Дэниел Сигел – Разум (страница 61)
Такой взгляд на плоскость создает мощные концептуальные рамки, поддержанные (но ни в коем случае не доказанные) данными о непосредственных переживаниях в первом лице, предложенными в размышлениях еще до того, как плоскость была введена в мастер-класс. Этот подход согласуется с квантовой физикой. Он может и совпадать, и предсказывать отчеты о переживании психической жизни, включая ее изучение во время занятий колесом сознавания.
В качестве рабочей гипотезы плоскость возможности дает систему координат для осмысления опыта. Тем не менее нужно иметь в виду, что такие концептуальные рамки, как лингвистическая модель и визуальная метафора, могут ограничивать нас нисходящими («сверху вниз») фильтрами. Видимо, это верно, или верно лишь частично, либо совсем неправильно. Давайте будем открыты для этого широкого спектра возможностей.
Есть некий интригующий аспект плоскости. Если предложить участникам такую точку зрения, многие начинают интенсивнее работать и расширяют чувство «происходящего», яснее ощущая сдвиги в поле своего сознавания. Они чувствуют силы привнести в жизнь больше спокойствия и связности. Некоторые — это бывает почти на каждом мастер-классе — даже признаются, что исчезла хроническая боль в колене, шее, спине или бедре. Судя по их письмам, боль не возвращается. В чем причина? Если боль находится на метафорическом ободе, облегчение приносит укрепление доступа к оси. Исходя из концептуальных рамок механизма плоскости, если хроническая боль — устойчивое плато, порождающее пики интенсивной боли, то доступ к плоскости в буквальном смысле сбрасывает субъективный опыт разума вниз, на плоскость возможностей, уводит от жесткого плена болевых пиков.
Как ощущается «нахождение» на плоскости? Для многих доступ к ней связан с ощущениями, которые мы уже перечислили: открытостью, покоем, бесконечным потенциалом, любовью, связью, целостностью и безмятежностью. Если бы я читал эти слова, не пережив их суть лично и не слыша их снова и снова от участников, я бы в это не поверил.
Знание о плоскости не должно быть необходимым для работы колеса, однако это понимание, видимо, не только позволяет концептуально и практически расставлять все на свои места, но и вдохновляет. Это любопытное наблюдение, но ни в коем случае не доказательство обоснованности этой гипотезы.
В конце ретрита на упомянутых выходных мы с Эдом провели итоговую сессию, посвященную ряду тем, в том числе инициативе «Проект нового нарратива», над которой они работали. Проект был попыткой найти междисциплинарный и межконфессиональный путь соединения науки и духовности. Я посмотрел в зал, увидел людей всех возрастов и социальных слоев и почувствовал, что страсть Эда смешивать свою религиозную подготовку с научным погружением в разум подпитывала потенциальный сдвиг в каждом, делившемся в те дни опытом.
Эд спросил, как соединить некоторые размышления, возникшие благодаря колесу сознавания, с тем, как люди воспринимают Бога и науку. Я выслушал вопрос и замер: у меня захватило дыхание от ясности самого вопроса, и я не знал, что ответить. В моем сознавании возник Джон О’Донохью. Каким-то образом самоорганизующаяся душа его разума полностью проявилась: в Эде, во мне, в этом помещении.
Я сделал глубокий вдох. Когда я вспоминаю этот момент, представляю, что вокруг оси моего колеса сознавания был четырехслойный круг, струившийся во все, что возникало с течением энергии, когда действительность преображалась — этот термин мог бы использовать Джон — из моря потенциала, плоскости возможностей. Это был «носок» (SOCK), о котором мы говорили:
Свой ответ Эду я начал с предположения, что должен признавать по-настоящему научный взгляд: сущности, задающие вопросы и отвечающие на них, возникают отчасти внутри организма. Аппарат тела, включая мозг, был бы ограничен в своих путях восприятия и, видимо, даже понимания. Научный взгляд должен допускать возможность, что реальные объекты окажутся непознаваемы через призму ученого — в принципе или в конкретный момент. Тем не менее погружение, совершенное в те дни, вероятно, помогло нам заглянуть в природу сущности разума и суть вопроса Эда.
Если под «Богом» Эд подразумевает структурированные силы, невидимые для глаза и не познаваемые рациональным разумом, то принципы науки должны быть в состоянии рассмотреть вероятность существования такой незримой реальности. Не все, что реально, можно увидеть, точно так же, как не все важное можно измерить. Если Эд имеет в виду, что людям полезно найти общую почву для занятий духовными практиками и научных устремлений, то я догадываюсь, как этого достичь. Если рассматривать духовность как жизнь, наполненную соединенностью и смыслом, а науку в широком смысле определять, как освещающую глубинную природу реальности, встряхивающую поверхностные представления и обнажающую скрытые механизмы, то должна быть не только точка пересечения, но и взаимное вдохновение.
Мне сложно дословно воспроизвести, что я говорил после этого. До того, как высказался, я учел все, что мы с вами рассмотрели в ходе нашего путешествия и связи с Эдом, и подумал: если разум имеет субъективную текстуру, такую же реальность и самоорганизацию в качестве фундаментальных компонентов, пожалуй, у разума есть собственный разум[88]. И с оказываемым в настоящем мгновении преимущественным влиянием проводящего и восходящего («снизу вверх») процесса, с ощущением неконтролируемого потока в сознавание или с концептуальным фильтром нисходящего («сверху вниз») конструктора, без сознательного контроля формирующим и определяющим наше видение и действия, сознавание может ощущаться как то, что управляется чем-то «иным, отличным от нас». И тем не менее, если перестать вмешиваться в этот разворачивающийся процесс и иногда позволять потоку ощущений и знания просто возникать, разрешая подключиться наблюдающему и знающему потоку, можно получить полезные переживания.
Так я думал и чувствовал перед тем, как ответить на вопрос.
Затем я ощутил, что мои губы двигаются, услышал свои слова, почувствовал самоорганизующееся присутствие Джона, увидел заботливые глаза Эда, взглянул на 300 лиц в зале — спокойных, сосредоточенных на нашей беседе, и начал говорить. Кажется, я сказал следующее: «Если вообразить, что энергия — это фундаментальная сущность Вселенной, и даже материя представляет собой конденсированную энергию, то паттерны энергии — суть реальности. Если допустить, что энергия проявляется как потенциалы, пересекающие туда и обратно спектр от открытой возможности до вероятности и действительности, удастся почувствовать, как человек испытывает свою психическую жизнь. Если учесть, что открытая система естественным образом стремится к соединению дифференцированных частей, то интеграция может быть той невидимой силой, которая приводит в движение наш самоорганизующийся разум.
Во время выполнения практики колеса сознавания, — продолжал я, — мы дифференцируем различные аспекты вдоль спектра кривой распределения вероятности энергии. Этот спектр и есть переживание разума. Различные элементы обода ощущаются как эмерджентные формы психической деятельности, возникающие и растворяющиеся, когда действительность переходит обратно в вероятность, а затем в возможность. Если говорить о внимании, которое направляет энергетический и информационный поток вдоль обода, то мы врожденно дифференцируем не только элементы обода друг от друга, но и ось от выходящей из обода спицы, паттерны энергии над плоскостью, а также проявления вероятности и действительности, возникающие из возможности.
Движение спицы усиливает ось тем, что подключает способность получать доступ к плоскости возможностей. Если развернуть спицу внимания на 180 градусов, прямо на метафорическую ось, в центр колеса, мы начинаем непосредственно переживать осознавание сознавания.
Ось способна соответствовать плоскости возможности. И из этой открытой плоскости рождается ощущение бесконечности. Появляется осознавание, что и ваша ось, и моя, и все наши оси суть одно. Бесконечность и есть бесконечность: каждая из наших плоскостей возможности представляет собой море потенциала, пул бесконечного или почти бесконечного. Плоскости идентичны или почти идентичны». Я посмотрел на всех, собравшихся в те выходные, чтобы погрузиться в эти переживания для изучения разума. «Мы живем в разных телах, — сказал я, — но сущностная плоскость у нас одна. Хотя она может иметь близкую к нулю определенность, хотя мы живем в телах, видимо, благодаря этому упражнению получится максимально близко подойти к открытому чувству бесконечности». Когда я посмотрел на красивые, светлые лица участников, то ощутил, будто каждый человек состоит из той же сути, каждая индивидуальность — часть коллективного бытия, каждый из них — это я, и все мы соединены благодаря оси, в наших плоскостях возможности.