Дмитрий Антонов – Изначальные (страница 12)

Алый огонёк никуда не исчез, лишь ненадолго завис над лесом, извещая об опасности. Выхватив рог, сармат со всей силы дунул, подавая сигнал тревоги, и кинулся к дозорным.

Огни в сторожевой башне 88 загорелись стремительно.

Гарнизон поднимался по тревоге, а огонёк, догорев, пропал в тёмной дали, не оставив от себя и следа.

Твердислав

Витязи по двое въезжали во двор княжьего терема, без приветственных вымпелов, без богато украшенных плащей и щитоводетые в простую кожу и походные плащи.

Когда младший брат Святополк соскочил с коня а встречавший его старший брат Святослав приблизился, августейшие братья крепко обнялись. Князья, они длительное время стояли не отпуская друг друга, словно, некогда монолитная часть была разделена на долгие годы и вот, наконец-то, воссоединилась.

Алый с золотом плащ великого князя Святослава, блистающий новизной, окутал, замызганную грязью, серую плащ-накидку, Святополка, изнутри блиставшую коричневым с зелёным – цветами Камнегорска.

Твердислав, спрыгнул с коня и приблизился к отцу со спины, рядом шёл и Ярополк, его младший брат. Княжичи, как и камнегорские витязи, были одеты в серые походные плащи, с гербовой символикой Даарии, и отличались от воинов лишь богато украшенными навершиями мечей. Кожа на них была, самая что ни на есть, обычная, правда выделана лучше, чем в Ярилгороде – в Камнегорске кожевенных дел мастера искусней.

Твердислав задумался: да дома всё лучше, и еда и вода и лес, он взгляну на свои чёрные кожаные сапоги, поправил коричневый дублет, под кожаным защитным щитком, стряхнул с чёрных штанов, свободного покроя, прилипшую грязь дорог и принялся терпеливо ждать пока правила этикета позволят поздороваться с великим князем, а по совместительству – с дядюшкой Святославом.

Расцепив объятья, августейшие братья, наплевав на этикет, расцеловались с племянниками и не желая терять ни минуты, предложили всем проследовать в терем, после чего удались. Наконец-то настала очередь Твердиславу обнять Градимира с Ладой, лишь Волибор, коротко поклонился и ушёл, не дождавшись рукопожатий.

Градимира стоял напротив разодетым в богатый алый с золотом кафтан, и весело улыбался, как и Лада.

Собственно, все старшие Словичи, оделись в один цвет – эдакая алая армия встречала на пороге общего пристанища рода Словичей.

Лада повзрослела, расцвела. Алый сарафан облегал стройный стан сестры, подчёркивая её женственность. Скоро под венец, догадался Твердислав лишь интересно: за кого? Есть ли кто достойный Лады? Достойный её великодушия, её безграничной верности и чуткости, той глубины родовых и духовных скреп, которые пронзают естество необъятной близостью духовных воззрений и стержневых характеров, и всё это присуще в большей степени лишь Словичам. Думая об этом, Твердислав искренне радовался за двоюродную сестру.

– Брат! – Градимир раскрыл объятия и Твердислав крепко обхватил его в стальной хватке. Лада не стала дожидаться и присоединилась к братьям, притянув скромного Ярополка.

Вот так они и радовались встрече, все, вчетвером не отпуская друг друга из кона объятий весело подшучивая и говоря добрые слова. Когда они расцепились, Твердислав спросил Градимира:

– Чего с Волибором такой? Почему он сбежал?

– Не обращай внимания, Волибор в последнее время сам не свой.

– Переходный возраст?

– Похоже.

В ворота терема въехала, сверкая металлическими ободами больших колёс, укрытая мехами карета, когда она остановилась, служка парень подбежал, приоткрыл дверцу, опустил закидной трап и вежливо протянул внутрь руку.

Княжна Ольга, младшая родная сестра Аппелагеи, величаво вышла из кареты и спустилась по трапу на мостовую. Чёрное, приталенное, платье колыхнулась с порывом ветра. Вуаль скрывала лицо. Стройная высокая, длинные чёрные волосы уложены на затылок в замысловатую причёску и меч. Не какой-то там полуторный и двуручный а настоящий акинак фемискирской фурии из чёрной стали, висел на поясе в кожаных ножнах.

Твердислав печально усмехнулся: даже сейчас, когда Ма уже больше тридцати лет не является фурией, грозная воительница ещё жива в ней. Она кроется там, в глубине всех этих шелков эльфов и княжих мехов, за парчой и драконьей кожей, за всеми этими: Твердислав! Милый! Пока вставать! – и ежели ты не отзовёшься, то фурия вырвется и того и глядишь окажешься облитый ведром колодезной воды или вышвырнутым в одном исподнем на улицу в колючий снежный сугроб.

– Наши отцы уже ушли, очень спешно, есть нечто важное, – Градимир отвесил полупоклон, извиняясь за князей, и приготовился поцеловать княжне Ольге руку, как Ма, сделал шаг навстречу. Она крепко обняла Градимира, потом подозвала Ладу и заключила в объятия.

– Мои милые, – лепетала она, – мне жаль! Мне так жаль…

Радость встречи омрачилась поводом.

Твердислав, к его несказанному стыду, чуть не забыл, зачем он так спешно прибыл в Ярилгород. Зачем гнал коня и спешил навстречу.

Градимир застыл, а Ма и Лада разревелись, не скрывая эмоций. Они говорили что-то друг другу, вытирали слёзы друг у друга, при этом успевали что-то высказать Градимиру и не выпускали его от себя. Брат стойко выносил женскую скорбь, вначале обнимая женщин, но когда поток слёз стал нестерпим, вытащил платок, чуть отдвинулся и предложил его дамам.

Лада вырвала его у Градимира и со словами: чурбан бездушный, – потащила княжну Ольгу в сад, где они в покое и тишине смогут горевать и оплакивать, одна – сестру, другая – маму.

– Мне жаль, брат, – Твердислав положил руку Градимиру на плечо.

– И мне, – тихо отозвался Ярополк.

Градимир молчал, он хмурил брови, губы его сжались в тонкие линии, которые не могли скрыть даже небольшие усы и аккуратная бородка. Капля слезы накатилась в глаза, но брат моргнул, слега улыбнулся, кивнул самому себе и твёрдо ответил:

–Нам пора. Благодарю братья. Оставим скорбь скорбным мгновениям, а сейчас нас ждут государственные дела. Сегодня Светозар общался с триумвиратом Гипербореи. Мы ждём мага великана.

Твердислав немного опешил от столь резкого преображения Градимира из безутешно-скорбящего по матери сына в государственного мужа, что отступил чуть назад и открыл от удивления рот. Ситуацию спас Ярополк. Он, со всей присущей младшему брату непосредственностью задал один, нужный, в данном случае вопрос:

– Кого-то конкретного?

Градимир пожал плечами.

– Наверное, правда, я не ведаю кого именно. Зато знаю, тебе, Твердислав, тоже скоро предстоит путь неблизкий.

Секунда общения дала Твердиславу время прийти в себя и поддержать беседу:

– Это поведали гиперборейские маги?

Градимир улыбнулся, от него не скрылась испытываемая Твердиславом неловкость, поэтому он не стал обострять на этом внимания, а просто предложил добродушным тоном:

– Пойдёмте скорей в тронный зал, отцы сейчас всё сами расскажут. Гадать не по мне.

Твердислав кивнул, потом подпихнув младшего брата вперёд, двинулся за Градимиром.

Отцы, уже в тронном зале и княжичи ускорились. Ярополк немного отставал, изредка, переключаясь на бег.

– Ну, как поездка,—переключился на нейтральную тему Градимир,– сильно промокли?

Перед входом в Ярилгород разразилась гроза и младшие Словичи крепко подмокли.

– Есть манёха, – усмехнулся Твердислав.

–А почему Волибор не пошёл на совещание? Его не позвали? Молод? – подал голос, идущий позади Ярополк. – Может и мне нельзя?

Градимир остановился, развернулся и положил руку на плечо брата так, чтоб прихватить затылок. Заглянул в глаза Ярополку, а потом тихо но твёрдо произнёс томном, которого от старшего брата, Твердислав, ну, никак не ожидал услышать:

–Ярополк, не переживай зато. Просто спесь, не более. Идём вместе, ты имеешь право знать о происходящем.

Твердислав призадумался, Ярополк одногодок Волибора, но подобного неуважительного отношения к окружающим, чтобы уходить, не пожелав здравия или игнорировать важные государственные или семейные дела, не просматривается, тем паче, ему некогда являть миру свои хотелки, день Ярополка расписан поминутно, тренажи обучения тренировки. Вот собственно и весь распорядок.

У самого Твердислава было несколько иначе, вначале тренинги, потом обучение, обучение и ещё раз обучение. Матушка, в данном плане, наседала сильно. Помимо главных наук, его обучали дипломатии, культуре и языкам, но Ма ещё настояла на изучении этики и танцев, что в корне не вязалось с мировоззрением Твердислава. Ну, в крайнем случае, этика, посему, от занятий танцами, он с успехом уклонялся.

Ярополк смущённо улыбнулся, Градимир улыбнулся в ответ. Он похлопал брата по плечу, подмигнул, и они все втроём двинулись дальше.

Тронный зал полон.

Все старшие воеводы и маги направлений тут, по стенам развешаны вымпелы правящих родов: Голубые с жар-птицей вымпелы дяди Святослава, зелёные с коричневым ромбом – герб Камнегорска, ломаная синяя линия на коричневом фоне символизирующая великий разлом – стяг Береста, Т-образный шлем на оранжевом закатном небе – символ Вязи и многие другие, красные и синие, жёлтые и зелёные, белые и лазурные, много множество – все рода и крупные города Даарии.

Огромный резной стол, за которым сидело знатное собрание, обставлен стульями из белого мрамора, эдакие, древние реликвии. Крайне неудобные для седалища, – решил для себя Твердислав, но подходящие для атмосферы встречи.