Дмитрий Бабаев – Русско-американское общество: первые шаги (страница 5)

Были здесь и стеклянные колбы и реторты и подставки и прочая мелкая утварь. Внося небольшой сундучок, под пристальным глазом профессора, один из носильщиков качнулся и сундук, производивший впечатление будто его наполнили песком, едва не упал – первый дрягиль удержал себя на ногах, покачался с сундуком и когда кофр успокоился, продолжили осторожную поступь.

После внесения очередного ларя пара носильщиков отправилась за следующей ношей, а Константин Иванович достал из него какой-то набор и наскоро стал собирать прибор: прикрутил к тонкой узкой трубке из красноватого металла с тонким и плоским на вид отводом на одном конце мундштук или что-то очень на него похожее и выложил на стол, затем достал канделябр с самой наиобычнейшей свечой и рядом с ней выложил несколько черных угольных призмочек – Андрей где-то такие видел и знал, что они называются тиглями. Далее профессор Соколов повернулся, залез в один из небольших сундучков, извлек из него несколько коробочек, которые выложил рядом со свечой и тиглями и, наконец, несколько колб с прозрачными жидкостями внутри. Наблюдать за бурными приготовлениями было интересно.

В десять минут все, требуемые для практической части лекции, предметы были принесены, но собравшиеся в зале уже стали переговариваться, гул усиливался. Профессор еще некоторое время собирался – выложил несколько тетрадей, книг, звонко хлопнул в ладоши, так, что гул в зале утих и изрек:

– Здравствуйте, уважаемые собравшиеся меня зовут Соколов Константин Иванович, как уже мог представить меня профессор Норденшельд. Здесь вы, вольно собравшиеся, прослушаете мою лекцию о химии, геологии и минералогии, ее практическую часть. (Профессор умолк, взял паузу, давая присутствующим поутихнуть, а затем продолжил). В древности, люди, считавшие себя учеными мудрецами, полагали, что все, что есть в природе происходит или порождается четырьмя стихиями: воздухом, водой, огнем и землей – так бы, наверное, и продолжалось поныне, если бы другие ученые не ставили опыты и получали на их основе опровергающие результаты. Цитируя Михаила Васильевича Ломоносова – «Все встречающиеся в природе изменения происходят так, что если к чему-либо нечто прибавилось, то это отнимается у чего-то другого», – позднее Антуа́н Лора́н Лавуазье́ сформулирует закон сохранения массы цит. «Ничто не творится ни в искусственных процессах, ни в природных, и можно выставить положение, что во всякой операции имеется одинаковое количество материи до и после, что качество и количество начал остались теми же самыми, произошли лишь перемещения, перегруппировки. На этом положении основано всё искусство делать опыты в химии». Иными словами масса исходных веществ в химической реакции равна массе полученных в процессе реакции. В процессе этих самых разнообразных реакций происходят преобразования материи из одной формы в другую или переход вещества из одной формы существования в другую. У меня есть для вас простейший опыт для подтверждения сего. Да, совсем забыл…Диалектика вопроса!

Соколов сделал паузу, чтобы присутствующие смогли проникнуться сутью сказанного, но народ в своей массе, слушал, затаив дыхание и в целом просто ждал развития лекции, но на первых рядах присутствующие ученые мужи покивали, значит, отнеслись с пониманием.

Андрей не очень понял значение слова «диалектика вопроса», но снова приготовился делать конспект на листе озаглавленном ровным почерком «Практическая часть».

– опыт является прежде всего орудием познания – продолжил Константин Иванович. – целью которого является ответ на какой-то вопрос. Значит, перед его проведением этот самый вопрос необходимо поставить.

Андрей записал:

Практическая часть.

Постановка воспроса (диолектика вопроса).

– далее следует описать процесс. Провести необходимые приготовления и следовать намеченному плану. Результатом этой работы станет положительный либо отрицательный ответ.

Андрей приписал в столбик:

Описание процесса.

Приготовление

Проведение процесса

Получение итога (ответ на поставленный вопрос).

– итак, задача, в опыте которого я хочу показать вам верность высказанного Антуаном Лавуазье закона. Способ, при помощи которого я сделаю сиё – взвешивание олова в твердом и расплавленном состоянии. Для опыта мне потребуются: кусочек олова, прибор для расплавления олова, емкость для выливания расплавленного олова.

И он проделал весь опыт довольно быстро, называя числа массы образца до плавления и после – все сошлось и эксперимент удался, закончившись аплодисментами, так как все приготовления были выполнены заранее.

Профессор продолжил:

– вы скажите «эка небыль взвесить один и тот же образец в разной форме существования» и будете совершенно правы. Проведем опыт посложнее и разрушим в очередной раз миф о флогистоне. Но сначала выясним откуда появился этот устойчивый миф – «постановка вопроса». Возьмем несколько кубиков обыкновенного угля одинаковой массы и сожжем на открытом воздухе. Затем тщательно взвесим все образцы и получим ответ на вновь поставленный вопрос.

И профессор ловко выполнил все названные действия: достал одинаковые кубики угля, взвесил, сделал запись каждого кубика, запалил каждый, подождал пока они сгорят, дал остыть, а затем взвесил на весах. Результат получился потрясающим – вес сгоревшего угля оказался немного больше.

Профессор дал пояснение:

– у этого процесса много названий: ржавление, окисление-сжигание, гниение. Если взять железную монету, взвесить, а затем положить ее в мокрую среду на воздухе, то по прошествии времени монета начнет ржаветь и если ее снова взвесить, то ее вес будет больше изначального. Для средневековых ученых, не имевших современных способов измерений и проведения экспериментов, это было практически чудом и необъяснимым явлением, так они создали теорию, при которой материя появляется из ниоткуда или меняется сама по себе, при действии внешних, почти божественных сил, все равно, что мыши появляются из матраса с сырой соломой или из амбара с картофелем. На протяжении веков ученые, достаточно почитаемые в своей среде, держались за миф о флогистоне и даже пытались доказывать его. Однако в конце прошлого века, уже названный мной герой, Антуан Лавуазье провел сложный эксперимент, убедительно разрушивший крепко засевшее заблуждение. Сегодня мы с вами повторим его и в очередной раз убедимся в правильности нового учения.

Профессор снова достал угольные призмы, снова все как следует взвесил, повернул к слушающим собранную установку, представляющей из себя весами с двумя стеклянными куполами. Константин Иванович положил на обе чаши весов одинаковые призмы, запалил одну, вторую оставил как есть, накрыл куполами и дождался завершения горения. Профессор воскликнул:

– положение весов не изменилось! Масса призмы до и после сгорания не поменялась. Материя не берется из неоткуда и не уходит в никуда, а воздух участвует в процессе и каким же образом? Воздух состоит из нескольких элементов: одни поддерживают горение, другие – нет. Впервые элемент, поддерживающий горение, получил английский ученый Джозеф Пристли при прокаливании окалины ртути, но, оставаясь сторонником теории флогистона, не смог воспользоваться открытием, однако он сообщил о своем эксперименте Антуану Лавуазье. Который долгие годы проводил множество экспериментов, помимо повторения опыта Пристли. Даже использовал морских свинок, калориметр и пр. В конечном итоге этот элемент Лавуазье назвал кислородом, потому что он порождал кислоты при сжигании металлов и органических веществ и тем самым низложил теорию флогистона – никакого мифического элемента с отрицательной массой при сгорании не образовывалось! Весь уголь сгорает до золы и ее масса и масса фиксированного воздуха в сумме равны изначальной массе угольного тигля. Раз уж я упомянул морских свинок, то добавлю, что Лавуазье с другим известным ученым Лапласом изучали дыхание и пришли к выводу, что оно также является горением, только очень медленным – по всей видимости внутри нас сгорает еда, которую мы едим. Но об этом в другой раз в другом месте.

Присутствующие восприняли этот опыт с воодушевлением – овация захлестнула зал. Профессор снова хлопнул в ладоши, изрек:

– однако ж продолжим, в программе еще несколько экспериментов и так мало времени. Следующим направлением в нашей лекции станут способы и методы изучения минералов. О сколько всего мы сможем узнать и сколько последующих знаний дадут эти открытия в настоящем и будущем?!

Андрей сделал новые записи в своем конспекте:

Методы изучения минералов.

Константин Иванович достал коробку с образцами для изучения и положил ее рядом с прибором, о котором высказался так:

– этот прибор называется «паяльная трубка», при помощи него мы проведем качественный анализ, отобранных мной, образцов. Я покажу вам сколько мощи в этом простеньком приборе, какие горизонты познания о в себе кроет, а также поведаю вам о слабостях и об довольно ограниченной области исследования им. Приступим!

В этот момент профессор Соколов взял в руки предмет, напоминавший вытянутое яйцо, взял из ящика склянку, судя по распространившемуся запаху, это был скипидар, налил до какой-то отметки внутри «яйца», поставил её, затем взял другую банку, стал наливать, но, видимо, первую поставил как-то неуклюже и пока наливал из той другой, первая стала соскальзывать и уже вот-вот упала бы, однако Константин Иванович, заметя это, успел ее подхватить, да сделал так неуклюже и из второй банки налил на свой сюртук, рубашку. В этот момент он поставил пойманную склянку, затем свечу, по форме напоминающую яйцо, а затем принялся стряхивать с себя пролившуюся жидкость. Так прошло некоторое время. Пока платье сохло, профессор продолжил подготовку: вытащил тигли, присадки, порошки, небольшой компас.