Дива Флеппер – Мой лавандовый мир (страница 1)
Дива Флеппер
Мой лавандовый мир
Искусству нужен прецедент
Это был обычный вечер, ставший уже слишком приевшимся. Очередная книга по истории искусств. Очередная чашка китайского чая. Очередной сухой эклер из кондитерской на углу улицы. Очередной вечер без общения с кем либо.
Каждый вечер Марсель проводил один. Ведь у него не было друзей. И не было семьи после того, как он вместо семейного бизнеса и мечты своей маман выбрал искусство. Тогда ему казалось, что именно этот шаг сделает его счастливым, но в итоге он лишь оказался на полном эмоциональном дне в странной квартире под самой крышей. Его соседями были пекарь алкоголик, очень странный фармацевт, старушка, что сдала ему квартиру и была явно не в себе. И еще 2 студента. Одного он знал лично. Это был его сокурсник. Он учился на реставратора и был крайне жутким человеком, который ходил только в черном и носил в сумке череп кошки. А еще он любил шутить про смерть и пить красное вино. А вот про другого он не знал ничего. И не видел его. Поэтому шутил, что это Призрак. Но по словам старушки это был странный студент той же академии. Только он почти не говорил на французском. И каждое утро жарил фасоль в томатах.
Марсель отложил в сторону книжку и отпил немного уже остывшего чая сорта Лао Шоу Мэй. Это был, якобы, самый нежный напиток с ярким медовым и цветочным ароматом, который, как надеялся юноша, должен был подарить ему чувство прекрасного и насытить голодную душу.
- Круассан конечно ужасен... - тихо произнес он и положил сухой кусок десерта на тарелку и отпил еще немного чая.
Но на душе было так же пусто. Так пусто, что в этой пустоте можно было утонуть и даже твоего крика никто бы не услышал. И никто бы не пришел на помощь. Абсолютно никто. Полное одиночество, забвение и тишина.
Утро было как всегда обычным. Скудный завтрак из вареного яйца, кусок засохшего багета с маслом и кофе. Марсель каждое утро пил кофе. Это была его традиция еще в давних времен. Его маман приучила к этой привычке. И еще всегда приговаривала:
- По утрам пей кофе и ешь багет с маслом. Так твои волосы будут блестеть на солнце и все будут падать в обморок от красоты твоих локонов!
Только теперь его волосы отчего-то стали серыми. Хотя масло с багетом он все так же ел. А после собирался на учебу надевая самые необычные наряды. Это была его единственная отдушина в жизни. Марсель выписывал себе разные журналы о моде и кроил по ним себе самую странную одежду из тканей, что находил в лавках. Это были и кимоно из твида, на манер самурайских одежд, и настоящие камзолы из бархата ярких цветов. И конечно же - рубашки с причудливыми воротниками, которые даже местные денди не позволяли себе носить. И даже исторические костюмы прошлого века, которые носили только фриковатые деды.
Каждое утро Марсель поливал себя духами, надеясь, что новый аромат станет олицетворением его уверенности в себе и поможет создать новую личность вместо разбитой. И каждое утро он пудрил лицо, чтобы скрыть следы от оспы, что оставила шрамы на его коже.
- Если бы не оспа, я был бы самым красивым. Но она сделала меня уродом. Чертова оспа. Убила моего брата, мою личность и мою красоту.
Возле зеркала он проводил минимум полчаса, чтобы уложить кудри, потом уже нанести пудру и только затем облиться парфюмом. И завершить это дело украшениями в виде перстней, браслетов из самой Индии или брошами из драгоценных камней - единственным воспоминанием о семье, что у него осталось. Ну и конечно же жемчугом. Жемчужные запонки всегда выделяли его на фоне других студентов, у который денег могло не хватать и на латунные.
Дорога до академии всегда казалась долгой и нудной: сначала по улице наверх, потом налево, затем мимо шляпной мадам Камю, потом багетная мастерская братьев Дрю, где как всегда младший брат что-то чинил на входе, пока старший считал деньги или ругался со своей женой. Марсель всегда здоровался с младшим Дрю и быстро убегал, увидим старшего, который называл его "Вшивый пес" за то, что Маршал однажды подобрал щенка и зашел с ним в мастерскую за своей картиной. Того щенка позже задавила карета и Марсель остался снова один. Но не простил старшего Дрю за то, что тот выгнал на улицу его единственного друга. Ведь именно в тот день колесо наехало на маленький черный комочек, что издал лишь один хриплый писк.
Следом шел молочный магазинчик семьи Фуко. Там всегда хозяйничала очаровательная старушка в белом чепце, которая обожала студентов и накладывала им в банку только свежие йогурты. Ну и конечного наливала самые жирные сливки. А рядом была кондитерская Фуше, где продавали самые вкусные конфеты. В том числе и с лавандовой начинкой.
А лаванду Марсель любил больше всего на свете. Именно этот цветок напоминал ему о его загородном домике, где он гостил в детстве. И где рядом было поле, засеянное самыми ароматными цветами. Он помнил, как еще мальчишкой бегал там и играл с братьями в догонялки. Или запускал бумажного змея. Либо собирал камни и приносил их домой. А потом получал от нянь и маман за то, что опять испачкал дорогой шелковый костюмчик. Или вовсе порвал коленки.
После книжной лавки Ришар надо было повернуть налево и вот само здание академии, где кипела совсем необычная жизнь. По коридорам носились студенты с картинами, вымазанные краской с головы до ног. Прекрасные девушки натурщицы в старинных костюмах. Изредка можно было увидеть стариков в старомодной одежде - это преподаватели, которые уворачивались от бегающей молодежи и вечно бурчали себе под нос. И только в самом углу этого великолепия можно было заметить кучу студентов, которые стояли возле странного аппарата. Это была фотокамера. Одни говорили, что это замена профессии художника и символ ее скорой смерти. Другие видели в этом будущее. А кто-то говорил, что фотография скоро умрет, как рудимент прошлого и будущее будет за кинематографом. Марсель не знал, кто будет в будущем прав. Но был уверен, что фотография - это самое настоящее искусство. Как и кино. И живопись, которой он восхищался, но считал старомодной.
На занятиях по истории искусства он всегда сидел позади всех и старался не высовываться. Так как знал, что педагог его мягко говоря недолюбливает. А откровенно говоря - ненавидит. За внешний вид и за взгляды на жизнь. И особенно - за особое понимание искусства.
- Говоря об искусстве 19 века нельзя не вспомнить об Анри де Тулуз-Лотреке. Абсолютно бездарном художнике, который, как и подобает, после своей смерти удостоился чести. Незаслуженной. Перед вами его картина "Женщина за туалетом" Жаль, что не в туалете. Было бы более прилично и более практично.
По аудитории прошелся смешок. Некоторые студенты стали перешептываться между собой. Кто-то обсуждал бездарность этой картины, кто-то восхищался смелостью художника. А кто-то поглядывал на странного студента в розовой рубашке и горгере.
Этим притягателем чужого внимания был конечно же Марсель, который решил сегодня поносить старинный предмет одежды с современной рубашкой и вполне модными, по меркам начала 20 века брюками широкого кроя. Только вот его стремление к прекрасному искусству костюма мало кто разделял. И вскоре педагог обратил внимание на ненавистного студента и окликнул его:
- А вот Месье Маршал явно радуется, разглядывая эту картину. Всем известно, что у вас совершенно противный вкус!!!
По аудитории прокатился смешок. Марсель недобро посмотрел на старика и решил скрыться за спинами своих сокурсников. Но все было тщетно. Месье Таше резко ударил кулаком по столу и грозно заметил:
- Не пытайтесь спрятаться. Ваше появление в этой комнате можно определить по едкому запаху лавандовых духов. Кроме вас этой дурью никто не пользуется. Потому что все понимают, что художник должен пахнуть только красками!
- Потому что все предпочитают вонять и нюхать ваш старческий аромат, - отозвался Марсель и тут же опустился еще ниже.
Подобное высказывание оскорбило старика и тот снова ударил по столу. Все обернулись на студента, что посмел оскорбить педагога, которого боялся каждый из присутствующих. Но никто не решался сказать эту чертову правду. От старика действительно воняло селедкой, скисшим молоком и нестиранной одеждой. От чего нахождение с ним в одном помещении становилось пыткой.
- Как вы смеете оскорблять меня! Великого французского художника Гаспара Анри Таше! - заверещал старик и снова ударил по столу.
- Вы еще не умерли, чтобы считать вас великим! - отозвался Марсель и стал спешно собирать вещи в свой кожаный ридикюль.
- Пошел вон, паршивец! Эх, зря плаками нельзя таких бить!
Марсель спешно выбежал из аудитории под общий смех и напоследок выкинул фразу, которая взбесила старика еще больше:
- Вас ничего не останавливает бросить в меня мольберт.
Марсель закрыл дверь и услышал характерный грохот и треск. Не было сомнений, что в дверь реально прилетел мольберт. А вот сам он лишь зажмурился и достал из кармана шарик с намасленной губкой, чтобы вдохнуть приятный аромат лавандового масла и перебить смрад, что стоял перед носом. А после решил пойти в библиотеку и скоротать там время до следующих занятий. Вместо ужасной лекции по обругиванию искусства, он выбрал почитать книгу про искусство эпохи Возрождения и присел рядом с окном, чтобы иногда поглядывать на улицу. Там как всегда кипела жизнь. Уличная торговка фруктами несла корзину с яблоками. У фонаря стоял парнишка в заштопанных штанах и продавал газету. А рядом курил мужчина в цилиндре и старомодном пальто из клетчатой ткани. Вскоре он убрал трубку в карман, поднял руку и сел в карету, которая быстро подъехала к нему. Еще через секунду на место пришла дама в огромной голубой шляпе с пером и в хромой юбке. Она попыталась перешагнуть через камень, но упала прямо в лужу. Торговка фруктов тут же разразилась противным хохотом, а парнишка принялся помогать даме, положив товар на каменный забор.