никого не научила... Даже тебя. Дела себе не нашла. В городе не прижилась. Тебя по пути потеряла. Эльфов не обманула. Столицу не защитила. Думала с Мелиссой сойтись, насмерть стоять у неё на пути — но она, похоже, и этого не желает, раз я сюда попала... И времени что-либо менять уже нет.

Она замолчала.

— Вообще-то, я имел в виду, что у тебя стрела в спине, — сказал я.

— Как, ещё одна?

Девушка покрутила головой, пытаясь заглянуть себе за спину, потом завела руку за лопатки и взялась за древко. Я поспешил отвернуться. Нимфа натужно сопела. Чтобы не думать о происходящем, я принялся разглядывать пейзаж и вдруг с удивлением понял, что узнаю его. Поляну я видел в воспоминаниях Димеоны: отсюда было рукой подать до Деревни, а чуть в стороне должен был стоять Храм.

Послышалось тихое «ой», и что-то мягко упало в траву.

— Уже можно, — сказала друидка.

Я повернул голову, потом, не удержавшись, осторожно провёл рукой по спине девушки: платье было липким, но дыры под ним не прощупывалось. Я покачал головой:

— Ох уж эти мне твои фокусы...

Нимфа зевнула и вытянула ноги:

— А что ещё делать? Сейчас она придёт за мной, а мне даже нечего ей сказать... Как всегда.

— Мелисса?

— Угу.

— Сказать о чём?

Девушка шмыгнула носом:

— О своём походе в земли диких людей. Я думала, что смогу найти ответы на те вопросы, которые она задавала мне, искушая. Думала, что смогу научить людей города ходить путями Фериссии, а она... — Димеона вздохнула. — Она уже тогда знала. Выходит, всё было впустую, и выхода нет?..

— Ты так боишься её?

— Не её. Себя. Она лишь напоминает мне о том, о чём я забыла... Хотела забыть.

— О Событии?

— Да. О том, какой я стала тогда... Во что я могу превратиться.

— Димеона, послушай... — я осторожно положил руку девушке на плечо. — Я понимаю, что это может быть тяжело, но с тех пор прошёл уже целый год, и ты... Могла бы просто жить дальше. В конце концов, с тобой ведь не произошло ничего страшного...

— Максим, ты не понимаешь! — друидка стряхнула мою руку и отстранилась. — Я... Я так надеялась забыть, но оно... Приходит вновь. Я хотела, чтобы это прошло, но оно... Словно рвётся наружу. Не хочу говорить, но оно словно жжёт изнутри.

Я вздохнул:

— Не расскажешь?

Димеона взглянула на меня удивлённо:

— А... А можно?

— Конечно.

Девушка вздохнула.

— Хорошо, — сказала она после паузы. — Я попробую. Видишь ли... В тот день, когда к нам пришли дикари... Меня в Храме не было, я была в Роще. Упражнения, медитация... Ещё кое-что. В общем, я была там — и вдруг слышу крики. Прибежала... Их четверо. Двое держат Мелиссу, третий на ней платье режет. Кровь. Крики. Картина не для слабонервных. Я, конечно, на них — но что я могу? Удар в солнечное сплетение — и вот я уже лежу на земле, кровью кашляю. Игрушка. Отложена на потом, когда с Мелиссой будет покончено...

Друидка смотрела куда-то вдаль.

— В общем, в тот день я, наконец, поняла, что такое настоящая злость. Раньше я тоже сердилась, но как может сердиться девчонка? Крики, сопли... А в тот день я разозлилась по-настоящему. Он ударил в живот — я упала. Из меня вышел дух — я бы не смогла... Не поднялась бы, если б не это. Но я поднялась — поднялась и ударила. Он повернулся спиной, он думал, что со мной больше не будет проблем. Я ударила. Он упал, как подкошенный... Замертво. Упал — и больше никогда не вставал. Никогда!..

Кулаки нимфы сжались, губы побелели.

— Второй удар — снова труп. От плеча до плеча. Я отрезала ему голову. Понимаешь? Когтями. У меня были когти? Не знаю. Не помню. В тот момент я об этом не думала — я тогда убивала. У меня не было времени думать — только злость. Только Сила. Третий... Он пробовал защищаться, так что с ним я провозилась чуть дольше — секунды две. Он так кричал, так кричал!.. А потом лежал мёртвый. Он хотел закричать ещё громче, но не смог, когда я впилась ему в глотку. Не успел... Вкус крови. Попало в глаза. Солоноватый. И тёплая. Я старалась забыть... Я всё помню.

Друидка поднялась и сделала два неверных шага куда-то в сторону.