Дионисий Шервуд – Превосходный Архимаг из Мидденвелла (страница 12)
Бэзил важно расправил крылья.
– Хорошо. Моё пророчество таково: команда скоро встретит соперника на поле судьбы. И исход схватки решит… форма подачи завтрака!
– Бесполезно, – вздохнула Фиби. – Я говорила, что он бесполезен.
Невилл, напротив, просиял.
– Видишь? Это ясный знак! Мы должны быть готовы к трапезе с Архимагом. А значит – я должен заказать новый гербовый щит, чтобы есть с достоинством.
Фиби откинулась спиной на траву и закрыла глаза.
– Господи, за что мне всё это?
Ворон наклонил голову и торжественно подвёл итог:
– И вот команда завершает стратегический перерыв. Игроки восстановили силы, хоть и не договорились о тактике. Атмосфера остаётся напряжённой. Всё ещё впереди!
Фиби открыла один глаз, посмотрела на него и устало произнесла:
– Если ты хоть слово скажешь про ужин, я реально тебя съем.
– Записано в протокол, – бодро ответил Бэзил. – Матч продолжается!
Дальше дорога виласьмежду полями, где грязь успешно соревновалась с навозом за титул "главного запаха дня". Фиби шла молча, уставившись в землю, чтобы не думать о том, насколько чудоковато выглядит со стороны её компания – ржавый рыцарь-позёр, ворон-комментатор и библиотекарша, которую случайно выдернуло из скучного Мидденвелла в ещё более скучное "чудесное королевство".
– И вот команда стремиться вперёд! – торжественно провозгласил Бэзил, усевшись на дорожный камень. – Дорога тяжёлая, погода капризная, но настрой игроков по-настоящему боевой!
– Это больше зевота, а не боевой настрой, – буркнула Фиби, прикрывая рот рукой.
– Но какая зевота! – не унимался ворон. – Глубокая, основательная, как вдох перед решающим ударом!
Фиби с шумом выдохнула.
– Скажи честно, ты вообще зачем нам нужен?
Бэзил не обиделся, наоборот, расправил крылья и важно произнёс:
– Каждой команде нужен голос. Без голоса нет легенды. Игры без комментатора забываются, подвиги без свидетеля растворяются во мраке. Но стоит появиться голосу и история оживает.
Невилл, который до этого пытался вытащить свой сапог из особенно густой лужи, тут же оживился:
– Блистательно сказано! Наконец-то у меня настоящий хронист!
– Хронист? – Фиби остановилась и обернулась к нему. – У тебя даже одного полуподвига нет за спиной, а ты уже хронистом обзавёлся.
– Всё приходит в своё время, – с достоинством заметил Невилл. – Герой без хрониста – как турнир без зрителей. Великое всегда нуждается в свидетелях.
Бэзил каркнул, словно ставя печать на этих словах:
– Верно! И вот первая официальная запись: "Рыцарь Невилл Бликли и его команда делают судьбоносный выбор – они берут в союзники великого комментатора!"
Фиби тяжело вздохнула. Ей хотелось возразить, но, к сожалению, она уже заметила несколько моментов, когда ворон действительно оказался полезен. Он первым предупредил о приближении крестьянской телеги, из-за чего они успели отойти с дороги и не утонуть в грязи ещё глубже. Он указал на тропинку, ведущую в обход заболоченного участка. Да и в целом его глаза и слух оказались куда острее, чем у людей.
"Ну и пусть болтает", – подумала она.
– Ладно, – сказала Фиби вслух. – Допустим, мы не прогоним тебя. Но сделаем это при одном условии.
– Каком? – насторожился Бэзил.
– Ты перестанешь называть меня "игроком под номером два".
Ворон на секунду задумался, потом важно кивнул.
– Согласен. С этого дня ты – "ведущий полузащитник судьбы".
Фиби прикрыла лицо ладонью.
– Это безнадёжно.
– И вот команда заключает первый договор! – радостно возвестил Бэзил. – Союз скреплён словом и усталой гримасой ведущего полузащитника!
Невилл поднял руку, словно меч.
– Мы идём вперёд единым фронтом!
Его доспех при этом заскрипел так громко, что даже ворон смолк на секунду.
– Единым фронтом… или скрипучей калиткой, – пробормотала Фиби.
– Всё равно звучит достойно хроники, – ответил Бэзил и взлетел, кружась над ними. – И вот команда дня сформирована! Их ждёт великий матч против судьбы!
Фиби посмотрела на рыцаря, потом на ворона и наконец на свои сапоги, в которые уже в третий раз за день затекла вода.
– Отлично, – сказала она сухо. – Команда дня. Теперь только вот гимна нам не хватает.
Бэзил оживился.
– Уже работаю над текстом!
– Я пошутила! – в отчаянии выкрикнула Фиби.
Но было поздно. Ворон уже разразился торжественным карканьем, которое подозрительно напоминало футбольную фанатскую песню.
Фиби снова вздохнула.
"Ну что ж, – подумала она. – Если уж мне суждено идти к Архимагу, то хотя бы не в одиночку. Пусть даже в компании ржавого рыцаря и птицы с комплексом стадионного коментатора".
И всё же где-то глубоко внутри ей стало чуть спокойнее. Окружающий её новый мир, каким бы абсурдным он ни был, теперь казался не таким пустым.
Глава 5. Таверна "У Избранного"
Деревянная вывеска с золотыми буквами "У Избранного" слегка покачивалась на ржавых цепях, скрипя на ветру, будто уже утомилась от собственной напыщенности. Фиби остановилась у порога таверны и смерила взглядом вывеску, которая издалека смотрелась ещё ничего, но вблизи открывала взору путников облупившуюся краску и трещины.
– У Избранного, – пробормотала она. – Ставлю серебряную монету, что внутри окажется пара десятков "избранных", и каждый будет уверен, что именно он – главный.
Невилл в предвкушении героических речей за доброй кружкой эля поправил плащ и выставил грудь вперёд.
– Прекрасно! Вот и наши будущие товарищи. В тавернах всегда начинаются великие приключения. Таков закон!
– Закон жанра, – уточнила Фиби, скептически. – А законы жанра – это обычно худшие из законов.
Прежде чем она успела потянуть дверь, сверху донёсся хриплый, но торжественный голос Бэзила:
– И вот команда подходит к вратам! Публика затаила дыхание. Сейчас решится – попадут ли они в историю, или же просто в вонючую харчевню!
Фиби закатила глаза.
– Спасибо, ворон. Сейчас мы и без комментариев справимся.
Но дверь уже распахнулась, и сразу же встретила их скрипом, словно успела вдрызг напиться. Скрип прозвучал так, будто дверь издала затяжной вздох: "Не-е-е-ет… опять гости…".
Внутри таверны было всё, кроме ожидаемого героического величия. Никаких менестрелей с лютнями, никаких эпических баллад о подвигах. Вместо этого – храп, ругань и запах дешёвого эля, перебродившего настолько, что он, возможно, уже имел собственные философские взгляды.
За столами сидели люди в доспехах, накидках и плащах, но вид у них был скорее потерянный, чем героический. Один посетитель в латах облокотился на стол и мирно спал, уронив голову в тарелку супа. Другой спорил с трактирщиком о том, сколько процентов годовых начисляются на "героический кредит".
Фиби моргнула.
– О, ну да. Вот оно – хранилище великих надежд.