Дин Эшвуд – Реквием Лимба (страница 18)

– А потом я встретил вас.

Его голос стал тверже:

– Вера дала мне силу идти вперед, даже если путь был скрыт в тумане.

Пауза затянулась. Тишина мягко укрыла их, и казалось, даже звезды над оазисом замерли, перестав мерцать. Внезапно Черная Лебедь медленно расправила крылья, и лунная дорожка на воде дрогнула, отразив их темный силуэт. Ее голос был столь нежен, что казалось, сама ночь шепчет ее устами:

– Мое имя Ай. Моя страна находится далеко на востоке, на островах, за великим океаном. Я жила на берегу озера и часто любовалась, как розовые лепестки деревьев, кружась, опускались на его спокойную гладь.

На мгновение она утонула в воспоминаниях, и в ее взгляде мелькнуло что-то теплое, ускользающее, словно дыхание ушедшей весны.

– И еще любовь… Она переполняла мое сердце, – произнесла Ай с легкой грустью. – Она несла меня ввысь. Я летала среди звезд, и мир казался бесконечно прекрасным. Тогда цвет моих крыльев был иным… – Ай вздохнула и расправила кончики перьев, которые слегка подрагивали. – Они были белоснежными, как зимние облака перед рассветом.

Вода с тихим всплеском коснулась ее ступней, словно ожидая продолжения истории.

– Но в пещере, высоко в горах, среди скал, острых, как клыки, поселился Дракон, – ее голос на миг стал приглушенным. – Он видел, что я могу летать выше неба, среди звезд, и захотел заполучить мою силу.

Девушка, завороженная историей и красотой Лебедя, едва слышно вздохнула, склонив голову, чтобы скрыть нахлынувшие чувства.

– Однажды Дракон спустился из своего логова. Небо затянуло тучами, луна померкла, и озеро перестало отражать звезды, когда он подлетел ко мне. Воздух вокруг стал ледяным, а обжигающий холод окутал мое сердце. Дракон потребовал отдать ему силу, что несла меня среди звезд.

Ее голос сорвался, но она быстро справилась с собой и продолжила:

– «Но… это мое сердце, – сказала я ему. – Что станет со мной, если я лишусь его?»

Она закрыла глаза, и ее крылья чуть дрогнули, словно в печальной задумчивости.

– Дракон сделал вид, что утратил ко мне интерес… Но стоило мне отвернуться, как он ударил в спину и вырвал мое сердце – саму мою сущность.

Она открыла глаза, и Девушка уловила в них отблеск далекой боли.

– Я упала на берег озера… и мои крылья окрасились в черный цвет.

Ай провела рукой по своим крыльям, будто пытаясь вспомнить, какими они были прежде.

– Но внутри горела одна мысль: я должна вернуть свое сердце и спасти мир от тьмы. В моей голове, словно заклинание, зазвучали слова: «Любовь поднимет тебя ввысь, сквозь пелену серых туч…»

Ай выпрямилась, ее голос стал тверже:

– С этими словами я поднялась и отправилась искать утраченную силу.

Она сделала короткую паузу и продолжила:

– Я долго скиталась по миру. Но Дракон исчез в тенях, и мои поиски были тщетными… И вот однажды я услышала о великолепных балах, которые устраивает Король-Павлин – могущественный чародей, что якобы может исполнить любое желание.

Губы Ай дрогнули в горькой улыбке.

– Я отчаялась… и отправилась на его пир.

Она склонила голову, словно вновь вспомнила блеск того бала.

– Бал был лишь иллюзией. Король-Павлин… – ее голос окреп. – Старый обманщик… Он заворожил меня блистательной ложью, похитил остатки моего света и молодости. Величественный тронный зал обернулся холодной клеткой, где я была пленницей долгие годы.

Ай посмотрела на Девушку и Льва. В ее глазах отражалась лунная дорожка на пруду.

– А дальше вы знаете…

После того как Ай закончила свой рассказ, все замерли и невольно обратили взгляды на Льва.

Лев поднял голову, и его грива чуть колыхнулась в лунном свете.

– Если вы ждете, что я расскажу вам свою историю… – его голос прозвучал низко, словно раскат далекого грома, – то у меня ее нет.

Он повернул морду к воде и посмотрел на ее тихую гладь.

– Я просто всегда был. И буду… – добавил Лев так, будто говорил о чем-то неизбежном. – Даже когда не станет ни веры, ни любви.

Его слова были короткими, почти равнодушными, но разлетелись, словно пепел с давно погасшего костра, и осели в сердцах. Девушка вдруг ощутила: в этих нескольких фразах, сказанных Львом, скрывается нечто большее – то, что ей еще предстоит осознать.

Утро встретило их серым небом и удушающим запахом, от которого горчило во рту. Земля до самого горизонта была изрезана сетью глубоких трещин, похожих на незажившие раны. Казалось, что этот мир за ночь постигла катастрофа столь древняя, что ее причину уже никто не помнил.

Из разломов тянулись струйки ядовитого дыма – тонкие бледные змейки извивались и растворялись в воздухе со зловещим шипением. Терпкий, кислый запах обжигал ноздри, будто нашептывая предупреждение: «Стой, не подходи».

Зеленоватый туман стелился по земле легкой, обманчиво спокойной вуалью. В некоторых трещинах скопились мутные лужи густой жидкости – вязкой и темной, словно прокисшее зелье. Пузырьки всплывали на поверхность и лопались с едва слышным шипением. Будто остатки проклятий закипали и умирали в этой тягучей жиже.

Девушка открыла глаза и тут же почувствовала, как воздух царапает горло. Она поднялась и огляделась – все вокруг казалось мертвым и заброшенным. Там, где накануне был пруд с зеркальной водой и цветущими лилиями, зияла глубокая пропасть, из которой струился холодный ядовитый туман.

На потрескавшейся земле среди кислотных испарений хаотично раскинулись кости – сотен, а может, тысяч существ. Одни останки лежали целыми скелетами, изогнутыми в мучительных позах, будто застигнутые в последнем безмолвном крике, другие были раскиданы повсюду, словно их разметало чудовищным порывом ветра или отбросила невидимая, неумолимая сила.

Среди костей виднелись черепа с огромными искривленными рогами, будто их хозяева являлись обитателями самых страшных кошмаров, и обломки гигантских позвонков, которые могли принадлежать древним змеям или крылатым исполинам.

Ай присела у одной из луж и провела крылом над ее поверхностью, стараясь не касаться жидкости.

– Остались лишь тени… и тлен, – прошептала она.

Лев подошел к краю пропасти, его когти заскрежетали по сухому камню. Он заглянул вниз, туда, где клубилась едкая, липкая тьма.

– Мы должны спуститься, – негромко сказал он. – Что бы нас там ни ждало…

Девушка подняла длинную, пожелтевшую берцовую кость и обмотала ее полоской ткани, смоченной мутной жидкостью из лужи.

Лев понял ее без слов. Он ударил когтем о камень, высек искру – пламя вспыхнуло, словно маленькое хрупкое солнце, озарив влажные стены и ступени, покрытые зеленой плесенью.

Девушка первой погрузилась в темноту провала. С каждым шагом воздух становился все плотнее, а влага густыми каплями оседала на коже. Свет факела дрожал и отбрасывал на стены тени, похожие на лапы и крылья невидимых чудовищ.

Муравей, сидящий на плече Девушки, поднял голову.

– Пещера… она дышит, – прошептал он.

Ай прижала крылья к спине и кивнула:

– Вы слышите?

Лев обернулся, и его глаза вспыхнули в свете пламени.

– Это не пещера, – спокойно произнес он. – Это утроба змеи.

Чем глубже они спускались, тем отчетливее ощущалось, что пещера наблюдает за ними. Влажные стены поблескивали и пульсировали, словно живые, и казалось, что темнота с каждой секундой становится плотнее, будто змея медленно сжимает свои кольца вокруг непрошеных гостей.

Муравей свернулся клубочком на плече Девушки и погрузился в свои мысли. Никто и подумать не мог, что в этот миг перед ним возник его дом. Лес, освещенный кристаллом, сиял мягким светом. Вокруг царило счастье, радость и тепло вернулись к каждому обитателю. Муравья чествовали как героя и спасителя.

– Нр-равитсяс-с то, что ты видишь, маленький воин? – прошипел голос, словно сам воздух превратился в змеиную кожу. – Ты можешьс-с остаться здесьс навсегда… Только отдай мне свою с-си-илу… Она такая с-сладкая… хочу… с-сильно хочу… Отдай… Я с-с-стану с-с-сильнее Дракона… Отдай…

Никто не заметил, как Муравей исчез с плеча Девушки, так же как никто не заметил, что на одном из поворотов Ай свернула в другой коридор и вышла к знакомому озеру с прозрачной, спокойной водой. Лунные лилии цвели белыми звездами на его зеркальной глади, а розовые лепестки кружились и опускались на поверхность, словно нежные воспоминания.

На середине озера ярко вспыхнул свет, сплетаясь в сияющее сердце – ее сердце. Оно мягко мерцало золотом, словно звало Ай домой.

– Нр-равитсяс-с то, что ты видишь, красавица? – шепот змеи, едва касаясь сознания Лебеди, струился мягкими волнами. – Вернисьс… Забери свое сердце… Все кончится… Тебе больше не придется скитаться… Сделай шаг… Только отдай свои к-крылья… Они такие прекрас-с-сные… хочу… с-сильно хочу… Отдай… Я с-с-смогу летат-ть-ь, как Дракон… Отдай…

Девушка двигалась все дальше, освещая факелом извилистый тоннель. Тусклый свет выхватывал причудливые узоры, переплетенные в чешуйчатые узлы. Стены вокруг пульсировали влажными складками, словно плоть гигантского существа, и каждый шаг отзывался приглушенным эхом, будто само чрево этой твари вслушивалось в ее присутствие.

Терпкий запах сырости и сладко-гнилого тления стелился за ней, проникая в легкие удушающим облаком. Под ногами скользила странная, гладкая поверхность – то ли камень, то ли что-то живое, – Девушка стала двигаться осторожнее.

Она не сразу поняла, что звуки шагов больше не перекликаются с шелестом крыльев Ай или размеренной поступью Льва.