Дмитрий Абрамов – Я вернулся (страница 3)

Сержант недовольно сопя уходит в Ленкомнату.

– Ещё есть, кто хочет показать свою индивидуальность?

Молчание в строю.

– Хорошо. Советую всем сразу лечь спать. Завтра будет напряжённый день. На занятии по физподготовке будем сдавать нормативы.

– Разрешите вопрос, товарищ лейтенант? – подаёт голос младший сержант, явно первогодок.

– Разрешаю.

– Какие нормативы?

– Все. Кросс – 3 километра. Стометровка. Полоса препятствий. Метание гранаты. Турник-брусья. И рукопашный бой.

– Так с нами рукопашкой никогда не занимались! – возмущается ещё один говорун.

– Товарищ старший сержант, пройдите в Ленкомнату, вижу и Вам тоже нужны дополнительные занятия по Уставам.

И ещё один дембель отправляется в Ленинскую комнату на самоподготовку.

– Ещё вопросы есть? Нет. Хорошо. Батальон разойдись. Дежурный! До отбоя три минуты. Проследите, чтобы все были в кроватях. Я сегодня ночую в казарме, так что если увижу ночные шатания – утром сниму Вас с наряда, и завтра же пойдёте на второй круг. Понятно?

– Так точно, товарищ лейтенант.

Дембеля в Ленкомнате поначалу пытались выёживаться. Спать они не хотят и Уставы они конечно знают. Но… Придраться всегда есть к чему. С первого раза Устав внутренней службы они мне не смогли без огрех пересказать. Даю полчаса на восстановление знаний. Сам читаю газету. Второй заход. Опять есть неточности. Ещё полчаса чтения-самоподготовки. С третьего раза получают зачёт. Дембеля уже зевают. Ну, ничего. Военнослужащий должен стойко переносить трудности и тяготы, а как он их сможет переносить если Устава не знает? Продолжаю занятие.

– С УВСом справились. Теперь пройдёмся по Дисциплинарному Уставу. Сразу будете отвечать или дать время на подготовку? Сразу? Ну, погнали.

Сразу не получилось. Ещё полчаса чтения ДУ. Оба-на. Молодцы. Осилили. Что, спать уже охота? Неее. А, если тревога или, не дай бог, война? А, вы не все Уставы знаете. Ведь военнослужащий должен действовать строго по Уставу. Продолжаем. Устав гарнизонной и караульной службы. За полчаса управились. Зачёт по Строевому Уставу пошли сдавать на плац. Ну, здесь, по строевым приёмам к дембелям придраться не возможно. Орлы. А, вот к форме одежды – можно. Взмолились.

– Ну, товарищ лейтенант! Мы всё поняли.

– Ладно. Можете хэбэшки не распарывать. Пусть ваши взводные за этим смотрят. Всё – «Отбой». Зарядку не проспите.

Утро.

– Батальон! Подъём! – орёт дежурный.

Вскакиваю с панцирной кровати поставленной старшиной для меня в канцелярии батальона. Впрыгиваю в одолженные у старшины солдатские хэбэшные галифе, десять секунд намотать портянки, вбиваю ноги в юфтевые сапоги и вместе с сонной солдатской толпой-гурьбой ломлюсь в туалет. А, дежурный уже кричит: – «Батальон, выходи строиться на зарядку!»

Выбежали на плац. Построились. Быстро пересчитал бойцов. Все в наличии. Побежали. Три круга по территории полка. Комплекс вольных упражнений. Потом на спортивный городок. Пресс, отжимания, подтягивания. Ещё разок. Руля процессом, всё выполняю вместе с солдатами. А, как же? Личный пример.

За два часа до обеда – в батальоне занятия по физподготовке. Уже на этой паре погонял бойцов от души. Всё как обещал. И кросс и полоса препятствий и далее по списку. Сам кросс пробежал с вещь-мешком загруженным песком. Бойцов это впечатлило. Пообещал, что со следующего дня все будут бегать с вещь-мешками. Начнём с одной лопаты песка, и будем по лопате добавлять каждые три дня. А, что вы хотели? У нас начальник училища частенько изрекал бронетанковую мудрость-девиз: – «Танкист должен метко стрелять как ковбой и быстро бегать как его лошадь!» А, вы думали откуда у меня значок КМСа по лёгкой атлетике?

После обеда за мной из штаба полка прибежал посыльный. Вызывают в строевой отдел. Иду. Быстро здесь дела делаются. Меня уже внесли в расписание нарядов. Через два дня в гарнизонный патруль. В конце недели начкаром в полковой караул. Опять патруль. О, ещё караул, только гарнизонный. Ох…, сколько мне нарисовали. Девять нарядов за месяц. И ни одного в воскресенье. Радость? Типа отдохнуть можно? Хрена! Десятилетиями живущая армейская мудрость гласит: – «Если отдых то – активный, если праздник то – спортивный!»

Ага. В Советской Армии – каждое воскресенье – праздник. Вот именно – спортивный. Ну, а я как начфиз батальона и тут естественно задействован. Фигня. Прорвёмся. Была у меня на третьем курсе заруба с ротным. Накосячил я тогда прилично, аж лычек младшего сержанта лишился. Так вот, после этого я за пять месяцев почти шестьдесят нарядов по роте дневальным отстоял. И это не считая того, что вместе со взводом за тоже время ещё пяток раз в караул сходил и столько же – в наряд по столовой. Семьдесят нарядов за сто пятьдесят дней. Как говорится – «Через день – на ремень». Кто служил – поймёт.

И что характерно, и в сентябре такая же фигня с нарядами. Кто-то уморить меня хочет. И не радует, что наконец-то смог увидеть нашего комдива. Не, не Иркин муж. Но, видимо он, ну, Иркин генерал, всё же кому-то в нашей дивизии или полку шепнул про неучтивого лейтенанта. Вот и получаю обратку-ответку за чудесно-чувственное путешествие из Москвы в Казахстан.

Конец сентября. Топаю по центру Аягуза. Не, не выходной у меня. Начальник патруля я нынче. С двумя солдатиками-первогодками хожу, ловлю самоходчиков. Будний день, увольнений сегодня быть не должно. Так что, считай почти все встреченные-увиденные в городе солдаты – самоходчики. Но, вот пока никого не поймали. Ну, и ладно. Значит с воинской дисциплиной в гарнизоне всё в порядке.

Вот это встреча! Не ждал, не гадал! На встречу идёт Ирина, нагруженная продуктовыми сумками-авоськами. Узнала, обрадовалась. Остановилась поболтать. У неё здесь оказывается дядя живёт. В субботу у него день рождения. Родня вся на выходные съедется. А, у Иркиного генерала отпуск только-только начался, вот они с ним пораньше в нашу глухомань и приехали. Ирка прозрачно намекает, что я могу помочь ей сумки до дома дотащить. Чегой-то не хочется генерала-Виталика ещё раз встречать. Блондинка подмигивает и сообщает, что муж с дядей с утра на рыбалку с ночёвкой уехали. Ну, это другое дело. Отправляю патрульных в комендатуру на обед и начинаю изображать джентльмена помогающего даме справиться с трудностями бытия, то есть тащу сумки с продуктами для дядиного праздничного стола.

Идти недалеко. Хрущёвка. Третий этаж. Трёхкомнатная квартира. Сумки на кухню. А, леди и джентльмены – в кровать? Не-а. Я уже мудрый воин! Время обеденное. Сначала пожрать. А, то с этими нарядами и физухой иссох-истощал как первокурсник после КМБ10. Садимся на кухне. Ирка мастрячит бутики, чаёк заваривает, попутно игриво уворачивается от моих шаловливых рук. Ну, да, пытаюсь совместить приятное с полезным, ведь за последние два месяца всё больше холодное железо в руках держал, а не тёплое женское тело. Ух, пожру сейчас и оторвусь!

Ну, что за непруха? Сглазил меня что ли кто? Шуршание ключа в дверном замке. Ирка бежит в коридор. Виталик! Ети его …!

«Всё ж хорошо, что сразу Ирку в кровать не потащил…»

Дядя на камне поскользнулся и ногу сломал. Виталик дядю уже в гарнизонный госпиталь отвёз и вот вернулся к красавице жене! …лять … лять …лять! А, жена молодого лейтенантика потчует.

– Виталик, это не то что ты подумал!

«Ага! А какие тут ещё варианты?»

На семейный скандал-разборку я не стал оставаться. Слинял уворачиваясь от оплеух-пендюлей выдаваемых на-гора Иркиным мужем. Не драться же с генералом. Да и по большому счёту – он в своём праве.

Не знаю, чем там для Ирки закончился разбор полётов, а мне таки пришлось полетать. Буквально. Аж два раза. Сначала до Душанбе, а потом из Душанбе в Кандагар. Виталик видать решил, что нам с ним не ужиться, не то что в одном военном округе, но даже в одной стране. Только не подумайте, что из-за генеральского самодурства можно в Афган загреметь. Не, из-за самодурства нельзя, но ускоряющий пинок разгневанный муж-генерал дать может. Я ведь, как только срисовал, что в полку мне кроме нарядов и спортивных праздников ничего не светит, то начал жалиться отцу-комбату. Я ж на танкового командира четыре года учился. А, тут что? Ни личного состава, ни танков! Поспособствуй батяня-комбат переводу ходя бы в нормальную, не кадрированную роту. Хрена. Все вакансии в полку заняты. Терпи, лейтенант. Может по весне кто из ротных в Академию намылится, тогда вот вакансии и откроются. А, пока терпи. Попёрся я тогда к начштабу полка – та же песня. Терпи-служи. Подумал, почесал репу и написал рапорт на перевод в Афганистан.

– Экий ты прыткий, лейтенант. В Афган нынче отбор надо проходить, не так-то просто туда попасть. Может самую малость легче, чем перевод в ГСВГ получить.

Но, вот видать Виталик-генерал как-то смог облегчить процесс отбора и ускорить процесс прохождения моего рапорта. И уже через неделю после неудачной попытки скинуть гормональное напряжение я очутился в пыльном Кандагаре.

Глава 2.

Теперь я командир взвода в танковом батальоне 70-й отдельной гвардейской мотострелковой бригады. Настоящий гвардейский командир настоящего танкового взвода. Пятнадцать бойцов и четыре пахнущих солярным выхлопом шестьдесятдвойки. Вот это служба! Ща я покажу чего умею! А, умею я много. Ведь только четвёрка по Уставам на госах помешала мне красный диплом получить. Не, с Уставами у меня всё в порядке. Ну, то есть с их знанием. На пятёрку я госэкзамен по Уставам сдал, вот только один балл мне госкомиссия срезала за две отсидки на гауптвахте за время обучения. При чём второй раз на губу я умудрился залететь в последнем семестре на четвёртом курсе. Но, это дела прошлые.