Денис Колиев – Серый хлеб (страница 4)
Ужин прошёл молча. Тарелка на столе – без «руки мой», без «как день». После ужина он вымыл посуду сам. Окно запотело, он провёл пальцем по стеклу прямую линию. Лида подошла, провела свою рядом, параллельно.
– Витя. Нам на коммуналку не хватает. Тысячу двести.
– Когда платить?
– До двадцатого.
Четырнадцатое. Зарплата двадцать пятого. Не сходилось.
– Может, Тамара одолжит.
– Нет.
– Почему?
– Нет.
Он не смог бы объяснить, что дело не в Тамаре и не в тысяче двести. А в том, что как только кто-то чужой узнает, что они не могут заплатить за коммуналку, бедность станет не жизнью, а положением.
– Найду.
– Где?
– Найду.
Лида только глянула на него. Не спорила. От этого было хуже.
* * *
В четверг – повторный вызов на Свердлова, 9.
– Я же менял сифон.
– Значит, другое. Поезжай.
Рустам открыл – небритый, с тёмными кругами под глазами, в спортивных штанах.
– Под ванной теперь.
Лужа. Виктор лёг на пол, посветил фонариком. Перелив ослаб. Пустяк. На полке в ванной стояли шампунь, бритва и одна зубная щётка.
Десять минут. Вышел в прихожую – Рустам над бумагами на кухне, калькулятор, телефон.
– Готово.
– Чай?
– Заявки ещё.
Надевая ботинки, Виктор увидел на тумбочке конверт. Белый, без надписи, толстый. Край отогнут – пятитысячные купюры. Много.
Пальцы замерли на шнурке. Конверт был в полуметре. Рустам в ванной, вода шумит. Любой может.
Виктор завязал шнурки. Медленно.
– Бывай.
Спустился, вышел. На улице дышал так, будто нёс что-то тяжёлое по лестнице.
* * *
Пятница. Игорь Семёнович вызвал в кабинет – стол, календарь, запах дешёвого кофе.
– Задержка. До третьего декабря.
Две с половиной недели. Коммуналка до двадцатого. Еда. Проезд.
– Город не перечислил, – сказал Игорь Семёнович, крутя печатку в пальцах. – Могу аванс. Пять тысяч.
– Давай.
Пять тысяч. Минус коммуналка – четыре двести. Остаётся восемьсот. На две недели.
Серёга в коридоре курил в форточку.
– Тоже задержка?
– Тоже.
– Суки.
Виктор пошёл домой пешком. Считал на ходу. Хлеб Лида принесёт с завода – серый, заводской, тёплый. Картошка – килограмма два. Тушёнка – банка. На неделю хватит. На две – нет.
Дома было пусто. Лида на второй смене. Виктор сел на кухне, положил пять тысяч на стол – одной купюрой. Посмотрел на неё долго, как будто купюра могла что-то объяснить.
* * *
Субботу утром пошёл на почту, платить коммуналку. Одно окошко, очередь пенсионеров. Сорок минут. Старуха в платке пересчитывала монеты на ладони.
Четыре двести. Квитанция. В кармане восемьсот.
Зашёл в магазин: хлеб, молоко, макароны, яйца. Четыреста двадцать. Осталось триста восемьдесят.
Дома положил на стол – три сотни и мелочь.
– Это на сколько? – спросила Лида.
– До третьего декабря.
Она встала, подошла к окну.
– Проживём, – сказал он.
– Мы всегда проживаем.
Повернулась.
– Я устала, Витя. Иногда утром не могу встать.
Руки на кружке дрожали – мелко, почти незаметно.
– Возьму частные вызовы. Объявление повешу.
– На чём? У тебя интернета нет.
– На столбе.
Лида усмехнулась.
– На столбе. Ладно.
Он написал на тетрадном листе: «Сантехник. Все виды работ. Недорого. Телефон». Вырезал полоски с номером. Приклеил на столб у остановки, на доску у магазина, на стену у подъезда. Скотч кончился, последнее прилепил жвачкой.
* * *
В воскресенье вечером позвонили.
– Сантехник? Кран поменять. Смеситель. Сколько?