Диана Фад – Наследница отца - Диана ФАД (страница 8)

— Ну уж нет, — хватает одеяло Антон, сжимая в своих кулаках, — Ты мне должна теперь за ремонт машины и мотоцикла.

— Помогите, — визжу я и мы некоторое время тянем друг на друга несчастное одеяло.

— Ну хватит! — наконец, первым сдается Антон, — Пять минут иначе я выволоку тебя из твоего кокона и сдам ментам. Выбирай, — он встает и выходит из палаты.

Выдыхаю облегченно, но тут же понимаю, что это еще не конец. Антон явно меня не оставит в покое. Вот я попала теперь ему в руки. Он же меня съест, пережует и выплюнет.

Сползаю осторожно с кровати, цепляясь за железную спинку. Голова немного кружится, но чувствую себя относительно нормально. Вижу мою одежду, аккуратно сложенную на стуле. Верчу в руках порванные колготки, туфель нет. Швыряю колготки в мусорное ведро. До сих пор поражаюсь своему безумию, но, видимо, у меня было состояние аффекта. Иначе как объяснить мою выходку: в вечернем платье сесть на мотоцикл и уехать, практически не умея водить. Нет, у нас с мамой была машина и есть, я ее не продала после ее смерти. И как-то она пыталась учить меня, сажала за руль, но все безнадежно. Я не водитель, однозначно.

А тут села сама, поехала сама, вляпалась в другую машину тоже сама. Это все дурное влияние Антона, я никогда бы не сделала это в той, другой своей жизни. Скидываю больничную рубашку, хватаю со стула нижнее белье, платье, все быстро напяливаю на себя и шлепая босыми ногами, выхожу из палаты. Предварительно оглядела себя в зеркало, на щеке лейкопластырь, на ноге тоже, на лбу белая повязка. Красота, одним словом, сама себе нравлюсь. Но это тебе урок, Уля, ты беспросветная тупица. Все могло окончиться намного хуже.

Впрочем, не вижу особой разницы, если меня после приезда домой все равно лишат жизни. Антон меня просто прикончит и будет прав, не сомневаюсь.

Глава 12

Антон ждет меня у своей машины. Курит, следит за мной хмурым взглядом, пока я выхожу на крыльцо больницы. Понимаю, что ничего хорошего меня не ждет и не собираюсь ехать с ним к нему домой.

— Извини за мотоцикл, я все возмещу, — предлагаю Антону, а тот лишь усмехается в ответ.

— Нет.

— Но почему? Я перегнула палку, согласна. Я не должна была портить твою вещь.

— Это не вещь, наследница, — Антон отталкивается от машины и делает шаг ко мне, — Ты тронула то, что принадлежит мне. И я сейчас не о наследстве.

— Это всего лишь мотоцикл.

— Мой. Мотоцикл.

Антон стоит напротив меня и нависает, подавляет своим ростом и гневным взглядом.

— Ты сейчас серьезно? Собираешься наказать меня за какую-то железяку? — вглядываюсь в его глаза, ищу там ответ, которого нет.

— В машину, живо, — произносит Антон, — Поговорим дома.

— Я не поеду с тобой, ты не имеешь права мне указывать, что и как делать!

— Да что ты говоришь? — издевательски произносит Антон, — Мне что, тебя силой тащить или устроим цирк для всей больницы и журналистов?

Испуганно озираюсь по сторонам, вижу в окнах любопытные лица, а у ворот журналистов с камерами. Неужели я теперь буду всегда на виду, как наследница Романа Андреевича? То, чего он так боялся, случилось.

— Ну, нет, — стараюсь сдержать отчаяние в своем голосе, но мне это плохо удается.

— В машину, — повторяет Антон и я иду за ним, склонив понуро голову.

Внутри тепло и я сажусь, натягивая платье на колени. Только сейчас понимаю, что мои ноги замерзли без колготок. Если журналисты сделали кадры, то хорошо же я буду смотреться в газетах.

Едем молча. У меня нет желания разговаривать с Антоном, да и голова дико болит. Антон ведет машину довольно профессионально, плавно, без рывков. Я наблюдаю за его руками на руле и испытываю некоторое восхищение. Мне вот водить, не удалось научиться. Если бы умела, то и мотоцикл не угробила. Хотя кого я обманываю? Ездить на таком звере сможет не каждый. А у Антона к этому, видимо, талант. Вот как его руки уверенно лежат на руле, как спокойно он реагирует на дорогу, другие машины. А я трусливый заяц, да.

— Почему? — вдруг раздается голос Антона, и я поднимаю на него удивленный взгляд.

— Что почему?

— Из всех доступных женщин мой отец выбрал именно тебя. Что в тебе такого, кроме смазливой мордашки?

— Тебе не понять, — тоже отворачиваюсь к окну, — Ты сам своего отца хорошо знал? Если бы знал, мог бы разобраться, почему он сделал такое завещание.

— Как долго вы были знакомы с моим отцом? — Антон кидает на меня взгляд и ждет ответа, будто ему и правда интересно.

— Лет пять, может, больше.

— Ничего себе, не думал, что у моего отца была тяга к малолеткам.

— Я, конечно, все от тебя ожидала, но говорить так про своего отца...

— Да что ты, а устраивать концерты в его доме через неделю после его похорон — это нормально? Еще и девять дней не прошло, а ты уже веселишься в моем доме с друзьями. Нормально, по-твоему?

Меня словно ударяют его слова в грудь, и я задыхаюсь. Понимаю, что Антон прав. Я черствая и неблагодарная. Сидела всю неделю одна и пригласила друзей, чтобы повеселиться. Даже не подумала, что это может быть неприятно сыну Романа Андреевича. Да и я сама хороша, вечеринка после недавних похорон? Супер, Уля. Ты безмозглая дура.

— Прости, — вырывается из меня, — Я не подумала об этом. Но у нас была не вечеринка, а скорее просто встреча друзей. Они пришли поддержать меня.

— В чем? Ты так убивалась по моему отцу, что игра на скрипке поднимала тебе настроение? — хмыкает Антон.

— В какой-то степени да, я часто играю, когда мне плохо, — соглашаюсь я ним, — Но ты прав, это выглядело по меньшей мере не очень хорошо.

— Это выглядело отвратительно, — кривится Антон, — Вдова моего отца веселится, вот как это выглядело.

— Если хочешь, я покину твой дом, — предлагаю ему, — Возможно, Роман Андреевич был не прав, когда просил меня жить именно там.

— Что? Мой отец взял с тебя обещание жить в моем доме после его смерти? Ты сейчас мне нагло врешь, зная, что я не могу проверить. Мой отец никогда бы не пустил в дом чужую женщину.

— Не чужую, а свою жену, — возмущаюсь я, а глаза Антона опасно загораются.

— Ты не его жена. Ты ему никто, поняла. Не имеешь никакого права говорить, что ты была ему близким человеком.

— Но это на самом деле так, — понимаю, что все мои слова лишь капля в море. Антон никогда не примет решение отца жениться на мне.

— Я не хочу об этом разговаривать, и мы приехали.

Машина останавливается у дома, и Антон выходит. Я не ожидаю, что он откроет мне дверь, или он не так воспитан, или не собирается хоть в чем-то уважать меня. Выхожу сама, закрываю дверь и иду за Антоном в дом. Кидаю взгляд в сторону гаража, где стоит мотоцикл. Да не такой и большой урон я нанесла. Практически все целое, кроме переднего колеса. Зачем Антон преувеличивает?

Останавливаюсь посреди гостиной, разглядывая разгром, что здесь, видимо, учинил Антон. Со стола все сметено, словно в ярости скинули все на пол. Салатники, еда, фужеры, все на полу. Присаживаюсь на корточки и начинаю собирать осколки. Сколько меня не было, одну ночь и никто даже не собирался тут убирать? А как же горничные, домработница.

— Я всех отправил в отпуск, — словно отвечая на мой вопрос, говорит Антон.

Он подходит к бару и наливает себе виски в бокал.

— Раз это твой дом, то и убираться здесь будешь сама, так же как и готовить. Пока мы разбираемся с завещанием, ты не будешь пользоваться деньгами отца, а значит, и благами, которые они дают. Или мое предложение в силе. Забираешь деньги и забываешь обо мне и фиктивном замужестве.

Продолжаю молча собирать осколки, обдумывая слова Антона. Как все было бы просто, взять деньги и больше никогда не появляться в этом доме. Да и сами деньги мне не нужны, но Антон уверен, что я именно из-за этого вышла замуж за его отца. Роман Андреевич предусмотрел такой вариант, а я обещала ему, что продержусь год. И что буду замужем за Антоном. Поднимаюсь, встаю напротив Антона и смотрю в его глаза, где уже явно читается победное торжество. Он уверен, что я соглашусь.

— Нет, Антон Романович, — произношу тихо и вижу, как взгляд меняется на гневный, даже злой, — Я жена вашего отца и намерена следовать его воле.

— Ты сама согласилась на год, который принесет тебе лишь страдания. Хорошо, готовься к свадьбе, наследница. Я женюсь на тебе и думаю, что наш брак будет не совсем фиктивным. Я сделаю все, чтобы ты вкусила все прелести замужней жизни, моя дорогая невеста.

Голос Антона вызывает во мне страх, и я понимаю, что сейчас мысленно поставила свою подпись в договоре с дьяволом.

Глава 13

Сбегаю к себе в комнату. Мне приносят ужин, но я лишь пью чай, не трогая все остальное. Странно, но Антон сказал, что вроде бы всех отпустил в отпуск, однако кухарка здесь и готовит. Этот мужчина сам себе противоречит и не знает что хочет. Говорит одно, а на деле другое. Я его совсем отказываюсь понимать.

В доме тихо, я не знаю, ушел Антон или уехал куда, но выходить не тороплюсь, не хочу попадаться на глаза этому монстру. Спрашивать, где он я не буду, да и не хочу. Приняла душ, смыла с себя больничный запах и сидела на кровати, слушая новый концерт в наушниках, закутавшись в теплый халат.

Музыка всегда меня успокаивала. Переносила в другой мир, где не было таких злых и сердитых людей, где все было совсем другим. Только она меня заставляла забыть хотя бы на время обо всех неприятностях. Забыть, где я в данный момент нахожусь, и какие у меня проблемы.