Ди Мершери – Возвращение домой (страница 11)

Вылажу из ванны и пробираюсь в комнату, понимая, что последний бокал был лишним. Падаю в кровать бревном, заворачиваясь в одеяло.

Пробудившись, не понимаю, какой сейчас день, что происходит и где я. За окном каждый раз, когда зажигаются фонари, появляется силуэт дерева. Получается, я проспала с утра до самого вечера. Беру в руки телефон – на циферблате восемь часов. Впервые в жизни хочу в рейс, просто потому что угнетают стены, давит пол и страшит будущее.

На экране телефона снова никаких признаков от Риты. Копаюсь в сумке и достаю плотный пакетик. В сложное время меня выручают фольгированные карточки из разных магазинов. Ребром монеты стираю поверхность и становлюсь богаче на несколько тысяч. Улыбаюсь, ощутив спиртное на языке. Из сумки вываливается тюбик, на котором написано «Гель от ушибов». Рома решил мне подкинуть обезболивающее, чтобы не извиняться. Рука уже не так болит, а ушибленную голову все равно не излечить – швыряю тюбик обратно в сумку, вспомнив, что не убрала свою лётную форму в шкаф.

Живот урчит, прося еды. «Да погоди ты, не до тебя», – думаю я, аккуратно вешая рубашку и брюки с пиджаком. Засовываю руку в карман пиджака, чтобы достать ID-карту, но там пусто. Проверяю сумку, но здесь тоже ничего нет.

Без ID-карты мне закрыт доступ на самолет. Я, наверное, должна обрадоваться. Мимолетно улыбаюсь, глядя на убитый напольный плинтус противного оранжевого цвета.

– Но ведь отец до смерти замучает своими нравоучениями и высмеиваниями. Надо найти документ.

Осматриваю темный пол в прихожей и в кухне. К счастью, в этой лачуге не так много потаенных мест. Чешу голову – не хватало мне еще одной проблемы. Достаю папку с документами – кажется, все на месте. Только ID-карта как сквозь землю провалилась.

Утомленная поисками, решаюсь выйти в магазин за вином, сыром и какими-нибудь продуктами. По пути осматриваю снежную дорогу в надежде обнаружить потерянное. Обругав кассиршу за плохой ассортимент в вонючей лавке под названием «Продукты от Яши», отчаиваюсь в этом дне.

С повседневной рутиной я отодвигаю проблему, она будто отстраняется от меня. Однако теплый душ и на удивление вкусные вареники лишь приближают полночь. В тот момент, когда я собираю светлые волосы в хвост, до меня доходит очевидное – я могла выронить свой документ в самолете. Если это так, то у меня есть шанс вернуть его. Кто-нибудь из коллег обязательно заметит ID-карту и позвонит мне с хорошей новостью. Только вот в коллективе почти все меня ненавидят, и многим понравится мое отчисление из штата компании.

Все же захожу в приложение «КиЛайн», чтобы второй раз в своей жизни увидеть, как устроен их сайт. Лиловый «боинг» подлетает к экрану и уносит в личный кабинет.

А что, если я обронила карту, когда столкнулась с Ромой вчера? Пледы неслись вниз бешеным потоком, и в этой куче могло затеряться что угодно. Пролистывая сотрудников, нахожу номер телефона Романа. Слышу долгие гудки в трубке. Наконец, сонный голос отвечает:

– Да, слушаю.

– Врачи ложатся рано спать – я думала, что это байка.

– Кристина? Какого лешего… Сколько времени?

– Двенадцать ночи, а что? Неужели я слишком поздно позвонила?

– Если ты не поняла, то я сплю.

– Не сердись. Мне нужна моя ID-карта. Я ее выронила, когда мы вчера спасались с тобой от агрессивных пледов, помнишь?

– Чего? У меня нет твоей карты. Звони завтра.

Слышатся гудки.

– У меня нет твоей ID-карты, – снимает трубку Рома после моего второго настойчивого звонка.

– Она у тебя, потому что больше никаких вариантов, парень, слышишь? Долго я буду уговаривать тебя посмотреть мой документ в своем грязном шмотье?

– Сейчас поздно, я посмотрю завтра, окей?

– Нет, сейчас. Мне завтра в рейс, – приходится немного приврать.

– Завтра ты не попадешь в рейс, если даже карта у меня. Просто не успеешь.

В трубке хруст, будто сухую ветку сломали пополам, а потом что-то падает. Ромео, видимо, поднимается в постели, бубня что-то себе под нос. Следом громкие шуршания чуть не оглушают меня, не успей я вовремя оторвать телефон от уха.

– У тебя там коллапс?

– У меня тут включение света и поиск сумки.

– Сожалею, что тебе приходится этим заниматься в одних трусах посреди ночи.

– Твой сарказм сейчас не ко времени, – почти разозленным тоном произносит Рома. Его хриплый сонный голос звучит медленнее и тише обычного.

– Сегодня на меня слишком много навалилось, так что потеря документа омрачит мое и так унылое существование.

– Я не заметил в тебе ни капли огорчения, когда твои подруги ставили спектакль в аэропорту.

– Я к этому не причастна, хоть ты и не поверишь.

– Спешу тебя обрадовать и огорчить одновременно, карта у меня.

– Да не может быть! – подскакиваю в кровати. – Погоди, а почему меня это огорчит?

– Потому что я не собираюсь везти тебе документ.

– Ты мне должен за синяки, помнишь? И за оскорбления.

– Кристин, – вздыхает парень, – я просто физически не смогу до тебя добраться сейчас.

– Тогда я закажу доставку курьером.

– Не получится, я нахожусь в глуши мира.

– В смысле, ты о чем?

– Я в деревне, дорогуша. Даже удивился, когда до меня кто-то дозвонился. Обычно тут связь работает плохо, но, видимо, просто люди кругом воспитанные и не звонят мне посреди ночи.

– Так это что, мне нужно будет ехать к тебе?

– Ну хочешь, сиди дома.

– Одно непонятно, когда оставалось безнаказанным рукоприкладство?

– Я бы подвез карту, но электричка идет в город только завтра вечером. Так что придется тебе самой сюда шуровать, если тебе нужен твой документ.

Мысленно проклинаю тот факт, что не живу в мире «Гарри Поттера», где можно отправить сову спасать мои вещи или запустить маховик времени. Представить ситуацию поездки в какую-то деревню слишком сложно, поэтому прощаюсь с Ромео, чтобы подумать об этом завтра.

Глава 6

Ворочаюсь в постели и придумываю план избавления себя от всяких поездок, но кроме телепортации – в голову ничего не идет. Зачем Роману жить так далеко? Что людей вообще привлекает в глубинках и чем там можно заняться? С этими мыслями не замечаю, как пролетает время в пыльном поезде, который местные зовут «электричкой». Какой-то мужик со своей огромной сумкой задевает мои колени, а другой не находит ничего лучше, как поставить перед фактом уступить ему место.

– Я вообще-то заплатила за это сиденье. Что вы теперь скажете? – спорю я, не собираясь поддаваться манипуляциям.

– Девушка, здесь места для пассажиров с ограниченными физическими возможностями, видите? – Кто-то показывает на наклейку синего цвета, которая мне ни о чем не говорит. Приходится уступить место мужчине с больной ногой.

Чуть позже какая-то женщина начинает вопить на недавно вошедших подростков. Причина недовольства пассажирки – звонкий смех ребят на весь вагон.

Несколько остановок еду стоя. Меня шатает в разные стороны, мое тело колышется от любого движения поезда. Я как надувной завлекала на ветру. Не сдерживаюсь в порывах и, выругавшись на мужчину справа, вытаскиваю свою зажатую в толпе сумку. Моя остановка при этом чуть ли не проносится мимо, я вовремя успеваю выбежать из душного вагона.

Передо мной тихий и мрачный лес. С верхушек деревьев падает снег, осыпая тропинки. Ещё раз читаю сообщение Романа – табличка на перроне указывает идентичное название, но со мной никто из сумасшедших не вышел, что вызывает подозрения. Осмотревшись кругом, я понимаю, что нахожусь здесь абсолютно одна. Остановка, рельсы и лесочек. Ни людей, ни магазинов, ни машин и дорог.

Навигатор показывает путь через лес – единственный. «Вот как выглядит отсталый мир», – размышляю я. Спускаюсь с небольшого холма и вхожу в покрытую снегом чащу, окруженную безмолвной тишиной, если не считать пения птиц. Ветер раскачивает зеленые хвойные ветки и обрушивает на меня очередную порцию снега.

– А что мне делать с лисой, когда я ее встречу? – задаю сама себе вопросы, утешая между делом.

Отшвыриваю в сторону очередную ветку, и передо мной вырастает Роман. Он до смерти пугает – я вскрикиваю, не забыв при этом приготовить сумку для удара.

– Ты чего?

– А ты не шутил про глушь и захолустье.

– Будешь трепаться, здесь тебя и оставлю, – бурчит парень и уходит далеко вперед, не дожидаясь меня.

Минуем чащу и видим болото, припорошенное снегом. Главное, не провалиться, ведь кажется, что лед не слишком прочный.

– А здесь живет кикимора?

– Вот переедешь и будешь первая.

– Здешние виды – раздолье для сьемок фильмов ужасов не только в темное время суток, – размышляю я вслух, не обращая внимания на колкости Романа.

С трудом прохожу подвесной мост, который то и дело уводит в сторону после каждого моего шага. Толстые дощечки связаны между собой веревками. Уму непостижимо, что эта вся конструкция просто болтается в воздухе. Подгибаю ноги, группируюсь будто в ожидании подачи противника на волейбольном поле. Мой неразговорчивый знакомый умело лавирует по мосту и даже не оборачивается.

– А интересно, если тросы оборвутся, люди останутся дома и не поедут на работу? Ты тоже не явишься на рейс?