Дьма Морозов – Воркута. Лестница А Холодный Рассвет (страница 3)

Игорь быстрым шагом подскочил к ним, оттолкнул пьяного и твёрдо встал перед Настей. Его поджарая фигура под метр восемьдесят пять возвысилась над алкашом так, что тот сразу сник. Игорь чуть нахмурился, взгляд стал холодным и колючим, голос зазвучал с той самой уличной жёсткостью:

— Герой нашёлся — девчонку обижать? Взял товар — плати, а ты ещё и руки распускать. Не стыдно?

Пьяного оттолкнули, он пошатнулся, потом восстановил равновесие и злобно уставился на Игоря, неся перегаром:

— Ты откуда такой выискался? Не лезь не в своё дело! В Воркуте жить надоело?

— А я уже влез, и что? — Игорь ни капли не испугался, выпрямился во весь рост, буравя пьяного взглядом. — Деньги сегодня заплатишь — хочешь ты того или нет. Хватит валять дурака, а то я с тобой вежливо не разговариваю!

Игорь с виду худой, но с детства бился на улицах: ловкий и быстрый. С пьяным в стельку алкашом он справился бы одной левой. А у него за спиной ещё и Семён стоял — тоже не из робкого десятка.

Пьяный понял: эти двое смотрят по-волчьи, не размазни. Оглянулся на зевак вокруг — и струхнул. Драться не рискнул, нехотя выгреб из кармана мелочь, швырнул на землю и, матерясь, убрался восвояси.

Когда пьяный ушёл, толпа понемногу разбрелась. Настя перевела дух, повернулась к Игорю и Семёну. В её взгляде читалась благодарность, но характер никуда не делся: она окинула его оценивающим взглядом и сказала без особой нежности:

— Спасибо. Ты кто такой? Что-то я тебя здесь раньше не видела.

Игорь повернулся к Насте, и его как током ударило. Сердце забилось чаще. Девушка оказалась ему под стать — красивая, с бойким характером, без всякой жеманности. Такие в сто раз лучше московских накрашенных кукол. Даже то, как она только что сердито свирепо смотрела, — и то было чертовски притягательно.

Он мгновенно согнал с лица суровость, провёл ладонью по волосам, нацепил небрежно-лихую улыбку и сказал тоном одновременно легкомысленным и искренним:

— Меня зовут Игорь. Мы с Челябинска в Воркуту приехали, счастья искать. А это мой кореш Семён. Красавица, а тебя как величать? Как увидел, что тебя этот нахал достаёт, — у меня рука сама зачесалась. Пустяковое дело, не благодари.

Семён тем временем достал из кармана жвачку, отправил в рот, потом выудил из сумки солнечные очки, надел их и кивнул, помахав рукой из-за спины Игоря:

— Привет, я Семён, Игорёк мой друг.

Настя посмотрела, как они красуются — один в очках, второй причёску поправляет, — и еле сдержала улыбку, закатив глаза. Мысленно она усмехнулась: только что помогли, а уже рисуются. Но в голосе её прозвучало заметно теплее:

— Меня зовут Настя. Я здесь продавец. Спасибо вам большое, без вас я бы с этим бешеным алкашом не совладала.

— Настя — протянул Игорь. — Красивое имя, под стать хозяйке: и красивая, и боевая.

Он не скупился на комплименты и глаз с неё не сводил. Настя бросила на него короткий взгляд и спросила будто невзначай:

— Недавно в Воркуту? Работу уже нашли? Город маленький, народ бедный, деньги зарабатывать нелегко.

При слове «деньги» Игорь вмиг посерьёзнел, сбросил позёрство:

— Пока нет, только обосновались. В шахтёры не пойду — у меня и корочек нет. Хочу найти какой-нибудь простой честный заработок, без надрыва. Ты местная, подскажи, куда нос сунуть?

Настя удивлённо приподняла бровь:

— Без работы? Сразу предупреждаю: в криминал не лезь. В Воркуте если что не так сделаешь — обратно дороги не будет.

— Понимаю, не волнуйтесь, мы с корешем — люди законопослушные, — заверил Игорь. — Думали металлолом собирать, бегальцем заниматься, мелкие поручения выполнять. Лишь бы не воруя.

Настя задумалась, потом подсказала по-доброму:

— В сторону шахт заброшенные дома и пустыри есть. Там валяется много старого инструмента и металла — можешь собирать и тащить на рынок. Много не выручишь, но на хлеб с маслом хватит. Стариков в городе полно, кому трудно из дому выйти, — для них можно покупки делать с небольшой платой. Надёжно.

— Век не забуду! Ты мне прямо золотом помогла! — Игорь обрадовался: это в точности совпадало с его ночными мыслями. — Настя, как заработаю первые деньги — угощу тебя горячим кофе. В такой морозище нет ничего лучше, чем чашка горячего.

Настя улыбнулась, но отказалась:

— Не надо, ты сам только приехал, деньги самому нужны. Мне пора работать, а то хозяин наругает.

Она повернулась и пошла к магазину, но через несколько шагов обернулась и, махнув рукой, добавила:

— В шахтерском районе всякое бывает — будь осторожней, не ввязывайся в чужие разборки. Если что — заходи в магазин, найдёшь меня.

Игорь смотрел ей вслед: золотистый хвост покачивался на ветру. На душе стало тепло и сладко. Только когда её фигура скрылась за тяжёлой дверью с занавеской, он наконец отвернулся.

— Игорёк, да ты запал на Настю, никак? — хихикнул сзади Семён.

Игорь не стал отнекиваться. Он открыто кивнул и ответил с твёрдой уверенностью:

— А хотя бы и так? Настя и красивая, и бойкая, и характер золото. Если я встану здесь на ноги — обязательно её добьюсь. Куплю ей большую квартиру, будет жить как у Христа за пазухой. А пока — зарабатывать. Пошли в шахты, соберём наши первые деньги!

Они направились прямо к заброшенным шахтам. Шли больше трёх часов. Те районы выглядели ещё унылее, чем жилые кварталы: всюду брошенные стволы шахт, развалины цехов, горы угольного шлака. Старый металл, ржавый инструмент валялись повсюду — кому нужно? Ветер гулял по пустырю, поднимая в воздух угольную пыль и снежное крошево, было грязно и люто холодно.

Семён сморщился, брезгливо оглядываясь:

— Ну и жуть, тут и грязно, и дубак. Может, найдём что-то другое?

— А что ты хотел, цветы собирать? — отмахнулся Игорь. — Грязь — не беда, были бы деньги! Он нагнулся и начал подбирать: сперва то, что подороже — целые инструменты, цветной металл. — Это наш первый заработок в Воркуте, его мы не упустим. Держись, брат!

Оба присели в снегу и принялись собирать понемногу. Пальцы быстро замёрзли и одеревенели, лица и куртки перепачкались угольной крошкой и снежной кашицей — вид был ещё тот. Семён всё ныл, но Игорь не терял бодрости духа, то и дело подбадривал товарища: «Вот заработаем — купим горячего хлеба, горячего кофе».

Через два часа они набрали два полных мешка всякого железного хлама — тяжеленных, поднять было влом.

— Хватит. Теперь на приёмку — и за деньгами! — Игорь вытер лицо от грязи, взвалил мешок и вместе с Семёном потопал обратно в город. Шли больше трёх часов.

Они уже почти дошли до пункта приёма металлолома, как вдруг Игоря осенило. Он заметил, что большинство найденных инструментов, хоть и покрыты ржавчиной, всё ещё можно использовать. Тогда он схватил Семёна за руку и потащил прямо на улицу.

В центре города он нашёл в общественном туалете водопроводный кран, отмыл находки, а рядом, в мусорном баке, отыскал старую тряпку. Расстелил её, разложил товар — устроил импровизированную торговлю с лотка. Цену поставил ниже магазинной, но повыше, чем дают за металлолом, чтобы заработать побольше. Поначалу никто не подходил. Но Игорь не унывал, орал во всю глотку, зазывал прохожих, улыбался, сыпал прибаутками. Очень скоро вокруг собралась толпа зевак, а потом пошли и покупатели.

Через полчаса оба мешка опустели. Игорь пересчитал выручку — целых восемьсот рублей!

— Мы заработали! Восемьсот рублей! — Семён аж подпрыгнул от радости, лицо сияло.

Игорь сжал деньги в кулаке — ладонь горела. Усталость и холод как рукой сняло, на душе стало легко и гордо. Первым делом он вспомнил о Насте. Они с Семёном купили горячий батон и чашку горячего кофе и быстрым шагом направились к тому маленькому магазинчику.

В магазине было тепло и уютно. Настя разбирала товар на стеллажах. Увидев входящего Игоря с кофе в руках, она удивилась:

— Так быстро распродал?

— Ага, восемьсот рублей выручил! — Игорь сиял. Он протянул ей кофе. — Обещал же угостить. Пей, пока горячий, согрейся.

Настя посмотрела на его чумазое лицо, отмороженные уши и на тёплую чашку в своих руках. На душе у неё потеплело. Этот бедный парень любит покрасоваться, но слово держит и делом крепок. Она взяла кофе и тихо поблагодарила:

— Спасибо, Игорь.

Они поболтали несколько минут. Игорь рассказал о своей жизни и о мечте купить квартиру. Настя прониклась к нему ещё больше — у него есть цель, он не боится труда и совсем не похож на здешних бездельников. Боясь, что отвлекает Настю от работы, Игорь нехотя попрощался.

Вышел из магазина — на улице по-прежнему лютый холод, но на душе было тепло, и в голове кипела энергия. Первый куш в Воркуте сорван, девушка по сердцу встречена — всё идёт как нельзя лучше.

— Семён, жми дальше! Восемьдесят тысяч наскребём быстро. Настю я точно отобью. Заживём мы в Воркуте — лучше не надо! — Игорь смотрел вдаль твёрдым взглядом, голос звучал уверенно.

Разруха, мороз, завывание вьюги — а для Игоря на этой промёрзшей земле уже проклюнулся росток надежды. Его путь — «левые» честные заработки, своя квартира и любимая девушка — только начинался. Впереди ждали и трудности, и холод, и радость, и сладость побед. Но отступать он не собирался. Он решил пробить себе дорогу на этой земле у самого Полярного круга.

Глава 2. Жильё в заброшенном доме

В Воркуте ветер, кажется, не стихает никогда.

Раннее утро. Туман с мельчайшей снежной крупой лепится к лицу — сыро и холодно. Солнце не в силах пробить серую пелену. Весь город погружён в немую студёную тишину. В той тесной и тёмной комнатушке, где ютились Игорь и Семён, стены дышали ледяным холодом. Они вдвоём закутались в одну куртку на продавленной кровати, вторая половина ночи почти не спали: замёрзнут — разотрут друг другу руки, закроют глаза и терпят до рассвета. В голове у Игоря без конца крутилось одно: заработок, квартира, улыбка Насти. Он то задремлет, то проснётся, а под конец и вовсе бросил пытаться заснуть — несколько часов кряду просидел в телефоне.