Диана Ва-Шаль – Зарево. Фатум. Том 2 (страница 5)

На стене располагался обезличенный портрет Трех. Его не убирали и безмерно любили – это была лучшая мишень для метания ножей, которой пользовались ежедневно практически все. Даже те, кто не умел и не учился. Изрядно изрезанный, местами изрисованный… Одним словом, радовал глаз и нервную систему.

В зале, помимо меня Сара и Бергманы, Харди, Лукас и Самир, Элиот, Харрисон с Харитиной, которая единственная сидела отдельно на небольшой кушетке у окна и держала в руках бокал вина. Ансельм, Виктор и Константин находились на выезде – они отправились вчерашним вечером по центральной прямой магистрали, что вела от Рубежей в Мукро. Им было приказано добраться до ближайшего города, оценить обстановку. Ну, и потоковое по ходу дела: уже не озвучиваемые "обыденные" задачи.

Я держал незажженную сигарету в зубах. Нашел пачку в военном городке и пока ни одну из нее не раскурил. Самокрутки с нормальным табаком хороши, но по говеным паленым сигаретам скучаешь не меньше. По таким, где пыли больше, чем табачных ошметков, и от грубого запаха дерет горло и слезятся глаза. Так что растягивал наслаждение ожиданием. Сидел по левую сторону от центрального кресла, поигрывая небольшим стеклянным шариком – такие иногда на кой-то хер клали в плошки для травяных скруток.

Раздались голоса Штеф и Нормана. Через пару секунд оба горгоновца вошли в двери зала. Шайер первая, идя ровно и скоро, не переводя взгляда на собравшихся и слушая двигающегося за ней Роудеза. Только она переступила порог, как я двинул ладонью вверх. Мы с Сарой регламентировано остались на местах, не пошевелилась Харитина. Но остальные – кто-то слаженно, кто-то немного неуклюже и помедлив из-за забывчивости – поднялись с мест. Штефани не обернулась, не выказала реакции. Умница. И в следующий миг я повел ладонью вниз, подсказывая садиться. Они тоже научатся. Так заведено. Наши вынужденные сокомандники не военные, конечно, но привыкнут.

Штефани села во главе стола. Норман опустился рядом с Сарой, заканчивая речь нейтральным: "…а Хелена из найденных сухих трав делает лечебные настойки и растирки. В целом – всё привычно. Некоторые, конечно, расстроились после новостей о плотине, но не критично. Рискнуть отделиться и самостоятельно отправиться покорять непокорные дороги пока никто желания не выказал". И готов поклясться, что в мыслях Штеф на мгновение мелькнуло лаконичное "жаль". Следом она обвела залу взглядом и вскинула бровь:

– Почему Морис не явился?

– Он подбивает итоговый список инвентаря, – ответил я. – Скоро будет на месте.

– Хорошо, – сказала она негромко, но твердо. По тону достаточно, чтобы все поняли: обсуждение началось. – Расписание дежурств актуализировано с учетом выездов крайних дней и распределением двух новых добровольцев. Вывешено в гостиной справа от камина, прошу всех ознакомиться в течение часа. Сара?

– Патрульные работают по графику. Сигнальные ловушки расставили. Растяжки в процессе организации – вокруг поместья готовы, но стоит также зафиксировать их на границе с самим годом.

– Лишним не будет.

– В районе трехсот метров организовали маршрут обзора. Две смотровые точки организованы, территория просматривается, – Сара слегка откинулась на спинку кресла. – Хворост и дрова для каминов заготавливаются.

– Что с водой?

– Водохранилище сильно пострадало, – ответил Элиот. Его назначили курирующим тройки, которая дважды в день, утром и вечером, переносила водный запас в поместье. – Но даже если время нашего пребывания в Руинах затянется, проблем возникнуть не должно. Единственное, емкости в поместье закончились. Остались те, что будут использованы для дождевой.

– Тогда отправляйся сегодня в город. Возьми с собой Андреаса, Дино и Харди. Поищи, можно ли что-то приспособить для наших нужд.

– Принял к исполнению, мамочка.

В этот момент в зал спешно вошел Морис, слегка кивая:

– Штефани, прошу прощения, – он подошел к девушке, протягивая исписанные каллиграфическим почерком аккуратно скрепленные листы. – Я сделал небольшие расчеты при режиме нынешнего расхода и варианта жёсткой экономии, – Конради сел на свое место за столом, пока Шайер принялась просматривать его записи. – Дичь передал на кухню, ребята уже начали заниматься разделкой и заготовками. Каролине лекционные материалы вручил: она займется их предварительным изучением.

Я осмотрел присутствующих. Задержал взгляд на Харрисоне, которые не отрывал своего от Штеф. Тот видимо почувствовал. Обернулся. Глаза в глаза пару секунд. На щеках Хафнера перекатились желваки.

– Норман, что у тебя? – спросила Штеф, и я вновь посмотрел на нее.

– Установили пластины на кабины легковушек, укрепили металлом лобовые экраны. Я проверили узлы на горгоновском транспорте, провел возможную в нынешних условиях диагностику колес – всё в порядке.

– У нас трое болеющих.

– Состояние нормализуется, – тут же ответил девушке Адам. – У детей просто простуда – сезонное, не критично. Нужные медикаменты пока имеются. Отвары, горячие питье. Мы с Викторией наблюдаем. Фил переохладился и протемпературил. Пару дней на стабилизацию и будет на ногах.

– Переправа в Западные земли, – проговорила спокойно Штеф, наконец откладывая список Мориса и поднимая взгляд на Харрисона. – Со стороны Рубежей путь тоже оказался закрыт. Вариантов остается немного, и все они сопровождены серьезным риском. Как, впрочем, и всякое наше действие. Я хочу, чтобы в течение пяти дней ты дал мне четкий ответ о том, будете ли вы отделяться и пытаться самостоятельно добраться на Запад. Если так, необходимо спросить у людей, кто последует за тобой, и снарядить вас в путь.

– А если нет? – спросил Хафнер, чуть склонив набок голову. – Куда ляжет путь, если группа останется в прежнем составе?

– Это будет зависеть от результатов выезда Ансельма в том числе.

– Но ведь варианты маршрута уже готовы. Не хочешь озвучить их нам прямо сейчас? – молчание в пару секунд и недоуменные взгляды в сторону Хафнера. – Людям нужна ясная альтернатива, Штефани. И я должен ее продемонстрировать.

Леди Авдий подалась вперёд. За реакцией Шайер наблюдала с интересом.

– Не вижу смысла говорить о вариантах, пока мы не обладаем полной информацией, – отозвалась без спешки Штеф. – Я не стану строить уверенность людей на ложных убеждениях. Это опрометчиво и опасно.

– Информация никогда не будет полной. Иногда лучше принять решение здесь и сейчас, чем тянуть, пока не станет поздно.

– Я согласен с Харрисоном, – вдруг негромко произнес Гавриил. Штефани вскинула бровь, но промолчала.

– Люди устали от неопределенности, – поддакнул Харди.

– А еще они доверили нам свои жизни, потому что знают: мы действуем с холодной головой, – прервал я Кархонена. – Когда горгоновский командир примет итоговое решение, он вам его озвучит. Не нужно подменять уверенность импульсивностью.

– Мы лишь надеемся, что решение будет принято исходя из фактов, а не из интуиции, – губы Харитины дрогнули в легкой улыбке. А затем женщина перевела взгляд от Штеф к Харрисону. – Однако я вновь буду говорить о том, что спешка может быть губительна. Терпение. Нужно уметь выжидать. Правильный момент, правильные условия, правильный вывод. И лучшие инициативы в прежние времена хоронила горячность и скоропалительность, – Хафнер опустил глаза, а леди Авдий поднялась со своего места, поправляя шаль на плечах. – Умейте ждать, господа. Терпение вознаграждается.

– Никто и не торопится, – усмехнулся Норман. Лукас и Самир кивнули на фоне. – Ваш внук просто не захотел принимать ответ на его вопрос.

– Ты считаешь, что мои слова не рациональны? – Харрисон гляну на Нормана из-под бровей.

– Скорее думаю, что на данный момент они не уместны, – ответил Роудез грубее.

А Штефани слушала. Смотрела на отклик каждого из присутствующих, анализировала поведение. Она нарочно дала неоднозначную задачу. Доклады – это одно. Озвученная позиция, когда о ней напрямую спросили – одно. Естественная реакция – совсем другое. Мы переглянулись с ней буквально на мгновение.

– Что ж, у нас много работы. Предлагаю не пытаться создать её видимость пустыми беседами, – Штефани встала. – На сегодня мы закончили, – и, кивнув, вышла из-за стола. Махнула Саре головой, и те вдвоем покинули залу.

День сумбурный, но в целом сносный. Отсутствие сумасшедшего ветра и долгожданные солнечные лучи радовали душу, а волнения Нормана о приближении поры пыльцы вносили капельку приятной стабильности, которую не смогла пошатнуть даже Северная зараза.

К Штеф направился, когда на улице уже стемнело. Перед этим переговорил с караульными, дежурно прогулялся по поместью – осмотрелся, проверил помещения по привычке. Коридоры погружались в темноту, свечи задувались, голоса людей, разбредшихся по комнатам, становились тише. Я был убежден, что Шайер продолжала сидеть в кабинете, любезно забыв об обещании лечь вовремя, и не прогадал. Быстро поднялся по лестнице и, не постучав, вошел в кабинет, закрывая сразу за собой дверь. Штефани отпрянула от стола так, будто именно в эту секунду собиралась подняться.

Изогнул бровь, сжимая губы. Неспешно подошел к большому креслу, сел, развалившись и наблюдая за тем, как девушка задергивала плотнее шторы. За окном – полная круглая луна. Свет ее бел и ярок.

– Я хотела подойти к дежурным…