Денис Власов – Шантаж (страница 3)
Между тем время приближалось к окончанию срока ультиматума Шульца. Чувствуя свою вину перед братом, Арсений Филиппович решил хоть как-то загладить проступок и не допустить воплощения в жизнь аферы Оффенбахов. Первое, что он сделал, так это направился к начальнику Контрразведывательного отделения полковнику Ерандакову Василию Андреевичу, своему боевому товарищу. Тот, помня исключительные заслуги соратника перед отечеством, удовлетворил прошение выдать допуск в архив тайной канцелярии к делу Оффенбахов. Оказавшись в хранилище, пропитанном пылью, чихающий Арсений Филиппович сумел-таки отыскать пухлое досье с выцветшим грифом «совершенно секретно». Но к его нешуточному удивлению, документов внутри не оказалось: вместо бумаг в толстой папке покоились вырванные листы из книг произведений классиков беллетристики, о чем он немедленно уведомил начальника ведомства. Ерандаков молниеносно призвал к ответу главного архивариуса, на что уличенный смотритель не сумел подобрать подходящих слов в свое оправдание, а только беспомощно пожимал плечами. Он был отдан под стражу для внутреннего разбирательства. После недолгих раздумий Арсений Филиппович направился прямиком в
– А что, любезный, не проживает ли здесь немец Шульц?
Портье томно повел глазами, притворяясь, что усиленно пытается вспомнить, о ком идет речь, но безуспешно. При этом он услужливо сдул последнюю крупную снежинку, которая начала плавиться, некрасиво склеивая ворсинки в пучки. Тогда видный обладатель воротника незаметно для окружающих вложил целковый в карман портье, что буквально сразу освежило ему память.
– Так точно-с! Но герр Шульц отсутствует-с.
Арсений Филиппович притянул портье и тихо произнес:
– Покажи его номер.
Портье испуганно отпрянул.
– Как можно-с?
– Нужно-с.
При этом слове он отяжелил карман консьержа красной бумажкой. Тот с минуту другую колебался, но с условием очередного червонца согласился пойти на преступление. Арсений Филиппович крепко выругался, но уступил. Возле номера вымогатель предупредил, что в комнате обитает отвратительная рептилия в террариуме, чьи размеры наводят ужас на горничную. По этой причине номер не прибирали несколько дней. Портье отворил дверь, и спертый воздух ударил в нос посягателям на чужую территорию. Консьерж предпочел удалиться и дождаться окончания дела на лестничном пролете, ведь теперь он стал подельником. Озираясь по сторонам, консьерж с любовью разгладил очередные красненькие и определил их в тугое портмоне. Победов перешагнул через порог номера люкс. Стойкий зловонный запах вынудил его воспользоваться платком и прикрыть нос. Он внимательно осмотрелся и отметил, что верхняя одежда Шульца на месте, а на письменном столе под включенной лампой покоился гигантский ящер в террариуме. Амфибия зарылась наполовину в опилки, пытаясь согреться. Варан ощутил приближение русского духа, встрепенулся и обратил взор на человека, который посмел нарушить его покой. Из разинутой пасти амфибии показался мерзкий мясистый раздвоенный язык, которым ящер ощупывал окружающий воздух. Уродливые наросты, чешуя и бородавки покрывали все его упитанное иссиня-зеленое тело в складках. Длинный мощный хвост заканчивался острым жалом. При виде хладнокровного чудовища бывалый Арсений Филиппович подался назад и захотел немедленно покинуть помещение, но взял себя в руки. Что его поразило более всего, так это вертикальные зрачки монстра. На него взирало думающее нечто глубоко осмысленным взглядом. Победов предполагал, с кем ему придется столкнуться в лице Оффенбахов, так как в прошлом он плотно занимался расследованием авантюр, предпринятых этим кланом против его государства прямо или косвенно. В конце концов, фамилия Оффенбахов получила негласный запрет на въезд в Россию. По-видимому, семейка оказалась не в состоянии успокоиться и предприняли очередной тактический маневр. В Европе ходили слухи, но очевидных фактов не имелось, что Оффенбахи принадлежали иной крови – голубой, не фигурально, а истинно. Как известно, у рептилий кровь фиолетовая. В существование рептилоидов Арсений Филиппович искренне не верил до сегодняшнего дня и относил все истории очевидцев к разряду мифологии. Но в этот день он в оторопи осознал, что через запотевшее стекло террариума на него взирал герр Шульц.
– Надеюсь, вы слышите меня, – обратился он к амфибии.
Ящер дернул хвостом, и его жало угрожающе застрекотало.
– Я удаляюсь, но буду ожидать вас в ресторации для важной беседы. И поторопитесь с обратной метаморфозой в человека, а то смотреть омерзительно.
Проходя мимо назойливого портье, который искренне надеялся вновь поживиться и беспардонно протянул белую ручку за очередным кредитным билетом, Арсений Филиппович пригрозил ему:
– Держи язык за зубами, а не то я…
Он поднес увесистый кулак к его холеному личику. После угрозы влиятельного человека вымогатель вытаращил глаза от испуга, точно блюдца, и повиновался, покорно уступив дорогу. Победовы терпеть не могли насилие, тем более неприкрытое хамство, однако по вынуждению они не церемонились с мерзавцами, не считаясь с чинами и положением в обществе. В этом смысле в молодости Арсений Филиппович слыл ярым защитником обиженных. После его ухода портье еще оставался на лестничной площадке некоторое время, затем на цыпочках подошел к номеру Шульца, приложил ухо к замочной скважине. Он настолько увлекся в попытке уловить малейший шорох, что забыл о какой-либо предосторожности и от внезапно открытой двери кубарем ввалился в номер, уткнувшись лбом в острые коленки постояльца. Шульц одарил портье испепеляющим взглядом. Тот вскочил и со скоростью перепуганного зайца исчез в глубине коридора. Портье молниеносно вернулся к стойке регистрации и принялся изображать бурную деятельность, ход которой нарушил адвокат.
– Вы имели неловкость обронить.
Шульц протянул пухлое портмоне консьержу. Его физиономия покрылась пунцовыми пятнами – то ли от страха, то ли от стыда. Он схватился обеими руками за бумажник и с жадностью притянул к себе, но Шульц не отпускал кошелек.
– Сколько уплачено вам за вашу неслыханную дерзость?
– Целковый, – неуверенно солгал портье, при этом его веко задергалось, и он еще раз попытался освободить портмоне.
Шульц отрицательно покачал головой и на секунду продемонстрировал вороватому служащему свой омерзительный мясистый раздвоенный язык. Оторопелый консьерж обмяк, потерял сознание и провалился за стойку регистрации. Проходившие мимо коридорные кинулись на помощь бедняге. В суете Шульц заложил злосчастное портмоне к себе во внутренний карман и направился в сторону ресторации. Там он без труда заприметил крупную фигуру Арсения, поглощающего рябчиков с неуемным аппетитом. Шульц без церемоний подсел к нему за стол. Арсений обратил пристальное внимание на его оттопыренный нагрудный карман. Адвокат раскрыл портмоне и положил перед Арсением его два червонца со словами, что портье возвращает долг, затем он подозвал человека и заказал бифштекс с кровью.
– Я – хищник, и мне требуется кровь. Она наполняет энергией, – начал разговор немец.
– Представьте, люди – не исключение.
– О да. Человек маниакально кровожаден. Поймите, превращение в людоподобную оболочку для меня весьма болезненно, и в данную минуту внешне я – человек, а органы ящера. Полное изменение состоится через сутки, поэтому прошу быть снисходительным, – протянул рептилоид и остановился в ожидании реакции собеседника, но ее не последовало. Тогда он продолжил:
– У бывалых представителей цивилизации серых, кто долго обитает на Земле, этот процесс занимает минуты, но я прибыл сюда относительно недавно.
– Когда?
– Лет пятьдесят назад. Я ожидал ваше появление, но не так скоро.
От откровений Шульца у Арсения Филипповича рябчик стал комом в горле, и он недовольный закончил трапезу.
– Я не испытываю какого-либо сострадания по поводу вашего недомогания.
– Это ожидаемо.
– Вам, серым, и всем остальным цветам радуги, настоятельно рекомендую прекратить преследование моих родственников.
– Это невозможно. Грядет скорая кровопролитная война. Нам требуются финансы.
– О какой войне идет речь?
– Между Западом и Востоком.
– Очередной крестовый поход?
– В своем роде.
– Когда?
– В условный день.
Где тот водораздел, по которому заканчивается противостояние Востока с Западом? Сколько судеб славянского народа повержено в битве за право существовать на своей земле. Этот не философский вопрос занимал Арсения все то время, пока он находился на службе в ведомстве контрразведки его Императорского Величества. И вот появляется очередная масонская ящерица и начинает блеять об угрозе какой-то там войны.
– Каков казус белли?
– Это не ведомо даже мне.
– В бытность моей службы в Персии я наблюдал, как местные ремесленники выделывают чудесные кожаные ремни из гадов.
Шульц едко усмехнулся. В это время появился метрдотель с внушительной порцией шипящего бифштекса и подал блюдо ящеру. Немец подцепил прибором ломтик любимого лакомства и с обожанием употребил сочную мякоть, при этом закатил глаза от удовольствия. После очередного изрядного куска он прервал трапезу и продолжил:
– Арсений Филиппович, поработайте на нас. И все ваше окружение останется в безопасности. Вопрос о ста тысячах снимется сам собой. Более того, вы будете иметь протекторат, когда наши доблестные войска придут к вам.