Дэн Браун – Современный зарубежный детектив-10. Компиляция. Книги 1-18 (страница 185)

– Это спуск якоря.

Он нажал кнопку, и с носа послышался скрежещущий металлический звук от вытравливающейся якорной цепи.

– Прекрасно. Хотите что-нибудь выпить?

Тыльной стороной ладони он вытер пот со лба.

– Да, воды, пожалуйста.

Внизу в жилом помещении девушка налила пару стаканов воды из бутылки в холодильнике. Ей пришло в голову, что она только что переплыла залив в собственном доме. Как странно, что раньше она этого не осознавала. Но как волнующе. Можно просто поднять якорь и уплыть – не надо собираться. Не надо ждать, пока Саймон возьмет отгул, а потом распорядится, куда они поедут. Впервые за долгие годы она делала ровно то, что хотела.

Лодка мягко покачивалась. Астрид потратила столько времени, сидя в квартире и наблюдая из панорамного окна, как жизнь проходит мимо. Теперь девушка окунулась в нее с головой. Залив, река… открытое море. Все они были связаны друг с другом. Ждали, пока их исследуют.

На палубе Кобб разложил кресла и повернул их в сторону суши. Астрид подала ему стакан и села рядом. Перед ними простирался пляж Арне. Место, где Эрик развел костер, было немного в глубине.

– Кобб, а мы можем подобраться поближе?

– Нет, слишком мелко, даже во время прилива. Вам нужен тузик.

– Тузик?

– Маленькая гребная шлюпка-ялик. В мастерской у меня есть одна старая, можете взять.

– Спасибо. – Она осушила стакан. – То есть нужно встать здесь на якорь, догрести в шлюпке до берега и вытащить ее?

– Точно.

Астрид припомнила последние минуты встречи с Эриком. Она оставила его у костра и пошла по пляжу. Вроде на песке не было других следов. Но и то сказать, с чего бы она стала их искать? Если она права и Эрика отравили, убийца наверняка пришел по воде. В заливе стояла яхта значительно больше ее лодки. А на берег, вспомнила она, вытащили шлюпку. Она прикрыла глаза. Что было написано на борту? Не вспоминается. Пока нет.

– Все нормально, Астрид?

Она открыла глаза.

– Да, спасибо. Все хорошо.

– Насчет мотора. Выслушаете меня?

– Давайте.

Он поставил стакан на палубу.

– Он в неплохой форме. Я угадал – со всеми запчастями выйдет примерно шесть кусков, может, семь.

Семь тысяч? Это уже выходило за ее бюджет. Но почему она не могла отказать? Потому что хотела увидеть его снова? Она прогнала эту мысль.

– Значит, это хорошие новости.

Он наклонился и потер низкий поручень, шедший вдоль борта. На пальцах остался большой лоскут высохшего лака.

– Хотите, чтобы я отшкурил деревянные части и все покрасил?

– Нет, внешним видом я займусь сама.

– Серьезно?

– Да, я художественный реставратор. Я восстанавливаю картины. Здесь та же задача, только масштаб больше и материалы другие. Краска, лак…

– Рад за вас. Тогда я завезу вам ящик с шлифовальной машинкой и инструментами.

– Спасибо.

Она посмотрела на отмель. Косяк серых рыб патрулировал проемы между островами камышей, плавники медленно и безмятежно скользили по поверхности воды. Как и взгляд Кобба.

– Кобб, вам всегда нравилось море?

– Да, и лодки. И рыбачить. Ребенком я проводил на воде больше времени, чем на суше. Я учился читать по таблице приливов. – Он фыркнул. – По крайней мере, мне так рассказывали.

– Насчет рыбалки – здесь хорошие места?

Он обернулся к ней.

– Вам правда интересно? Или спрашиваете из вежливости?

– Я же невежливая, помните? – Она засмеялась. – Нет, правда интересно.

На самом деле ей нравилось слушать, как он говорит. Когда он с ней не спорил и не выпаливал указания насчет лодки, то говорил красивым голосом. Глубоким, мягким, слова наплывали друг на друга нежным потоком.

– Здесь слишком мелко. И рыба мелкая, в основном кефаль. Поймать сложно – капризная, а во вкусе чувствуется ил. Лучше ловить окуня в проливах поглубже.

– Надо попробовать.

Пока они сидели, вода начала потихоньку отступать. На отмели камыши выступили еще на несколько дюймов.

– Ваша семья давно занимается лодками?

– Три поколения. Дед купил землю и сделал мастерскую. Папа работал там всю жизнь.

– А когда вы заняли место отца?

– Уже лет десять как. Я путешествовал, а эти места будто звали меня назад. Два моих брата не заинтересовались. Так что работу получил самый несмышленый сын. – Он ткнул ее локтем.

– Извините за эти слова, – смущенно сказала она. – Не лучшее начало, да?

– Нет, – рассмеялся он, – но самые лучшие путешествия и начинаются трудней всего. По крайней мере, так у меня случалось.

Это ли он имел в виду?

– Может быть, – тихо сказала она.

Они сидели молча. В воздухе сгущалось напряжение. Смена погоды? Или оно возникало между ними? А он тоже почувствовал?

Она смотрела вперед, избегая взгляда Кобба. Рыба уплыла в безопасность глубоких вод. Вскоре киль лодки ляжет на песок. Тогда они застрянут. Придется сидеть здесь до следующего прилива. Целые часы наедине. Он уж точно это понимает. Она закрыла глаза и стала ждать, чувствуя, как бьется сердце.

Вскоре он встал и посмотрел за борт.

– Пора отправляться.

Глава 16

Дядя Генри ей написал – если так можно сказать. Небрежным почерком, на листочке, но хоть как-то. В тот первый день, когда она встречалась с Даттоном, то подумала: странно, что дядя не оставил ей никакого письма. Если один человек завещает другому все, что нажил, разве не стоит объяснить почему? Но никаких бумаг совершенно точно не осталось. Даттон был уверен. Выходило, что дядя хотел общаться с ней этими записками.

Она стояла на парковке и в десятый раз крутила листочек в руках. «Астрид, ты внизу у лестницы». И это все.

Как он догадался, что она здесь задержится? И задержится достаточно надолго, чтобы самой убраться на лодке. Она же могла сразу ее продать, и новые владельцы записку бы не нашли или не поняли.

Другой, жутковатый вопрос – как он узнал о своей близкой смерти и сразу составил завещание? Даттон говорил, что оно было написано примерно год назад. Значит, дядя Генри очень хотел побыстрее все устроить. Она в последний раз взглянула на листок и спрятала его в карман походных брюк.

На телефоне она поискала «Твитчеров Пербека» и сразу нашла их сайт. На домашней странице начинали с «большого пернатого привета» всем, кто интересуется птицами Дорсета. Особенно новичкам. Девушка закрыла страницу и набрала телефонный номер. Через секунду ответил низкий голос:

– Глен Мейнард слушает.

– Добрый день, меня зовут Астрид Киснер. Мне бы хотелось с кем-то поговорить о… – О чем она хотела поговорить? Об убийстве? Лучше перейти к нему постепенно. – Меня интересуют птицы.

В трубке прошелестело:

– Отлично! Вы хотите записаться на курс наблюдения за птицами?

– Пока не знаю, может быть. Сначала хотела с вами пообщаться, если вы не очень заняты.