Денис Огнеяр – Илирия. Связанные тенью. Книга 1 (страница 6)

Когда она вышла, он продолжал сидеть у столика, её стакан с колой стоял нетронутым.

– Что-то случилось? – Его глаза скользнули к её карману, где лежал телефон.

– Просто… плохо стало.

– А теперь пойду я галстук поправлю, – сказал он, слишком сладко, слишком неестественно.

– Галстук…!? – прошептала Элис и сморщилась.

Мужчина отправился в уборную. Пользуясь моментом, Элис вскакивает изо стола и решается бежать из этого кафе, но на входе ее задерживают охранники и требуют, чтобы та села обратно на место. Девушка вернулась обратно и вдруг обратила внимание на его портфель, из которого торчал паспорт. Элис резко наклонилась к его портфелю. Пальцы дрожали, расстегивая молнию. Внутри была стопка паспортов. Она приоткрыла первый. Незнакомая девочка, лет шестнадцати, фамилия – Смирнова. Второй. Третий. Все с фотографиями молодых девушек. Все с разрешениями на выезд в ОАЭ и Турцию. Внизу лежал билет на её имя. Рейс завтра в 6:45. Она вспомнила, как однажды давала ему свой паспорт – тогда всё выглядело буднично и безобидно. Он сказал, что нужно лишь «сфотографировать данные для бронирования отеля», когда они якобы собирались поехать на отдых за город. Кровь ударила в виски. Она судорожно застегнула портфель, оглянулась. Охранник у входа лениво переминался с ноги на ногу.

Элис вскочила, опрокинув стул. Через три секунды она была у выхода.

– Эй, куда?! – Охранник шагнул вперед, перекрывая дверь своей тушей.

– Отпустите! Мне плохо!

– А ну вернись на место, девочка. – Его лапища сдавила её плечо.

Она впилась зубами ему в руку. Охранник взревел, разжимая пальцы. Ещё мгновение – и она выскользнула на улицу.

Ночь встретила её ледяным дождем. Элис мчалась по темным переулкам, не разбирая дороги. Где-то сзади раздался гудок машины – его «Лады».

Поворот. Ещё поворот. Ноги скользили по мокрому асфальту. В груди горело. Она свернула за угол и сильный рывок за капюшон. Её отбросило к стене. Перед глазами встал он – мокрый от дождя, с перекошенным от ярости лицом.

– Глупая девочка, – прошипел он, прижимая её к кирпичной кладке. – Ты думала, я с тобой в игры играть буду!?

Его рука полезла в её карман за телефоном. Элис извивалась, но он был сильнее. Где-то вдали завыла сирена. Он отпустил её на секунду, и Элис ударила его коленом в пах.

Она бежала, не оглядываясь. Бежала, пока не увидела огни заправки. Забежала в туалет, заперлась, трясущимися руками набирая номер.

– Алло! Полиция?

Голос срывался. Вода с её одежды образовывала лужицу на полу.

– Меня… меня хотят похитить…

За дверью раздались шаги.

Катя стояла в пустом коридоре, когда телефон дрогнул в руке. Сообщение от Элис: «Кать, кафе «Туман», если вдруг что… не могу объяснить все, но это пипец я попала». Кровь стыла в жилах. Это не было похоже на Элис – ни на её шутки, ни на побеги. Явно случилось что-то очень серьёзное.

Она побежала в комнату к Косте, где он возился с проводом от наушников.

– Костя. Элис…

Он поднял голову, увидел её лицо и сразу вскочил.

– Где она?

– Кафе «Туман». Что-то не так.

Он уже натягивал куртку, лицо стало резким, взрослым.

– Идём.

– Нас же не выпустят…

– Через старую котельную. Быстро.

Катя кивнула.

– Как же мне дорого обходятся ее гулянки! Когда найдем ее, я за себя не ручаюсь! – Прошипела Катя и побежала за Костей.

Катерина и Костя выскользнули из детдома через дыру в заборе за котельной, где ржавые трубы шипели паром, предупреждая об опасности. Бежали по темным переулкам, пригнув головы от дождя, пока не увидели вывеску «Туман» – грязно-желтый свет из окон освещал мокрый асфальт. В кафе пахло пережаренным маслом и дешевым одеколоном. Пустой столик у окна, два недопитых стакана колы, смятая салфетка с помадным следом – Элис была здесь минуту назад.

– Видела девчонку рыжеволосую в черной кофте? – Костя схватил за рукав официантку, которая вздрогнула, как пойманная мышь.

Та лишь кивнула в сторону заднего выхода, глаза бегали по сторонам.

Задворки кафе утопали в лужах и мусоре. В темноте мелькнуло движение – у заправки через дорогу Элис билась в руках мужчины в кожаном пальто. Он зажимал ей рот ладонью, второй рукой открывал багажник «Лады».

– Вот же чёрт! – Костя рванул вперед, сбивая ногами лужи.

Катя замерла на секунду, увидев, как Элис бьет мужчину подошвой ботинок по голени, как он с проклятием роняет ее.

Костя врезался в мужчину плечом, сбивая с ног. Тот рухнул в грязь, кожанка распахнулась, из внутреннего кармана высыпались паспорта, все с фотографиями девочек.

– Бежим! – Катя подхватила Элис, та хватала ртом воздух, как рыба.

Мужчина уже поднимался, вытирая кровь с подбородка.

– Я вас найду, суки! – его крик разорвал ночь.

Они бежали, не оглядываясь, пока огни заправки не растворились в темноте.

Темнота забора котельной детдома встретила их холодной металлической решеткой. Дождь превратил землю у котельной в липкую грязь, оставляя четкие следы их ботинок. Костя первым пролез в дыру забора, он помог Элис, ее руки дрожали, а ноги подкашивались. Катерина проползла последней, она зацепилась рукавом за что-то острое, с хрустом порвав ткань.

Весь дом спал. Только одинокий фонарь у парадного входа мерцал, как подмигивающий сторож. Они прижались к стене, сливаясь с тенями, когда в окне второго этажа мелькнул свет – тётя Люда проверяла спальни.

– Через черный ход, – прошептал Костя, подтягивая Элис за собой.

Лестница за служебным входом скрипела под ногами. Каждый шаг отдавался в висках гулким эхом. Элис споткнулась, едва не упав, но Катя успела схватить ее за куртку.

Коридор был пуст, если бы не Марк. Он стоял у окна, курил, выпуская дым в форточку, когда они, мокрые и грязные, вынырнули из темноты.

– Ну и где это вы… – начал он, но увидел Элис – бледную, с синяком на запястье, – и замолчал.

– Не твое дело, – резко бросил Костя, прикрывая Элис собой.

Марк медленно затушил сигарету, глаза сузились.

– Опять ваши тайны? – голос его стал опасным, низким. – Может, мне Люде рассказать, как вы по ночам шастаете?

– Попробуй! – Катя приняла оборонительную позу. – А я расскажу, где ты прячешь свой нож, а еще расскажу, где куришь.

Тишина повисла тяжелым одеялом. Марк плюнул под ноги, плечи его напряглись.

– Идите к чёрту. – Он резко развернулся, толкнув Костю плечом. – Сдохните там в следующий раз.

Его шаги гулко разошлись по коридору.

Они разошлись по комнатам, не проронив ни слова. Элис уткнулась лицом в подушку, но не плакала, её тело мелко тряслось, как у загнанного зверька. Катя сидела на своей кровати, глядя на разорванный рукав, на грязь под ногтями.

Солнце пробивалось сквозь грязные окна спальни, рисуя на полу длинные полосы света. Кирилл сидел на подоконнике, вцепившись пальцами в раму. Всю ночь он не спал, в ушах стоял тот самый шепот: «Илирия… Илирия…».

Он видел, как Элис, Катя и Костя вернулись поздно – мокрые, с пустыми глазами. Видел, как Марк вышел за ними следом, сжав кулаки. Теперь, за завтраком, напряжение висело в воздухе гуще манной каши.

Элис ковыряла ложкой в тарелке, под глазами – фиолетовые тени. Катя и Костя перешептывались через стол. Марк сидел напротив, методично ломая хлеб на мелкие кусочки.

– Надо поговорить, – внезапно сказал Кирилл. Его голос прозвучал громче, чем он планировал.

Все подняли глаза, и Кирилл продолжил.

– Мои сны… – начал Кирилл, но был перебит Марком.

– Опять бред несёшь!

– Ты не понимаешь, – Кирилл встал, стукнув коленкой о стол. – Это не бред. Что-то происходит. Вчера…