Денис Огнеяр – Илирия. Связанные тенью. Книга 1 (страница 7)

– Вчера ты опять всю ночь шастал по коридорам. – Марк тоже поднялся. Его голос стал опасным, тихим. – Как психу положено.

– Марк… – начала Катя, но Кирилл перебил:

– Я видел сны. Видел нас в том лесу. Видел то, что идёт за нами.

Столовая затихла. Даже младшие перестали болтать.

Марк засмеялся. Резко, грубо.

– Ну всё, приехали. Нахрен нам эта информация?

– Ты должен меня выслушать! – Кирилл ударил кулаком по столу. Стаканы звякнули.

Марк двинулся быстрее, чем кто-то успел среагировать.

Один толчок – и Кирилл грохнулся на пол.

– Хватит! – Марк навис над ним, глаза сузились до щелочек. – Ты достал всех! Своим взглядом, своей бредятиной!

Кирилл попытался встать, но Марк ударил его в плечо, отбрасывая обратно.

– Ты ненормальный! – Марк кричал теперь, голос сорвался на визг. – Все это знают! Все давно поняли!

Второй удар был в живот. Кирилл скрючился, хватая ртом воздух.

– Марк, хватит! – Костя вклинился между ними, но Марк отшвырнул его локтем.

– Он доведёт нас всех до ручки!

Третий удар – в лицо. Кровь брызнула из носа Кирилла, алой ниткой растеклась по губе.

Марк тяжело дышал, сжав кулаки. Кирилл лежал на полу, прикрыв лицо руками.

– Вот и поговорили, – бросил Марк и вышел, хлопнув дверью так, что задрожали стёкла.

Элис помогла Кириллу сесть. Катя протянула ему салфетку.

– Ты… ты прав, – прошептала Катя. – Что-то действительно происходит.

– Происходит… Одно дерьмо в этой жизни происходит… – Взбешенная после вчерашнего, Элис вскочила и выбежала из столовой.

– Что с ней? – спросил Кирилл.

– Да, так парень бросил, ну или она его. Короче ничего особенного, – ответила Катя.

Марк сидел на крыше старого сарая за территорией детдома, сжимая в руках пачку дешёвых сигарет. Дождь давно закончился, но деревянные доски всё ещё отдавали сыростью, пробирающейся сквозь джинсы. Он затянулся, резко, до хрипоты, пытаясь заглушить тошнотворное чувство, скрутившее желудок в тугой узел.

Перед глазами снова всплыло лицо Кирилла – бледное, искажённое болью, с кровавой полосой на подбородке. «Ты ненормальный! Все это знают!» Его собственные слова звенели в ушах, как колокольный звон.

Он швырнул сигарету в лужу, где та с шипом погасла.

– Чёрт…

Голос сорвался в шёпот.

Марк закрыл глаза, и перед ним всплыли обрывки прошлого.

Тот день, когда Кирилл впервые нарисовал в блокноте странные символы – переплетённые ветви деревьев, красную луну. Как он тогда фыркнул, назвал его психом.

Ночь, когда услышал, как Кирилл кричит во сне: «Оно идёт! Оно уже здесь!» Как наутро сделал вид, что ничего не было.

И сегодня… Сегодня он ударил его. По-настоящему.

Марк сжал кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Он спустился с крыши, ноги сами понесли его к медпункту.

За дверью слышались приглушённые голоса:

– …нужно просто отдохнуть…

– …не надо врачей…

Марк замер, не решаясь войти. Но собрав волю в кулак, он осмелился открыть дверь в медпункт.

Кирилл сидел на койке, с пластырем на переносице. Его глаза были пустыми, смотрящие куда-то далеко.

– Ты… – начал Марк, но голос подвёл.

Кирилл поднял на него взгляд. Не злой. Не обиженный. Просто… усталый.

– Всё в порядке, – тихо сказал он.

Эти три слова ударили сильнее любой пощёчины.

Марк резко развернулся и вышел, хлопнув дверью.

Вечером он не пошёл ужинать. Сидел в пустой комнате, глядя, как тени от деревьев за окном становятся всё длиннее.

В кармане лежала смятая пачка сигарет и серебряная цепочка – та самая, что он когда-то отобрал у Кирилла в шутку. Марк сжал её в кулаке.

– Чёрт… – прошептал он снова. Но на этот раз в голосе не было злости. Только стыд.

Катерина методично обходила спальни, ее шаги были тихими, но решительными. Сначала она нашла Костю в игровой – он чинил сломанный радиоприемник, разбросанные детали блестели на столе, как осколки зеркала.

– Нам нужно поговорить, – сказала она.

Элис сидела на крыльце, нервно сжимая в пальцах сигарету. Горький дым щипал горло и не приносил ни облегчения, ни покоя, а лишь напоминал, как она устала. Внизу дождь рисовал узоры в лужах. Катя подошла, просто встала рядом. Элис бросила взгляд на тлеющий окурок и с тихим раздражением затушила его.

Марка вытащила из спортзала, где он бил грушу, капли пота летели на бетонный пол.

– О чем? – огрызнулся он, но пошел.

Кирилла нашла в библиотеке, он сидел в углу, и перед ним лежали листы с какими-то странными символами.

– Я собрала всех, можем попробовать поговорить…

– Спасибо, Кать.

– Не нужно «спасибо», это касается всех нас!

Они собрались в дальнем классе – там, где не было камер. Катя закрыла дверь, замок щёлкнул.

– Теперь говори, – Костя уперся руками в стол.

Кирилл поднял глаза.

– Я все вспомнил. Или почти все. Мы не случайно впятером оказались в один день в этом детдоме.

Тишина.

Элис фыркнула, но пальцы ее сжали край стула до побеления костяшек.

– Блин, Кирюша, реально не до твоих фантазий сейчас.

Костя хмурился, его взгляд скользил между Кириллом и Кате, он искал подтверждения, опровержения, что угодно.

– Если вы меня просто так отвлекли, набью морды всем! – четко заявил Марк.

– Тебе самому скоро морду набьют. Молчал бы ты, Марик. Борзеешь! – заявил Костя, пристально смотря на Марка, тот замешался.