Дмитрий Баскаков – Маг и нимфа, или неправильное фэнтези (страница 66)

— Рюкзак, — хрипло сказал один из них.

Я затравленно озирался. Даже принимая во внимание способности Димеоны, велик был шанс получить в бок заточку ещё до первого колдовства, не говоря уж о том, что времени на бой попросту не было. Тратить на этот сброд магический артефакт было жалко.

— Ребята, мы очень спешим... — заныл я, передавая рюкзак одному из разбойников. — Может, вы нас пропустите?

Головорез принял сумку и с интересом заглянул внутрь. Его товарищ нагнулся и с видимым удовольствием положил руку Димеоне на ляжку.

— Карманы, — приказал главарь.

Рука любителя молодых девочек пошла вверх. Димеона поморщилась. Я набрал воздуха в грудь и изо всех сил толкнул ближайшего статиста плечом, стараясь сбить с ног.

Мизансцена пришла в движение. Друидка повернулась к своему ухажёру и зашипела — её спина выгнулась, руки взметнулись, волосы приподнялись. Во что преобразилось её лицо, я не видел, но бандит вздрогнул и отступил на шаг. Малый, которого я толкнул, покачнулся, но устоял. Главарь сделал лишь одно, очень экономное движение — пнул меня в коленную чашечку. Я взвыл от боли и неуклюже повалился на землю.

Бугай ударил нимфу кулаком в лицо — по-мужски, без замаха и потому неожиданно. От его удара друидка отлетела на метр и стукнулась головой о стену сарая. Противник приблизился и, не давая девушке опомниться, стал заламывать ей руку. Главарь приставил к горлу друидки кинжал.

— Оборотень, значит? — всё так же равнодушно спросил он. Лезвие поблескивало серебром.

Меня к тому времени уже били ногами — пока, впрочем, по не слишком деликатным местам. Я выхватил меч, но не смог его удержать, когда усиленный металлическими подковками сапог опустился на мои пальцы — всё равно это была лишь игрушка, текстолитовая модель, ибо я не настолько крут, чтобы держать дома всамделишное оружие. Бугай, по-прежнему выворачивая нимфе руку, принялся задирать ей юбку, такую неуместно яркую в этой подворотне. В глазах у друидки стояли слёзы. Я поймал животом чей-то ботинок и заскулил — не от боли даже, а от бессилия: надо же было пройти через то, через что мы прошли, чтоб оказаться потом жертвами обычных разбойников?! Я уже жалел, что сразу не пустил в ход «слезинку», но теперь для этого мне нужно было, как минимум, восстановить телесный контакт со своей спутницей. Бугай свободной рукой орудовал где-то в районе пояса. Пальцы жрицы коснулись деревянной стены.

В миру магии почти нет, зато в Сивелькирии её более, чем достаточно. То ли Димеона успела отвыкнуть от своего колдовства, то ли нарочно решила не сдерживаться, но только произошедшее в следующую секунду с гнилым сарайчиком иначе, чем взрывом, назвать было нельзя. Главарь повалился на землю, оглушённый отскочившей со своего места доской — на излёте та успела ударить в плечо ещё одного из противников. Бугай — любитель молодых девушек тоже был выведен из игры: вокруг его горла обвились побеги, появившиеся из почерневшей от времени древесины. Воспользовавшись заминкой, я здоровой ногой пнул одного из противников. Димеона развернулась и нанесла резкий удар по шее последнему из членов банды — закапала кровь. Рука девушки быстро принимала прежнюю форму — словно и не было на ней только что длинных чёрных когтей.

Ещё через пару мгновений всё было кончено: массовка ринулась прочь, неудачливый насильник, распятый зелёными щупальцами по стенке сарая, дёргался всё слабее, главарь лежал на земле и не двигался. Димеона склонилась надо мной, протягивая руку:

— Ты в порядке?

Щека её была разбита, дыхание сбилось, с подбородка капала кровь.

— Да... Спасибо, — пробормотал я, переводя дух. — Встаю.

Сустав немилосердно болел. Я привстал на одно колено и замер, набираясь решимости выпрямиться. Неожиданно позади меня что-то грохнуло, будто взорвавшись. Что-то ударило меня в спину. Я оглянулся — любитель молодых девочек стоял в облаке пара перед развороченной кладовкой и жадно хватал ртом воздух. Ошмётки зелёных щупалец валялись вокруг.

— Что?..

— Всем стоять! — послышалось рядом.

— Ну, конечно... — пробормотал я, оборачиваясь на властный голос.

Из-за угла появилась Васевна. Глаза волшебницы были злые, пальцы правой руки сжимали палочку из категории боевых — над кончиком прибора вился лёгкий дымок.

— Руки вверх, оба! — продолжала чародейка, приближаясь. — Алкоголик наш липовый... Димеона, тебя это тоже касается!

Девочка оглянулась на меня, замершего перед ней в нелепой позе.

— Тебе лучше делать, как она говорит, — с печальной улыбкой сказал я. — Тем более, что их больше.

Словно бы в подтверждение моих слов, из-за угла вышли ещё трое: Софья, Геннадий, которого я знал только вскользь, и — словно бы двоих было мало — Филиппов из группы Особого поиска. При виде Филиппова я застонал.

— Василиса... Куда столько? Вы что, думаете, я не только пьянство своё, но и отсталость по части магии всё это время симулировал?!

— С тобой-то как раз всё понятно, — ответила волшебница, приближаясь. — С тобой мы всегда разобраться успеем. А вот с неё не спускать глаз, — добавила она громко. — Если вдруг что-нибудь попытается выкинуть — огонь сразу на поражение!

— Василиса, — улыбнулся я. — Ну, чего вы все её так боитесь? Ну неужели вы не понимаете...

— Димеона, — игнорируя мои реплики, волшебница подошла вплотную к девочке. В правой рука она держала палочку, пальцы левой сжимали кольцо. — Вытяни вперёд руку.

Друидка посмотрела на меня вопросительно. Я чуть нахмурил брови.

— Димеона, — повторила Василиса. — Вытяни вперёд правую руку. Больно не будет. А ты — пшёл отсюда, гавно собачье!

Последняя реплика была адресована явно не мне. Раздался стук каблуков — разбойник не стал дожидаться, пока у его спасителей изменится настроение. Главарь всё так же неподвижно лежал рядом со мной, и до него никому не было дела.

Маги стояли кучкой, не спуская с нас глаз. В узком переулке им было тесно — мужчины выглядывали у Софьи из-за спины. Димеона начала медленно опускать правую руку, пальцы её дрожали, лоб покрылся испариной — похоже, она понимала, что шутки кончились.

— Что вы с ней сделаете? — спросил я.

— Вернём к прежней форме и вышлем из Сказки, — не удостаивая меня взглядом, ответила чародейка. — Нам не нужны... Такие волшебницы. А вот что до тебя... Димеона, опусти руку чуть ниже, вот так. Теперь разведи пальцы. Медленно.

— Вот так просто? — спросил я. — Неужели тебе не хочется узнать, чем закончится сказка?

— Максим, — вздохнула Василиса. — У меня санкция Магистрата. Теперь, Димеона, я надену тебе на палец кольцо, и ты окажешься дома. Больно не будет. Вот так, осторожнее...

Я дождался момента, когда внимание всех волшебников оказалось приковано к пальцу, на который Василиса собиралась надеть безделушку, и резко сунул руку в карман. Это сработало: за то время, пока Василиса оборачивалась, а Филиппов накладывал незримые путы на то место, где мгновение назад было моё запястье, коробок успел скользнуть в мою ладонь.

— Всем стоять, у меня жужелица! — заорал я.

— Максим, — кольцо бесследно исчезло из пальцев волшебницы, и теперь та стояла, направив на меня свою палочку. — Если ты сейчас же не...

— Трёхзарядная, — соврал я.

— Максим...

— Пятый индекс.

— Максим, если ты, повторяю, не разожмёшь пальцы...

«Чего она тянет?!» — подумал я.

— Жахнет так, что в Префектуре извёстка посыплется, — сказал я вслух. — На нас синхрометка, а вот вы, если сейчас же не...

Дальше всё произошло очень быстро. Кто-то из мужчин-волшебников сковал мои пальцы — я не успел понять, кто именно. Василиса выпустила своё заклинание, одновременно — чёрт, подумал я, как же хорошо она всё умеет просчитывать — развернув магический щит в сторону Димеоны, так что формула, сорвавшаяся с пальцев друидки, отлетела в Софию, сработавшую гасителем. Четвёртый волшебник выбил из-под меня ноги, и я начал падать в неестественной позе, чувствуя, как Василиса смещает атаку, и понимая, что в этот раз это будет что-нибудь посерьёзней банального оцепенения. Струя магии приближалась, словно в замедленном фильме...

И в этот момент Димеона выдернула чеку. Ощущение было таким, словно воздух вокруг нас вдруг раскалился до миллиона градусов.

— Фериссия! — выдохнул я так громко, как только мог, и услышал, как это же слово произнесли губы девушки. В следующую секунду ни нас, ни магов, ни Тёмной столицы, ни земли, ни неба не стало — вокруг был только огонь, пёстрый калейдоскоп летящей куда-то материи, и я чувствовал, как всё во мне плавится, выгорает, выворачивается наизнанку, и лишь одна ниточка, сотканная из единственного слова, не давала мне прогореть и исчезнуть...

Это продолжалось всего лишь мгновение, но казалось, что время замерло. Я падал куда-то, чувствуя, как всё вокруг разлетается, становясь плазмой, слышал, как где-то рядом тонко кричит Димеона... Потом мир вернулся так же внезапно, как и исчез. Вокруг по-прежнему была Сивелькирия, надо мной стояла друидка, и, кроме нас, в переулке больше никого не было.

— Спасибо, — простонал я, всё ещё не в силах пошевелиться. — Спасибо.

— О чём ты говоришь! — в глазах Димеоны стояли слёзы. — Ты цел? Ты в порядке?

— Цел, цел, — пробормотал я, пытаясь прийти в себя. — Только двигаться не могу.

Рука нимфы коснулась моего лба. Её касание было тёплым — я почувствовал, как ко мне возвращается контроль над телом.