Дебора Макнамара – Еда и отношения: Как накормить и напитать наших детей и всех, кого мы любим (страница 3)

Я решила, что проще всего обсудить проблему кормления младшей, начав с того, что сработало со старшей. В плане еды старшая была не ребенок, а мечта. Она ела с удовольствием, охотно пробовала все новое и любила то же самое, что и папа с мамой. Младшая, однако, была очень привередлива в еде и придирчива к новым вкусам, и ее было очень трудно накормить, она упрямо от этого уклонялась: откусывала пару кусочков и отворачивалась, понимая, что я незаметно подкладываю на тарелку еще. В процессе кормления она иногда морщилась и плевалась, глядя мне прямо в глаза. Я все больше расстраивалась, а она все больше сопротивлялась, от чего моя настойчивость лишь росла. Она теряла ко мне доверие, я начинала впадать в панику.

Гордон внимательно выслушал мой рассказ о младшей, которая больше всего любит сладости и обожает хлеб с сыром. И не просто обожает – ни о чем другом слышать не хочет. Я сказала: «Если я пущу все на самотек, она всю жизнь будет питаться бутербродами». Гордон рассмеялся, я же заговорила с удвоенным беспокойством и тревогой: «Но я боюсь, что у нее всю жизнь будет из-за этого запор. Как мне впихнуть в нее что-то полезнее хлеба с сыром и не испортить с ней отношения?» Я договорила и уставилась на него.

Он помолчал, но я буквально слышала, как шестеренки вертятся у него в голове. Его глаза задумчиво блуждали из стороны в сторону, пока он обдумывал мой вопрос. Обычно это занимало меньше времени, и я ждала, надеясь на развернутый ответ. В конце концов он сверкнул глазами, хитро улыбнулся и ответил: «Ну, если запивать такой бутерброд вином, получится идеальное блюдо». Потрясенная, я утратила дар речи и погрузилась в мучительные раздумья, не подвел ли меня слух. «И это все, что он надумал за целую минуту? Какой же он эксперт в детском развитии и привязанности? Он понятия не имеет, что мне делать, зачем я вообще его спрашивала!» Нарушив молчание, я заговорила на единственную тему, которую могла поддержать: проблемы других.

В тот день я возвращалась со встречи самой дальней дорогой. Я кипела от ярости. Что за дурацкий ответ я получила? Но сквозь мое разочарование и огорчение пробивалось и другое чувство: любопытство. Гордон не был дураком, напротив, я знала его как умнейшего человека. Он не верил в простые ответы на вопрос «Что мне делать?», потому что они ставили родителей в пассивное положение и не помогали им овладеть ситуацией, взаимодействуя с ребенком. Он не стремился к роли эксперта, его задачей было сделать экспертами по детям самих родителей. Он был уверен, что это величайший дар для любого ребенка. Может, таким обходным путем Гордон пытался мне что-то донести? Насколько я его знала, это было на него похоже. И я задумалась: «Что бы это могло быть?» Что именно мне требовалось увидеть?

Рождение книги «Еда и отношения»

Эта книга появилась благодаря тому вопросу, ответ на который я так и не получила – и продолжала ощущать эту пустоту. Это ответ, который я и должна была отыскать, на который и надеялся Гордон. Но это и нечто большее. В поисках этого ответа я изменила свои отношения с дочерью, отчего она начала лучше развиваться, и не только в плане еды. Одного я тогда не знала: что ответ, который я ищу, выходит далеко за рамки этого вопроса. Продолжая поиск истины, я пришла ко многим вещам, в том числе к изучению источников по диетологии, кормлению детей и привередливости в питании. Я обнаружила много интересного, но все же чего-то не хватало, и это продолжало меня беспокоить. Я начала смотреть на проблему иначе. Вопрос перестал касаться только еды, я задумалась о том, как связаны питание и человеческие отношения. Разделить кормление дочери и нашу с ней привязанность у меня не получилось.

Я начала замечать, что именно упускается из виду в разговорах о кормлении детей. Родителей обычно волнует их поведение и то, как заставить детей есть, хорошо вести себя за столом и пробовать новые продукты, и специалисты фокусируются именно на этом. Я обнаружила множество советов, что же делать, например «с удовольствием принимать пищу вместе», но все они были поверхностными и совершенно не раскрывали, как же достичь этого самого удовольствия. Прием пищи обычно рассматривался как «перерыв на заправку» для организма и не учитывал всей картины, включая здоровье и благополучие. Похоже, мы оказались в своего рода Темных веках: еда и заботливые отношения в нашем обществе полностью разошлись друг с другом. Когда я отступила на шаг назад, чтобы все это осмыслить, до меня дошло и еще кое-что: мы настолько зациклились на еде и поведении, что перестали обращать внимание на главное – насколько ребенок вообще восприимчив к нашей заботе. Ведь растить ребенка означает отнюдь не только кормить его.

Гордон сразу понял, что моя проблема заключалась не только в утрате доверия со стороны дочери. Я сама утрачивала уверенность, что могу обеспечить ей необходимое. Процесс кормления перестал быть связан с моими материнскими чувствами и инстинктами. Была в этом какая-то ирония: я так старательно работала над укреплением наших отношений, но потерпела поражение в битве за еду. Я пришла к выводу, что наш способ заботиться о детях в любой сфере дает им представление, что мы предлагаем и чего от нас ожидать. Наше поведение формирует из них хороших или плохих едоков и влияет на их отношение к еде. Ставки высоки. Неудивительно, что мы паникуем.

Где же корень этой проблемы? Похоже, мы понятия не имеем, какое место занимаем в жизни детей. Мы не просто готовим, чистим зубы, возим их из школы на кружки и обратно, помогаем с уроками, читаем на ночь книжки и следим, чтобы они хорошо себя вели. Главное в родительстве – не прилежно делать все дела из списка, главное то, кто мы для ребенка и кем становимся благодаря любви к нему. Наша задача – удовлетворять потребности наших детей в еде, связи, любви и принадлежности. И как же дать им все это, если еда встает между нами? Как быть вместе, если проблемы с кормлением разлучают нас? Как воспитывать и насыщать наших детей и подростков, пребывая в ужасе или отчаянии, утратив всякую щедрость, которая так необходима кормильцу?

В этой книге нет быстрых решений. Вы не найдете в ней эффективного планирования меню, указаний, что именно есть, советов по организации семейных трапез или способов приготовления различных блюд с нуля. Мы поговорим о придирчивости в еде, но только через призму развития ребенка и взаимоотношений с ним. Эта книга – попытка заглянуть в глубины и найти утраченное. Ее главная цель – приблизить вас к пониманию, как создаются условия для формирования здорового отношения ребенка к еде. Наша основная задача – вернуть детей под наше попечение, чтобы они стали восприимчивы к нашим дарам, чтобы их тела могли усвоить полученное от нас. Нельзя отыскать свой собственный путь к заботе, если следовать чужим указаниям. Гордон знал это, когда отказался отвечать на мой вопрос о «привереде». Когда его слова в полной мере дошли до меня, я была благодарна ему за веру в меня. Мы все нуждаемся в ком-то, кто поверит: мы знаем, что нужно нашим детям. И тогда мы наконец-то поверим в это сами.

Отчасти – рассказ, отчасти – наука

Истории из книги порой заставят вас задуматься, не стояла ли я под вашим окном, когда вы кормили детей или кого-то другого из родни. Почему я так говорю? Потому что после выступлений я очень часто слышу от родителей именно это. В рассказах на страницах этой книги отражен универсальный опыт, связанный с питанием. Не одни вы бьетесь над этой проблемой, женщина в автобусе тоже напряженно размышляет, что приготовить на ужин, а в парке вы наверняка встретите еще одну, расстроенную тем, что потратила время, силы, наготовила кучу вкусностей, а их никто не съел. «Пищевые критики» встречаются во многих семьях, хотя и не во всех. Некоторые родители подолгу блуждают в лабиринте, пытаясь найти способ накормить ребенка со сложными пищевыми проблемами или опасной для жизни аллергией. Другие только осваивают готовку, совмещая это с работой на полный день, или не могут себе позволить купить нужные продукты. Проблемы у нас разные, но я хочу раскрыть суть проблемы, как соединить и использовать во благо отношения, еду и заботу.

О чем же тогда эта книга? Это приглашение к разговору о питании и кормлении детей с новой точки зрения. Это вызов всем тем вещам, которые нынче считаются нормальными, но неестественным, когда речь заходит о кормлении. И, как часто бывает, что подходит нашим детям – подходит и нам самим. Мы разберемся с бихевиористским подходом, который поколениями влиял на кормление детей, вытесняя важность заботливых отношений. Также вы найдете здесь информацию, как формируется наше отношение к еде и как еда связана с эмоциями. Книга проливает свет на причины проблем с едой и на необходимость сместить фокус с питания на человеческие отношения и эмоции. Убеждение, проходящее через всю книгу – взрослые в жизни ребенка лучше всего знают, как заботиться о нем, но иногда им нужна помощь. Это книга, в которой нуждалась я сама 14 лет назад. Она бы очень облегчила мне жизнь, помогла бы вновь обрести уверенность и главное внимание в процессе кормления уделить отношениям.