Деми Мур – Inside out: моя неидеальная история (страница 13)

Приступ номер три случился сразу после того, как мне исполнилось двадцать, в 1982-м, тогда я как раз проходила прослушивание на роль в моем первом фильме и в конечном итоге ее получила. Я всегда мечтала сниматься в большом кино, поэтому было очень волнительно осознавать, что я буду играть в картине «Во всем виноват Рио». У меня впервые в жизни появился паспорт, поскольку съемки проходили в другой стране. Это была огромная студия под руководством знаменитого режиссера Стэнли Донена, который создал такие культовые кинофильмы, как «Поющие под дождем», «Чертовы янки», «Шарада». Знаменитая Валери Харпер должна была сыграть мою мать, а я буквально росла на телесериалах с ее участием, таких как «Шоу Мэри Тайлер Мур» и «Рода». Моего отца играл Майкл Кейн, но я тогда еще не понимала, что мне выпала возможность работать с одним из величайших актеров всех времен, я просто была очень взволнована. Я договорилась о трехмесячном перерыве для себя в съемках «Главного госпиталя», чтобы сняться в фильме.

Я отправилась в Бразилию с чувством, которое испытывала уже не раз, – жизнь с чистого листа. Со мной происходило что-то совершенно новое. Мне понравился принцип работы: если что-то не получалось отснять с первого раза, мы шли дальше по сценарию – нам не давали сразу исправить сцену. А если все получалось? Ну что ж, в этом случае просто наслаждаешься моментом, потому что все закончится раньше, чем успеешь оглянуться.

Мы остановились в большом отеле на пляже Ипанема и в первый же вечер встретились за ужином. Там были Майкл Кейн, его жена Шакира, элегантная, экзотичная и утонченная – действительно что-то особенное для восприятия обычного ребенка из Нью-Мексико. Джозеф Болонья, другой исполнитель главной мужской роли, был настоящим джентльменом и относился ко мне с особым вниманием. Хотя, по правде говоря, все старались сделать так, чтобы я чувствовала себя комфортно. Меня переполняло волнение, но я держала все внутри, пытаясь выглядеть спокойной и соответствовать их ожиданиям. Я сказала себе: «Не облажайся. Сиди спокойно, смотри и учись».

Что же касается фильма, то это было воплощение самых грязных фантазий развратного старика, его бы ни за что не стали снимать сегодня, а тогда это считалось нормальным. Я играла семнадцатилетнюю девушку, которая с лучшей подругой проводила каникулы в Рио. Во время этих каникул подруга соблазняла моего отца. Джозеф Болонья играл друга моего отца, а я была актрисой второго плана. Главной героиней была Мишель Джонсон – молодая модель, которую вытащили из никому не известного города Финикса в штате Аризона. Мне кажется, что главным козырем на кастинге была ее грудь, но в то время это было само собой разумеющимся. Она показалась мне совершенно невинной. И несмотря на то, что я была лишь немного старше, я чувствовала себя старухой по сравнению с ней.

Во время съемок я познакомилась с классной местной девушкой по имени Зезе, она просто так участвовала в массовых сценах. Зезе была из богатой семьи, хорошо образована и прекрасно говорила по-английски. Мы стали друзьями и весело проводили свободное время – она показывала мне окрестности Рио, водила в рестораны и знакомила со своими друзьями. Вместе с ними я начала ходить на вечеринки, и это было просто потрясающе.

Без Фредди я была собой – никто не знал о моем прошлом, так что я могла без какого-либо давления пробовать понять себя и то, кем я хочу стать. Это было пробуждение во многих отношениях, которое, к моему сожалению, сопровождалось большим количеством кокаина. Пока я была в Бразилии, я чуть не сожгла свои ноздри этой штукой.

Меня поселили в очень хорошем отеле и давали суточные, так что жить было легко, а стало еще легче, когда Зезе сказала, что я могу снять меблированную квартиру. Она помогла мне найти отличный вариант с видом на пляж. Мы подружились с Питером – молодым парнем, который работал во второй съемочной группе фильма, и он стал моим соседом по квартире. Мы с Питером поделили арендную плату пополам, и я откладывала некоторое количество карманных денег на кокаин. Его покупали мои бразильские друзья – они знали, где искать хорошие наркотики. Казалось, что все в Рио нюхали кокаин и пили – по иронии судьбы, за исключением меня. Я не пила, потому что знала, что не смогу себя контролировать, что это небезопасно для меня. Но при этом я даже не задумывалась о последствиях употребления кокаина. В моем ошибочном понимании, это помогало мне чувствовать себя бодрой, полной сил и творчества – в чем же проблема? Тем более что у меня было достаточно денег, чтобы обеспечить себя всем необходимым, а в фильме у меня была относительно небольшая роль, следовательно, оставалось больше свободного времени, чтобы отдыхать.

Эта сказка длилась несколько месяцев. Зезе стала моим другом на всю жизнь, мы до сих пор поддерживаем связь. А в те дни мы все время тусовалась вместе с Питером, Зезе и ее другом Паоло, красивым бразильским мальчиком. Мы веселились в нашей квартире, ходили на пляж и гуляли по городу. Я как-то даже забыла, что была замужем, вплоть до того момента, пока однажды ночью не оказалась в постели с Питером. (Мы оба сразу поняли, что это ошибка, да и случилось это всего лишь один раз.) У меня были настоящие приключения, я набирала популярность, делая карьеру, и никогда не чувствовала себя настолько свободной.

Свобода, которую я ощутила благодаря наркотикам, вместе с моей молодостью, дерзостью и беспечностью подтолкнула меня выйти за рамки привычного. Предполагалось, что в фильме будет сцена, где моя героиня летит на дельтаплане, но из-за страховки продюсеры настаивали на дублере. Питер был вторым режиссером, и я предложила ему: «Давай я это сделаю сама, без каскадера». Моя идея могла стоить ему работы, могла поставить фильм под угрозу. Но она сработала, несмотря на то что появилась благодаря безрассудству, подпитанному наркотиками. Я натянула ремни, побежала прямо к краю скалы – и вот передо мной уже невероятный вид Атлантического океана.

Глава 9

Несмотря на все мои похождения в Бразилии, у меня все же было какое-то представление о честности. Человек, которым я хотела стать, не должен был врать. Вернувшись со съемок, я была полна решимости рассказать Фредди всю правду и взять на себя ответственность за все, что сделала. Я призналась в том, что произошло с Питером, и сказала, что наши отношения зашли в тупик.

Фредди был в ярости из-за того, что я подвела его в нашем браке. Мне хотелось поступить правильно при разводе, поэтому я согласилась платить ему алименты в течение года. Впрочем, он недолго оставался один. Еще в самом начале наших отношений он давал уроки игры на гитаре, чтобы подзаработать, и одной из его учениц была четырнадцатилетняя сестра его друга. Я сразу заметила, что между Фредди и Рене что-то есть, несмотря на то что он вдвое старше.

– Держу пари, если мы с Фредди расстанемся, вы будете вместе, – сказала я однажды в шутку.

Рене смутило это высказывание, а Фредди очень сильно разозлился, что я расстроила ее, но, как только мы с Фредди развелись, они стали парой и по сей день ею являются.

Развод был моей идеей, однако после него я чувствовала себя брошенной на произвол судьбы. Один друг одолжил мне свою квартиру в Марина-дель-Рей, и я ночевала там, пока не нашла себе жилье. Именно в этом месте мне исполнился двадцать один год.

Я не была по-настоящему близка ни с кем из «Главного госпиталя» и вернулась только для того, чтобы отработать оставшуюся часть контракта после возвращения из Бразилии. Потом я взяла второй отпуск, чтобы сняться еще в одном фильме, но с ним ничего не вышло. К этому моменту меня вычеркнули из предстоящей сюжетной линии «Главного госпиталя». И у меня не осталось ничего, чтобы отвлечься от своих мыслей.

Я снова начала пить, и за этим последовали сложные времена. Однако перед миром я представала такой же, как всегда, – бодрой, уверенной, смелой. Кстати, купила мотоцикл «Кавасаки» и носилась на нем по всему Лос-Анджелесу без шлема и прав.

Мое легкое влечение к кокаину переросло в зависимость. Я никогда бы не подумала, что назову себя наркоманкой. Я получала порции кокаина от дантиста – хорошие порции, если учесть, что его тогда днем с огнем было не сыскать. Позже я стала получать кокаин через моего бизнес-менеджера. Мне кажется невероятным, что человек, консультировавший меня по финансовым вопросам, ни разу не обратил мое внимание на то, сколько я трачу на наркотики, однако он и сам любил ими побаловаться. В конце концов я расторгла наше соглашение с ним, но не раньше, чем потратила большую часть своих денег.

К счастью, я получила главную роль в фильме «Только большое чувство» – это была молодежная романтическая комедия студии Columbia Pictures. Я играла молодую певицу из ночного клуба, а Джон Крайер – девятнадцатилетнего фотографа, который влюбляется в нее. Это была его первая роль в кино. В реальной жизни Джон тоже влюбился в меня, и во время съемок он благодаря мне потерял свою невинность. Неприятно думать о том, как бессердечно я относилась к его чувствам, ведь я украла у него то, что могло бы быть таким важным и прекрасным. Тогда я была не в том состоянии, чтобы заботиться о чьих-то чувствах, мне хватало своих проблем. У меня был период, когда моя жизнь наполнялась бессмысленностью, я не помнила, как просыпалась, не знала, где нахожусь, долго вспоминала, должна ли идти на съемки через час или нет. Потом, конечно, приходилось кому-то звонить и просить, чтобы меня забрали. В общем, все было как в тумане.