Диана Фад – Измена. Отдай мне всё! (страница 16)

— Вот и я, а версия с твоим любовником выглядит очень правдоподобно.

— Да не было у меня никакого любовника! И вообще, Максим, я устала оправдываться в том, чего не делала. Хватит. Ты мне веришь или нет уже не важно. Главное найти того, кто совершил это убийство, и пока у меня лишь один подозреваемый. Та, что очень похожа на меня. Надень на нее парик и будет вылитая я.

— Звучит как бред, но всё возможно, — задумчиво смотрит на меня муж. — Ты говорила что-то следователю? Свои догадки?

— Нет, меня тут никто даже не слушает.

— Надо сказать и адвокату тоже.

— Адвокату скажу, но что он может сделать без доказательств?

— Значит, нужно их найти.

— Как?! — обвожу руками стены комнаты, имея в виду тюрьму.

— Я попробую… — неуверенно отвечает Максим. — Но Вера, ребенок…

— Да твой это ребенок, твой! — злюсь я. — У меня никогда и никого не было кроме тебя!

Облегчение на лице Максима сравнимо с моим, что было несколько минут назад, когда я услышала, что муж мне не изменял.

— И еще, я должна тебе сказать, что меня хотят здесь убить, — говорю Максиму и тот сразу становится серьезным. — И я знаю, кто этот заказчик. Отец Лунина, твой генеральный директор Борис Михайлович. Он пообещал мне, что я отсюда не выйду живой.

Глава 24

— И еще, я должна тебе сказать, что меня хотят здесь убить, — говорю Максиму, и тот сразу становится серьезным. — И я знаю, кто этот заказчик. Отец Лунина, твой генеральный директор Борис Михайлович. Он пообещал мне, что я отсюда не выйду живой.

— Ты преувеличиваешь, — после недолгого молчания произносит Максим. — Борис Михайлович страдает из-за смерти сына, но мстить он так не будет.

— Ничего подобного. Он хочет сделать тест ДНК, и, если мой ребенок не от Валентина, так и сказал, что я ему больше не нужна.

— Я так понимаю, что тест будет отрицательным? — внимательно смотрит на меня муж.

— Максим, если ты мне не веришь, то нет смысла продолжать этот разговор. Я уже сказала тебе, что между мной и Луниным младшим ничего не было. Это твой ребенок, которого мы так хотели. Но если ты сомневаешься, то лучше уходи.

— Я пытаюсь тебе поверить, — зарывается пальцами в волосы Максим.

Вижу, что ему действительно тяжело, он в полной растерянности, и да, до конца муж еще не верит. Что же, я сделала все, что могла.

— Почему ко мне не приходит мама? Неужели она поверила во всю эту ложь? — спрашиваю мужа. — Вы все так легко отказались от меня, что я не знаю, как к этому относиться. Неужели так быстро поверили, что я способна убить человека? А ты? Почему первым меня обвинил?

— Потому что, когда Валентина убили, ко мне пришла полиция, прямо на работу, — начинает рассказывать Максим. — Вначале задали вопросы, была ли ты дома в тот день. Я сказал, что был сам на работе, ты тоже. Они проверили, ты ушла раньше. Затем показали мне видео, где вы с Валентином садитесь в одну машину, уезжаете, затем выходите у его дома и заходите внутрь. Оказывается, они тоже получили от анонима все видеозаписи, в том числе и ту, где вы с Валентином…

Максим замолкает, отводит взгляд.

— Я сказал, что ничего не знал, но на видео действительно ты.

— А мама? Тоже все видела?

— Да, потом, когда тебя задержали. Она приехала в полицию, начала кричать, что ты не могла убить, и следователь ей все показал. После этого твоя мама ушла, и больше я с ней не общался.

— Ты что, не видишь, меня кто-то явно подставляет. И это может быть только она, твоя помощница.

— Уже нет, меня уволили, а Лиля села на мое место, — усмехается Максим.

— Но нет, ради карьеры убить человека… — смотрю испуганно на мужа. — Ты должен мне помочь, хотя бы ради ребенка.

— А как? Пойти и просто спросить Лилю: «Она убила Лунина младшего или нет?» Конечно, она сразу во всём признается, и тебя освободят.

— Нет, нужно найти доказательства её вины. Но вот как…

— Кажется, я знаю, как, — задумчиво произносит муж. — Хочу кое-что попробовать, если получится.

— Что? — начинаю волноваться я. — Только не делай глупостей, если убила она, в чём я уже не сомневаюсь, то эта женщина способна на всё.

— Не переживай, я буду осторожен.

— Свидание окончено! — дверь открывается, и меня просят на выход.

Немного медлю, стараюсь запомнить Максима таким, пока ещё он мой муж. Пусть растерянный, усталый, но я его ещё люблю. Однако должна ему сказать, что между нами, скорее всего, всё кончено. Пусть для этого сейчас не время и не место, я рискую, что Максим откажется мне помогать, но хватит лжи. Я от неё тоже устала.

— Ты же понимаешь, что чем бы всё ни закончилось, по-прежнему уже не будет? — делаю шаг к двери, но смотрю на Максима. — Нам в любом случае придётся развестись.

— Почему? — удивлённо спрашивает муж.

— Мы больше не доверяем друг другу, и я считаю, что ты меня всё же предал. А жить с нелюбимым человеком ради ребёнка я не могу.

— Я уже стал нелюбимым? — усмехается муж. — С чего бы это? Я согласился тебе помочь, хочу вытащить тебя отсюда.

— И я тебе за это благодарна, но жить вместе… У нас не получится, Максим.

— Ты решаешь всё за нас, но и у меня есть право голоса в этом деле. Я не собираюсь с тобой разводиться, по крайней мере пока.

— Пока идёт суд и следствие? — хмуро спрашиваю его. — Это может занять много времени. Я благодарна тебе хотя бы за то, что пытаешься помочь и сомневаешься в моей виновности.

— Я пытаюсь узнать правду, не более того. Развод сейчас тебе не нужен. Это подпортит твою репутацию.

— А она у меня есть? Точнее хоть что-то от неё осталось? — качаю головой и иду на выход, но следующие слова Максима заставляют меня остановиться.

— Одно я хочу сказать, неважно осудят тебя или нет, я заберу ребёнка себе, как только он родится.

— Так ты только поэтому хочешь мне помочь? — усмехаюсь я. — Нет, этот ребёнок останется со мной. Ты сможешь его видеть, когда захочешь.

— Тогда никакого развода, Вера. Извини, но если мы идём до конца, то вместе.

Выхожу из комнаты, следуя по коридорам в свою камеру. Падаю на кровать, зарываясь лицом в плоскую подушку. Слёзы готовы хлынуть, но я их пытаюсь сдержать ради малыша, который сейчас полностью зависит от меня. Моё состояние и так на грани, а своими волнениями я делаю только хуже. Но так тяжело не плакать, когда всё вокруг рушится. Вся жизнь, что до этого казалась такой счастливой. Максим не ради меня решил помогать и отказался от развода тоже не ради меня. Наши отношения для него ничего не значат. Он по-прежнему во мне сомневается, но, кажется, верит, что ребёнок его.

Готова ли я жить со своим мужем ради семьи, которая будет лишь видимостью? Зачем мне такие отношения, в которых нет любви? Здесь все будут несчастны: и я, и Максим, и малыш. Может я слишком рано об этом думаю, но и не думать не могу. Если моя невиновность будет доказана, мне не к чему возвращаться и не к кому. Прежнего уже не вернуть.

Глава 25

— Привет.

— Привет.

Я подъехал к бывшему офису в конце рабочего дня и специально стоял, облокотившись на машину, ждал, когда выйдет Гришина.

— Какие люди, — усмехается она, подходя ко мне. — По делам или как?

— Или как, — улыбаюсь ей. — Давно тебя не видел.

Гришина выглядит хорошо, ей очень идет белая норковая шуба до пояса, обтягивающие брючки, сапожки на каблуке. Как всегда, выглядит сногсшибательно, но я ее знаю. Красивая оболочка еще ничего не значит.

— Я тут навещал жену в тюрьме и понял, — говорю, глядя в глаза, подведенные тонкой черной стрелкой.

— Что же ты понял? — поднимает выше воротник шубы Гришина.

— Ты очень похожа на мою жену, но никакого сравнения.

— Это как? — смеется Лиля.

— Вера была серая мышь, а сейчас стала еще хуже. Ты ей в подметки не годишься.

— Вау, какие приятные выводы, Кулагин, — довольно улыбается Гришина. — И что теперь?

— Мне кажется, мы с тобой не получили то, что хотели.

— Неужели дрогнул каменный Макс? Я уже и мечтать перестала.