Денис Огнеяр – Илирия. Связанные тенью. Книга 1 (страница 5)
Голос Кати прозвучал так неожиданно, что Элис едва не вскрикнула. Она резко обернулась. Катя сидела на своей кровати, обхватив колени руками. Лунный свет скользил по ее скулам, делая лицо похожим на маску из бледного фарфора.
– Ты что, не спишь? – прошептала Элис, чувствуя, как учащается ее пульс.
– А ты? – Катя наклонила голову, и ее глаза блеснули в темноте. – Это уже четвертый раз за неделю.
Элис сжала зубы. Она не ожидала, что кто-то следит за ней.
– Не твое дело, – резко бросила она, натягивая ветровку.
Катя медленно опустила ноги с кровати. Ее движения были плавными, почти кошачьими.
– Если тебя поймают, – прошептала она, – нас всех накажут. Опять. Помнишь, как было в прошлый раз?
Элис вспомнила. Месяц без выходных, дополнительные дежурства на кухне, унизительные беседы с психологом. Это было полгода назад.
– Не поймают, – она уже стояла у окна, пальцы скользнули по холодной ручке.
Форточка открылась с тихим скрипом. Ночной воздух пахнул сыростью и прелыми листьями. Где-то вдалеке ухал филин – странный, нездешний звук для этих мест.
Элис огляделась. Ни души. Только луна, холодная и равнодушная, освещала ей путь.
Она перелезла через подоконник, ноги коснулись мокрой от росы земли.
– Элис… – Катя дотянулась до нее, но было уже поздно.
– Я быстро, – усмехнулась Элис и растворилась в темноте.
Каждый ее шаг отдавался в висках учащенным сердцебиением. Элис прижалась к стене, сливаясь с тенями, пока не достигла забора.
Старая ограда детдома местами была неустойчива и хлипка. Она знала каждую дыру, каждый слабый участок. Пальцы нащупали знакомые выбоины, что вели на свободу. Через мгновение она уже была по ту сторону.
В пяти минутах ходьбы, за поворотом у старой дубовой аллеи, ее ждал автомобиль «Лада» цвета мокрого асфальта. Фары были выключены, а в салоне светился тусклый огонек сигареты.
Элис замедлила шаг. Внезапно ее охватила странная дрожь – не от холода, а от чего-то другого. Но она отогнала это чувство.
Дверь машины бесшумно приоткрылась.
– Ну наконец-то, – мужской голос прозвучал тепло, но в нем угадывалось нетерпение. – Я начал волноваться.
Элис улыбнулась и шагнула вперед, в темноту салона.
Салон «Лады» пах кожей, дорогим табаком и чем-то чуть горьковатым – мужским парфюмом, который щекотал ноздри. Элис втянула этот запах, чувствуя, как теплая волна разливается по животу.
– Замерзла? – Его пальцы коснулись ее запястья, скользнули вверх по рукаву кофты.
Она не ответила, только прикусила губу. Его прикосновения всегда были такими – нежными, но с оттенком собственности, будто он проверял: на месте ли она, его вещь.
– Для тебя, – он протянул маленькую коробочку, обернутую в шелковистую бумагу.
Элис развернула подарок с дрожью в пальцах. Внутри лежали серебряные серьги-кольца – тонкие, почти невесомые.
– Это… настоящее серебро? – Она осторожно провела пальцем по гладкому металлу.
Он рассмеялся, и его смех наполнил салон, как густой мед:
– Ты смешная. Конечно, настоящее. Разве я могу подарить тебе фальшивку?
Его рука опустилась ей на колено, согревая сквозь тонкую ткань леггинсов.
– Ты знаешь, почему я выбрал именно тебя?
Элис покачала головой, чувствуя, как кровь приливает к щекам.
– Потому что в тебе есть огонь. Они там, – он кивнул в сторону детдома, – уже смирились. А ты – нет. Ты борешься.
Он говорил, а она ловила каждое слово, как голодный зверек. Никто раньше не говорил с ней так. Не видел в ней личность.
– Когда тебе исполнится восемнадцать, – его губы коснулись ее уха, – мы уедем. Далеко. Где тепло и море.
Она закрыла глаза, представляя: песок, солнце, его рука на ее талии. Никаких воспитателей, никаких ночных проверок.
Временами его телефон взрывался сообщениями, когда они были вместе. Он отворачивался, лицо становилось каменным.
– Кто это? – осмелилась спросить она однажды.
– Дела, – он резко убрал телефон в карман. – Ты же не хочешь, чтобы я был бедным?
А потом, чтобы загладить резкость, дарил ей новую помаду или билет в кино.
Порой его пальцы сжимались на ее руке слишком сильно. Однажды даже остались синяки.
– Ой, прости. – Он целовал ушибленное место. – Я забываю, какая ты хрупкая.
Элис отмахивалась, смеялась. В детдоме синяки – обычное дело.
Однажды она увидела в его машине пачку фотографий. Других девочек.
– Кто это? – Потянулась она к снимкам.
Словно хлопок хлыста – он выхватил фотографии.
– Прошлое, – его голос вдруг стал скользким, как лед. – Ты же не хочешь знать о моем прошлом, правда?
Она почувствовала, как по спине пробежал холодок. Но тогда он достал маленькую коробочку. В ней блеснуло золотое кольцо.
– Для тебя. Только не носи его в детдоме, ладно?
И страх растворился, как сахар в горячем чае.
Сейчас они приехали в кафе «Туман», которое было его любимым местом – полуподвальное помещение с липкими столиками и вечно запотевшими окнами. Элис ёрзала на кожаном сиденье, чувствуя, как потные ладони прилипают к холодной поверхности стола. На ней были легинсы с выцветшими коленями и чёрная кофта с капюшоном – ничего особенного, но он как-то раз сказал, что ей идёт.
– Сегодня я хочу тебе кое-что показать. – Он улыбнулся, доставая телефон. – Ты ведь мне доверяешь, да?
Элис кивнула, но в горле уже стоял ком. В последние дни он стал нервным, часто проверял сообщения, а вчера впервые крикнул на неё, когда она случайно задела его портфель.
Он протянул ей телефон. На экране – фотография какой-то девушки в больничном халате.
– Это Настя. Она теперь в Турции, работает в шикарном спа-салоне. Зарабатывает в пять раз больше, чем я.
Элис почувствовала, как по спине пробежали мурашки. На фотографии девушка не улыбалась. Её глаза были пустыми, как у рыбы на прилавке.
– Я… не понимаю, – прошептала Элис, но он уже листал дальше.
– А это Лера. Вот её новая квартира в Дубае. Видишь?
Внезапно его пальцы впились ей в запястье.
– Ты ведь хочешь такую же жизнь, да? – его голос стал низким, почти шёпотом. – Красивую. Особенную.
Элис попыталась отодвинуться, но его хватка стала железной.
– Я… мне надо в туалет, – выдохнула она.
Он засмеялся и отпустил её руку, но его глаза бегали из стороны в сторону, он словно был взбешён.
– Конечно, малышка.
Когда дверь туалета захлопнулась за ней, Элис поняла, что угодила в ловушку. Она нервно начала набирать сообщение Кате в мессенджере: