Дэвид Бернс – Ругаться нельзя мириться. Как прекращать и предотвращать конфликты (страница 33)

Использование Мысленного или Чувственного Сопереживания в стереотипной или небрежной манере. Например, когда снова и снова используются одни и те же стандартные фразы, такие, как «Кажется, ты хотел сказать, что…». Если человек говорит: «Я просто вне себя», а вы отвечаете: «Кажется, ты хотел сказать, что вне себя», то вам могут ответить: «Я именно это и сказал, тупица». На что вы отвечаете: «Надо же, ты сказал, что я тупица». После такого ответа собеседник обычно приходит в бешенство.

Повторение слов другого человека и нежелание делиться с ним своими чувствами. Механически повторяя чужие слова, вы похожи на попугая. Собеседник чувствует, что вы неискренни, и раздражается, подобно мужу одной моей пациентки, который сказал ей. «Перестань испытывать на мне приемы Бернса!»

Неумение расслышать суть. Многие так сильно заняты обдумыванием своего ответа, что не способны суммировать слова другого человека. Это особенно распространено в ситуациях, когда собеседник расстроен или придирается к вам. Вы так сильно переживаете, что не можете толком понять слова другого человека. Затем когда вы пытаетесь пересказать его слова, то упускаете их суть, и все заканчивается перебранкой.

Боязнь конфликтов и негативных эмоций. Неумение использовать слова, выражающие чувства, которые указаны на странице 282, – одна из самых распространенных ошибок при использовании приема Чувственного Сопереживания. Чаще всего не замечают гнев. Особенно если он направлен против вас. Я называю это Конфликтофобией, о которой мы подробнее поговорим в главе 24. Люди боятся признавать любые негативные чувства, поэтому стараются держаться на сугубо рациональном уровне. Такое состояние я называю Эмотофобией, или Боязнью негативных эмоций. Можно назвать это и Эмоциональным Перфекционизмом, отражающим идею о том, что все мы просто обязаны постоянно быть счастливыми.

Критика вместо признания чувств собеседника. Например, вы можете сказать: «Ты просто придираешься!» или «Ты не имеешь права так чувствовать!» Кроме того, вы можете признать переживания другого человека в осуждающей или враждебной манере, сказав: «Ты очень сердит». Такие слова заставят его отрицать, что он зол, поскольку ваш комментарий прозвучал как унизительное осуждение.

Сообщение человеку того, что он чувствует, вместо выражения позитивности. Например, вы можете сказать: «Конечно, ты сейчас чувствуешь Х или Y или Z» (латинскими буквами обозначены слова, выражающие чувства, что указаны на странице 282). Обычно на такие слова следует атака, поскольку человек может не чувствовать этого или ему не нравится, когда ему указывают на его чувства. В такой ситуации лучше спросить доброжелательным тоном, выразив лишь догадки. «Думаю, ты теперь чувствуешь то и это, но не уверен… Расскажи мне, что ты сейчас переживаешь».

Прием Вопрос нацелен на то, чтобы помочь другому человеку раскрыться. При этом вопросы должны быть осторожными, наводящими. Вы должны показать, что заинтересованы, и пригласить человека поделиться с вами своими мыслями и переживаниями. Несмотря на видимую простоту, здесь часто возможны ошибки.

Помощь и решение проблем. Когда вас критикуют, может появиться желание спросить, как решить проблему или чем помочь. Например, вы можете сказать: «Что, по-твоему, я должен делать иначе?» или «Как нам решить эту проблему?». Такие слова звучат как добрые намерения, но это бывает и большой ошибкой. Когда люди расстроены, они, как правило, не торопятся уладить дела. В большинстве случаев они хотят только того, чтобы их выслушали, поняли, что они чувствуют. Об этом более подробно в главе 23.

Задавание вопросов в стереотипной, формальной манере. Это похоже на врача, который постоянно говорит: «Э-э-э, что еще вас беспокоит?»

Задавание вопросов в издевательской, недоброжелательной манере. Например, вы можете сказать: «Ну и что, по-вашему, я могу сделать?» Это не искренний вопрос, но показывает, что вы готовы обороняться.

Извинения. Такие слова, как «сожалею», часто всего лишь попытка отделаться от другого человека, поскольку вам не хочется слышать, насколько он обижен или рассержен. Об этом подробнее в главе 25.

Почти все согласны, как важно быть позитивным и делиться чувствами открыто и прямо, но здесь тоже случаются некоторые ошибки и недопонимание.

Критика вместо выражения своих переживаний. Многие люди не хотят выражать свои чувства, используя формулировку «я чувствую». Вместо этого они критикуют другого человека. Например, вы можете сказать: «Я чувствую, что ты готов со мной поспорить», или «Почему ты не можешь признать, что не прав?», или «Чувствую, что ты меня не слушаешь». Такие обидные слова нельзя отнести к формулировке «я чувствую».

Бесконечные рассказы о себе с целью произвести впечатление на собеседника. Застенчивые люди почти всегда делают такую ошибку. Это также частая ошибка во время собеседований при приеме на работу или при подаче документов на поступление в вуз.

Активная и пассивная агрессия. Вместо того чтобы поделиться своими чувствами, некоторые люди кричат, набрасываются с упреками, бранятся, унижают другого человека. Такое поведение очень соблазнительно, когда вы злитесь и сильно расстроены. Но, хотя во время таких выпадов появляется ощущение силы и правоты, толку от этого мало: собеседник понимает вас по-своему и делает заключение, что вы – неврастеник или неудачник.

У иных людей противоположная проблема. Они дают собеседнику холодный ответ и отказываются разговаривать, когда расстроены, тем самым наказывая его молчанием. Несмотря на то что они стараются скрыть свои враждебные чувства, отказ разговаривать – форма агрессии. Более подробно об активной и пассивной агрессии в главе 24.

Боязнь открыться. Это, пожалуй, самая распространенная проблема, с которой приходится сталкиваться при обучении формулировке «я чувствую». Некоторые люди боятся поделиться своими переживаниями, думая, что не должны так чувствовать, или из страха, что их ранят.

Одна женщина сказала мне, что ее мать посоветовала ей никогда не раскрывать своих чувств, потому что люди могут использовать это против нее. Это была очень успешная деловая женщина, возглавлявшая крупную строительную фирму, весьма привлекательная, с яркой индивидуальностью, и у нее не было проблем в личной жизни. Но она была чрезвычайно одинока, потому что не умела по-настоящему сблизиться с мужчинами, с которыми вступала в отношения.

Я называю такую позицию Боязнью Открыться. Люди с такой позицией убеждены, что стоит им открыть свои чувства, как произойдет нечто ужасное, поэтому они старательно скрывают свои переживания. Они отказываются открыться и сделать себя ранимым, боясь, что будут выглядеть глупо и люди станут их презирать. Они говорят себе, что не имеют права на открытость чувств. Проблема в недостатке доверия: они не доверяют собственным чувствам и не верят, что люди могут их любить и принимать такими, какие они есть.

Как ни странно, большинство врачей страдают именно от этой проблемы. Они почти всегда скрывают свои чувства и часто используют формальные выражения, как только появляется напряжение во время курса лечения. Например, они могут сказать: «На что еще вы жалуетесь?» или «Благодарю за откровенность». Но такие слова звучат совершенно неестественно. Иногда они вообще ничего не говорят, а просто воспроизводят то, что произносит пациент, словно эхо. Когда я учился на психиатра, меня учили отвечать именно так, и мои пациенты считали такое общение чрезвычайно неприятным. Они горько жаловались, что я никогда не сообщал им ничего полезного. Но мои учителя-психоаналитики говорили, что я вел себя правильно. Я чувствовал себя как Алиса в Стране чудес, размышляя, как мои пациенты могли становиться более искренними и открытыми, если я вел себя так неестественно!

Невропатолог Вайс пожаловался на плохие отношения с сыном Ральфом. Он объяснил, что сын окончил факультет медицины, но жил дома, чтобы сэкономить деньги. Доктор Вайс любил Ральфа, но сокрушался, что они никогда не были по-настоящему близки. Когда они были вместе, то всегда говорили о пустяках, например о спорте. Доктор Вайс объяснил, что Ральф никогда не раскрывался и не говорил о своих переживаниях, о своих отношениях с женщинами, не делился мечтами о будущем.

Доктор Вайс сказал, что ему одиноко и хотелось бы более близких отношений с сыном. Он пояснил, что у одного из его коллег недавно был удар, и один из его лучших друзей неожиданно умер от сердечного приступа. Он сказал, что ему недавно исполнилось 58 лет, и его тревожило, что он может умереть, так и не узнав своего сына.

Я объяснил, что близкие отношения зависят от эмоциональной открытости. Это означает, что вы должны раскрыться, поделиться с людьми своими чувствами и поинтересоваться их переживаниями. Доктор Вайс спросил, как ему следовало говорить с Ральфом. Я ответил, что все обстоит просто. В следующий раз, когда он будет разговаривать с Ральфом, ему следует открыться немного больше. Например, он мог бы сказать сыну, что любит его, но иногда чувствует себя одиноким, так как они редко разговаривают о вещах, действительно важных для них обоих. Он также мог сказать, что хотел бы узнать Ральфа лучше, больше услышать о его переживаниях в жизни.