Дэвид Балдаччи – Длинные тени (страница 83)

– Чтобы вина пала на нас и ни на кого больше?

– Ты должен рассердиться. Я бы рассердилась, – заметила Уайт.

– Сколько ни сердись, это ничего не изменит.

– А что изменит?

– Думается, что, если мы с тобой решим эту задачу, вышвырнуть меня на обочину не удастся.

– Да, наверняка.

– Но если не решим, ты не должна быть сопутствующим ущербом, Фредди. Значит, ты можешь покинуть судно и податься куда-нибудь еще.

– Меня назначили на это дело, Декер. Я не могу просто уйти.

– Вали все на меня. Дескать, с ним невозможно работать. Идет против всего, что символизирует собой Бюро, это хотя бы правда. Так ты не пойдешь на дно вместе со мной.

– Мой словоохотливый друг предложил нечто сходное. Но, видишь ли, ты не единственный, кто не по нраву начальству, Декер. Как ты думаешь, ради чего мою задницу без предупреждения выдернули из Балтимора, чтобы отправить сюда с тобой?

– Значит, Бюро планирует вымести за порог меня и тебя? – Амос склонил голову к плечу.

– Мой словоохотливый друг либо не знал этого, либо не раскрывал мне этого по очевидным причинам. Если имеет место последнее, мне нужно завести новых друзей. И в любом случае он просто лопался от счастья, что с тебя собьют спесь. И вряд ли будет лить слезу, если турнут и меня.

– Ты не заслужила такого дерьма. Ты хороший агент, Фредди.

– Очевидно, этого мало. Я женщина, да сверх того черная. И пока те, кто ни хрена не знает о том, как устроен мир, считают эту комбинацию просто-таки золотым билетом в будущее, те, кто на передовой, знают, что это не так. Тебе улыбаются и аплодируют, и СМИ на это ведутся, но когда аплодисменты утихают и публика отвлекается на что-то другое, никто не видит, как тебе в спину вонзают нож раз за разом, день за днем. Что именно и происходит сию секунду.

– Так чего ж ты цепляешься за это так долго?

– Потому что вбухала в карьеру уйму времени и сил, и будь я проклята, если позволю своре засранцев отнять все это у меня лишь потому, что им кажется, что они на это способны. Надеюсь, ты разделяешь мои чувства.

– Да. – Амос устроился в кабинке поудобнее. – И к чему же мы пришли?

– Как я понимаю, единственный способ – распутать это дело. Вместе.

– Черт, а я-то собирался сделать это за просто так… Но утереть нос «пиджакам» – это дополнительный бонус.

– Ты и вправду начинаешь западать мне в душу, Декер, – рассмеялась Уайт.

– Тогда поберегись, Фредди, потому что если уж западу, так весу во мне ой как немало.

Глава 80

После ужина Декер, сняв туфли и носки, прогуливался по пляжу.

«Я ведь могу привыкнуть к песку, то-то будет насмешка!»

В этом деле очень много движущихся частей, и даже его превосходная память с трудом отслеживает время и синхронизирует разные события надлежащим образом. И он решил разложить их по разным полочкам.

Убийство Джулии Камминс. Если его теория верна, убийца Камминс не убивал ни Дреймонта, ни Лансер, ни биологическую мать Лансер – Пэтти Келли.

Десять колотых ранений, символ неслепого правосудия, юридическая фраза – все это разит крайне личным убийством. У нее имелась половая связь с Аланом Дреймонтом, которую она пыталась скрыть под предлогом необходимости в персональной охране. Но реальных угроз не было – во всяком случае, известных следствию, – и «Гамму» она для охраны не нанимала.

Поначалу казалось логичным, что убийца только один. Кто бы ни зарезал Камминс, он должен был заодно убить и Дреймонта. Мотивом можно было счесть ревность, потому что у этих двоих в тот вечер был секс.

Но оба преступления настолько несхожи, что дальше некуда. Нож против ствола. Исступление и личная заинтересованность против методичности и, вероятно, прагматизма. Опять же, деньги, забитые в глотку сперва Дреймонту, а потом и Лансер. Судье в рот никаких денег не совали, что подкрепляет теорию о том, что Дреймонт погиб первым, а потом судья услышала выстрел и спустилась поглядеть. Нашла тело Дреймонта, но его убийца уже скрылся. Зато тип, в конце концов убивший судью, только-только подоспел на место преступления. Этот тип гнался за судьей до ее спальни на втором этаже, где и произошла резня, за которой последовала повязка на глаза и записка…

Остановившись, Декер поглядел на воду. Тьму нарушало лишь мерцание огней кораблей далеко в заливе.

«Прямо как это дело. Почти полный мрак с отдельными слабыми проблесками света. Но хватит ли этого?»

Его не удивило, что Бюро пытается от него избавиться. После ухода Росса Богарта на пенсию у Декера сложилось впечатление некоего сдвига в отношении к нему, и отнюдь не в его пользу. Когда Джеймисон отправилась в Нью-Йорк, на его стороне никого не осталось, а вести офисные политические баталии ему как-то неинтересно.

«Я могу быть занудой. Я не люблю играть по чужим правилам. Единственной целью должно быть распутывание дел, а словоблудие не интересует меня ни на йоту».

Амос считал, что они с Фредерикой Уайт пребывают в полнейшем согласии по поводу всего этого, но не питал ни малейшего желания увидеть, как эта женщина идет на дно вместе с ним. «У нее семья. Бюро – ее карьера, и она вкалывала ради нее до посинения».

Декер был так поглощен этими раздумьями, что не заметил, как во тьме возникли два человека – и оказались совсем рядом. Оба были одеты в спортивные костюмы и теннисные туфли. Они уставились на Декера, а тот уставился на них.

– Чем могу помочь, парни? – осведомился он.

Один вытащил нож, другой достал пистолет. Декер оставил оружие у себя в номере.

«Вот же облом…»

Он уже хотел было броситься на мужика со стволом, когда заметил смутное движение справа от себя. Нога ударила по пистолету, и тот полетел в воду. Другая нога ударила мужика в живот, и он с мучительным стоном рухнул на колени. А после бокового удара в челюсть повалился на песок.

Парень с ножом сделал выпад, дав Декеру время схватить его за руку и выворачивать ее до тех пор, пока тот, взвыв от боли, не выронил нож. Амос замахнулся кулаком, чтобы вырубить противника, когда тому в челюсть прилетел хлесткий удар ноги. Раздался глухой стук, его голова резко дернулась в сторону, и он рухнул на песок, вопя от боли и держась за лицо.

Потом ладонь схватила Декера за руку.

– Ну же! – крикнула Уайт. – Бежим!

Они пронеслись обратно по пляжу и вбежали через ворота в зону бассейна отеля.

Вытащив телефон, Уайт позвонила в службу «911» и сообщила о случившемся. Дав отбой, посмотрела на Декера.

– Ты не шутила насчет двойного черного пояса, – пропыхтел он. – Это было изумительно.

– Я вообще не шучу, – таким же задыхающимся голосом ответила Уайт. – И тебе повезло, что я вышла подышать и заметила двух парней, направившихся к тебе.

– Мне повезло.

– Ладно. Во-первых, тебе надо быть внимательнее.

– Ага, это я понимаю.

– Во-вторых, я была бы более чем в ярости, если б ты дал себя грохнуть.

– Принято к сведению. Но это происшествие имеет и положительную сторону.

– Как это?

– Мы заставили кого-то занервничать, откуда следует, что мы подбираемся к правде.

Глава 81

На следующее утро Декер спустился в вестибюль отеля, чтобы встретиться с Уайт. Когда он уже направлялся через вестибюль в ресторан, к нему подошла Глория Чейз.

Одета она была весьма сдержанно – во всяком случае, для себя. Край подола был лишь чуточку выше колена, платье облегало фигуру не слишком туго, а каблуки едва дотягивали до двух дюймов.

В руке у нее был конверт.

– Это от вас? – спросила она напрямую.

– Даже не представляю, о чем вы.

– Приму это как «да». Есть минутка поболтать?

Она подвела его к зоне отдыха, где можно было поговорить вдали от чужих ушей.

Они сели, и Чейз с подавленным видом закинула длинную ногу на ногу.

– Стоит только подумать, что знаешь кого-то достаточно хорошо, чтобы пойти с ним к алтарю…

– Неприятности в раю?

– Неужто нужно играть в эту игру? – вскинулась она.