Дмитрий Абрамов – Я вернулся (страница 1)
Дмитрий Абрамов
Я вернулся
Пролог.
… Етить твою через качель! Ляхи по нашим, подо Львовом, ракетами врезали. Хорошо хоть не ядрёными. Верховный рассвирепел. Нету больше в Польше и в Румынии натовских пусковых, и базы натовские там горят. Правда, Верховный тоже удержался и вмазал ракетами с обычной БЧ. Еду утром на работу по радио вдруг объявляют – пять ракет в Калининград прилетело. Четыре – наши сбили, пятая – рванула ядерным грибом. Охренеть! Дожил до третьей мировой! Но, работу никто пока не отменял. Запарковал «Дастер» на служебной стоянке, переоделся и за руль «Беларуси».
Самолётов в аэропорту почти нет. Мужики говорят, что ещё ночью их куда-то за Урал погнали. На стоянке у здания аэропорта только один бизнес-джет запаркован. Это что за явление? Ты чё не слышал? Горбатый-меченный вчера в город прилетел поддержать борьбу блогеров за мир во всём мире. Да ладно! Вот не ждал. А, вокруг бизнес-джета технари снуют, готовят к взлёту. Подошёл, поинтересовался. Ага, в Стокгольм птичка меченного ублюдка повезёт. Чего ему здесь делать? В стране которую он развалил?
А, по радио диктор вещает о ядерных грибах в Минске, Владивостоке и в Киеве. Сажусь на трактор и еду к служебной стоянке. Там, в машине у меня кое-что припрятано. Сегодня ж у меня последняя смена перед отпуском, и в отпуск собрался ехать сразу с работы. Думал к однополчанину в гости заглянуть на недельку. Он в Тверской области лесничим работает. Вот я и загрузил в «Дастер», кроме вещей-одежды, своего другана старинного. СКС. Минутное дело – из багажника в кабину «Беларуси» перекинуть сумку-чехол. Возвращаюсь на тракторе к зданию аэропорта. Притормозил. Метров триста до горбачёвского самолётика. Жду. Едет кортеж. Два чёрных угловатых внедорожника, а между ними пафосно-крутой микроавтобус. Подъехали машинки к самолёту. Остановились. Два громадных бодигарда помогают престарелому Мишке выбраться наружу. Высовываю в приоткрытую форточку кабины ствол карабина. Нахожу прицелом выцветшее пятно на бледной лысине. Задерживаю дыхание. Сейчас сровняю, закрою свой счёт! Выстрел. Успеваю заметить как сатанинская отметина на лбу предателя окрашивается выплёскивающейся из черепа кровью. Лучший немец всех времён начинает заваливаться на землю. Вспышка. Удар. Трактор подбрасывает вверх. Бьюсь головой обо что-то выступающее в кабине. Что за фокусы? Что за вспышка? Оглядываюсь. Над Питером встаёт грибовидное облако. Твою ж …! Сейчас ударная волна придёт. Вылезать-спасться-прятаться? А, смысл? Пожил и будя. Тем более, что счёт закрыт! Смотрю, на суетящихся над трупом меченого выродка, охранников. Крутят головами. Откуда прилетело? Вот же ж. Прилетело! Летит. Замечаю размазанную тень над Пулковскими высотами. Е..ать! «Томагавк»! Сейчас ё…нет! Вспышка…
Глава 1.
Жизнь прекрасна! Лето, солнце, Москва, Олимпиада. Девушки в мини. А, я расправив плечи вышагиваю по проспекту Мира. Красота! Подруга меня отшила. Ну, и ладно. Не время грустить. Какая грусть может быть у свежеиспечённого лейтенанта? Первый офицерский отпуск. Полные карманы денег. Ага. Почти триста рублей отпускных и ещё почти шестьсот – только что снятых с подаренной дедом на шестнадцатилетние сберкнижки. У деда пенсия военная приличная. Он всем своим внукам к шестнадцати годам по полтысячи на книжку положил. А, внуков у него – пять! Вот и прикиньте как пенсионеры нынче живут. Правда у деда ещё приработок имеется. Летом своему зятю, моему дядьке, помогает с пчёлами на пасеке возиться. Мёд, прополис, пчелиный яд – всё это на рынке нынче в цене.
Мама когда узнала, что собираюсь сберкнижку закрыть – на дыбы встала. Начала наставлять. Мол, надо деньги до свадьбы поберечь. Угу. Где та свадьба? Светка почти из-под венца сбежала. Ну, почти. Вся родня-знакомые считали, что мы поженимся как я училище закончу. Нас не спросили. Светке ещё два года в институте учиться. Золотую медаль хочет. Вот и приглядела-захомутала аспирантика с хорошей родословной. Папик у него не то декан, не то аж ректор-проректор в Светкином институте. Хорошая заявка на красный диплом с позолоченной медалькой. И зачем теперь я Светке-институтке? Нахрена ей молодой летёха распределённый казахстанскую глухомань почти у самой китайской границы?
А, я чего? Грустить-печалиться? Вот ещё! Ещё лучше себе подругу найду. А, пока … Гуляем! Почти тысяча рублей в кармане. Месяц отпуска. Берегитесь девки!
…
Гульнул я в отпуске на славу. В Москве оттянулся, сгонял в Ленинград, в Таллин заглянул. Хотел ещё в Минск или Киев1 заскочить, да уж отпуск к концу подходит. На соревнования-стадионы не ходил. Чего там смотреть? Офицерского пятиборья в олимпийской программе нет. А, остальное – не интересно. Привлекает другое. Отгадаете с трёх раз? Ну, что может интересовать парня почти двадцать одного года от роду? Девчонки! Разве ж я смог бы так развернуться, если б меня Светка не бросила? Спасибо, тебе Светик, огромное, человеческое! Как там у Миронова?
Иветта, Лизетта, Мюзетта, Жанетта, Жоржета!
Вся жизнь моя вами, как солнцем июльским согрета,
Покуда со мной вы, клянусь, моя песня не спета.
Иветта, Лизетта, Мюзетта, Жанетта, Жоржета,
Колетта, Полетта, Клоретта, Флоретта, Мариетта.2
Ну, до восьми я не дотянул. Но, Ирочка, Лизочка, Машенька и Женечка оставили в моей отпускной разгульной жизни заметный и весьма приятный след. И ещё была … вы не поверите … Жасмин! Мулаточка. Я с ней в Таллине познакомился. Идеальная женщина. Фигура – отпад! Красивааая – слов нет. И мозг не выносит, потому как по-русски совсем ни бум-бум, так как из Бразилии она. Медсестра-массажистка тамошней их сборной по какому-то там виду спорта. Жаркая женщина! Как общались? Никогда не догадаетесь. По-немецки. У неё дедушка – немец, из Германии сбежал. Правда я так и не понял – от Гитлера он бежал или от моего деда в Германию пришедшего в 45-м. Некогда было выяснять. Тем более, что мой немецкий словарный запас немного скромнее чем у Гёте и Ремарка и заточен несколько однобоко. Ну, а что вы хотите? Трёхгодичный факультативный курс военного перевода в танковом училище. «Wo und wann wurden Sie gefangen genommen? Die Nummer deines Regiments? Wo sind die Abschussraketen der Atomraketen? »3 После такой заявки жаркая южная женщина сдалась на милость наследника победителя. А дальше приходилось в общении по большей части довольствоваться классическим – «Я-я, шнель-шнель, гут, зер гут майн либер!»4.
Но, всё хорошее когда-нибудь кончается. Закончился и отпуск. Пора в путь-дорогу. Служба ждёт! Иду на Павелецкий вокзал. Надо добыть билет до Усть-Каменогорска. Так-то у меня «требование» в кармане есть. Обязаны мне в воинской кассе билет по нему выдать. Вот только билет будет в купе, а у меня ещё не все деньги закончились. Хочется шикануть. Забегаю по пути в гастроном. Беру бутылочку армянского «КС Юбилейный» и топаю к вокзалу. Сначала в камеру хранения, сдать чемодан с пожитками. Потом выискиваю в вокзальной толчее комендантский патруль. Уточняю у начпатра путь-дорогу до коменданта вокзала. Иду в указанном направлении. Майор-восошник5 благосклонно принимает подношение и удивляется запросам зелёного лейтенанта. Эк, губу раскатал – СВ ему подавай! Небрежно кидаю в разговоре парочку фамилий полковников-генералов из штаба ЖД войск. (Вот так вот! Мой дед ещё перед войной был командиром взвода у нынешнего командующего железнодорожными войсками. Так что я немного вкурсе раскладов на верхних этажах командования военных железнодорожников.) Звонить на Ольховскую6 майор конечно не стал, не та проблема. Через пять минут выхожу от коменданта с билетом до Усть-Каменогорска в вагон СВ.
– Удачи тебе, лейтенант, – напутствует меня майор и усмехается в усы. Чего это он? В чём подвох?
Пару часов до отправления поезда пошлялся по вокзалу. Съел мороженку. Подумал и сгонял ещё раз в давешний гастроном. Двое с лишним суток в пути – коньяк в вагоне-ресторане закупать дороговато будет, да и, чёрт его знает, какая у них там бормотуха разлита. Так что, будет лучше в столице затариться. В камере хранения получаю чемодан и догружаю его двумя бутылками свежеприобретённой амброзии производства Ереванского коньячного завода. Всё, готов к дороге.
Ухмылку майора, так и не разгадал. А, вот удача которую он мне пожелал – мне и привалила. Захожу в двухместное купе и вижу … Нимфу. Женщина, слегка за тридцать. Не по-девичьи, а по-женски стройная. Достойная четвёрочка. Глаза – голубые. И ко всему ещё – блондинка. Вот так удача! Мысленно ещё раз благодарю сбежавшую от меня Светку, и проваливаюсь в бездну глаз попутчицы. Стою как идиот и пялюсь в голубые омуты и боюсь ненароком зацепить взглядом манящее декольте. Даже забыл поздороваться.