Даша Сказ – Создадим Новый Мир (страница 48)

– Ты никогда никому не желал зла. И тем более смерти. Твой отец умер не из-за тебя. Он защитил тебя, потому любил тебя, своего сына. Но это вовсе не значит, что ты виноват. Ты тоже любил его. И не мог повлиять на его решение. – Я мягко улыбнулся, надеясь вернуть Джанту его доброту. – Не нужно стыдиться того, чего ты не делал. Просто помни о его любви. Это единственное, что важно. И истинно. – Я протянул ему руку. – И я хочу помочь тебе вспомнить об этом. В благодарность за то, что ты сделал для меня.

Джант убрал ладонь с лица и вскинул на меня взгляд. Я ошеломлённо застыл: из уголков его глаз посыпались искры. Зато в них был тот детский блеск – совсем как в том сне.

– Я догадывался, что ты такое можешь, – прошептал он, взяв мою руку. – Я на это надеялся. Как бы я хотел увидеть его… в последний раз. Попрощаться.

– Ты увидишь. Я помогу тебе.

Я пожал его руку. Огонь засочился по ней, переливаясь то красным, то синим. Мы с Джантом совсем разные, но зато вместе.

Огонь достиг сердца. И Джант глубоко вдохнул. Будто, тонущий, наконец вынырнул из воды.

Свет. Невидимая сила подхватывает нас в воздух. Мира вскидывает взгляд, в её глазах отражаются нити волшебства. Золотая Ива, держась рукой за круглый живот, глубоко вздыхает и проводит по этим нитям тонкими пальцами.

Я же просто смотрел. Смотрел и чувствовал своего наследника – директора Черепаховой Академии, Джанта. Незабываемое зрелище, которое может повториться снаружи, но внутри всегда будет ощущаться по-новому внутри.

Перед Джантом проносились картины прошлого – картины, многие из которых он видел и помнил. Каково ему узнавать? Каково жалеть?

Но он не жалел. Я чувствовал лишь его сладкую меланхолию, как та, которая возникает, когда встречаешься со старым другом.

И сквозь времена и земли стал вырисовываться портрет. Не совсем лицо – лишь очертания. Маска, которая растворялась в зелёном тумане, сменялась тем, что скрывалось под маской. Джант знал, ведь отец не мог не открыться сыну, самому дорогому человеку в жизни.

Улыбка Джанта дрогнула. Искры, пляшущие у уголков его глаз, сменились особыми слезами – голубыми язычками пламени. Его тело – тело бессмертного взрослого мужчины, директора Академии лучших магов всех времён – содрогалось в рыданиях. Столько веков утекло…

– Прощай, папа.

Лицо его отца, великого первого директора, исчезло. Дымкой просочилось сквозь реликвию Смерти, которая тут же изошлась зелёным дымом. Только на этот раз его зелень была не мёртвой, а по-настоящему живой.

Джант опустился на каменный пол. Вокруг закружился туман, и огромная черепаха вторила ему вздохом, сотрясшим всю Академию.

Тут же Золотая Ива взмыла в воздух, возвещая:

– Путевые! Приготовьтесь!

Неужели?..

– Держитесь! – бойко воскликнула Золотая Ива. – Наконец-то Черепаховая Академия вновь переместится!

Я огляделся: маги были в такой же растерянности, как и я. И на глаза мне попалась Мира, шагнувшая к краю балкона.

Не успел я к ней сорваться, как всё закрыло пеленой. Краски вокруг заплясали и завертелись, превращаясь в быстрейший водоворот. Нас захватило диковинным чувством, которого я прежде не испытывал и не представлял даже во снах.

Мир исказился. Проносился мимо со скоростью, уносящей саму душу. Я видел всё и вместе с тем ничего: цветной водоворот рассеялся и радужными искрами заплясал точно на белом небосводе. А впереди лишь воронка.

А перед ней – Мира. Её силуэт, который я узнал бы везде. Её тонкие руки, маленькая фигура, пушистые ушки. Я почувствовал, как она обернулась ко мне и взглянула на меня, хоть лицо её и исчезло в водовороте. Она рассеивалась, в точности как и я, её частички летели мне за спину. Я так хотел её коснуться, так хотел узнать, что эти частички – просто иллюзия перемещения черепахи.

Я поднял руку. Мира склонила голову, наблюдая. На пальцах заплясала пыль её силуэта, и от неё одной мне почему-то стало теплее. Я опустил взгляд. Мира сделала шаг мне навстречу.

И упала в мои объятия. Пространство будто хлопнуло и расширилось, краски стянулись в привычные цвета. В узнаваемый мир.

Но главное – это что я узнавал Миру в своих руках. Чувствовал её тяжесть. Узнавал её тепло.

– Я так скучала, Феникс, – прошептала она, зарываясь носом в мою рубашку.

– Я тоже, Мира, – прижал её поплотнее я и поцеловал в ушко. Мех на нём защекотал мне щёки.

Радость народа наполнила воздух шумом. Он казался таким далёким в объятиях Миры. Рядом Золотая Ива обняла за шею Джанта и закружилась, а тот, улыбаясь в ответ, затанцевал с ней. Кажется, судя по ухмылке, он пошутил про её беременный живот, и Ива, схватившись за него, отпустила какую-то колкость. Они засмеялись.

Будем ли мы с Мирой когда-нибудь такими же счастливыми? Чтобы ничто и никто нам не препятствовали.

Я перевёл взгляд за балкон. А там – теплота заката и бесконечные золотые пески. Бесконечное море утопало в рыжине, омывая берег большими пенными волнами. Даже не разглядывая деталей, я почувствовал, куда отправила нас черепаха.

– А знаешь, где мы, Мира? – спросил я, улыбаясь.

– Где? – посмотрела она на меня.

– На моей Родине. В Вондерландии.

Мира молча отпрянула и обеспокоенно приложила руку к моему сердцу. Я же, успокаивая её, усмехнулся.

– Остался последний, самый сложный шаг. Но разве мы когда-то боялись трудностей?

Глава третья

Вондерландия

С отни веков назад эти земли нарекли Страной чудес. Страной чудес – света голубых берегов Эдельгвирского моря, в искрах которого тонут белые колонны дворцов и храмов. Пестроты пышных садов, о цветах которых пели тысячи поэтов. Златокожести и героизма людей, поклоняющихся блистательному кесарю. И жаркой пустыни – Игнисовой Могилы, названной так в честь беспощадного светила.

Возможно, Вондерландия, Страна чудес, отчасти и напоминала олицетворение диковинной заморской сказки. Однако, увидев её зарождение и её будущее, мало кто согласился бы с этим. В глубокой древности Вондерландию разрывали тысячи племён, кровожадных и беспощадных, как сама Игнисова Могила. Они поглощали и уничтожали друг друга, не оставляя и памяти о тех, кого порабощали. Милосердия тогда не существовало. А его подобие казалось древним вождям исключительно слабостью. Лишь безумие – вечная истина.

Но так не могло больше продолжаться. Дикари не способны понять: без единства их потомкам конец. Нужен был тот, кто наконец разорвёт порочный круг. Таким и стал первый Кесарь – воплощение Огня, спрятанное в теле смертного юноши. Сама Богиня посылала ему идеи, которые не мог помыслить иной предводитель. В конце концов молодой Кесарь получил от неё силу пламени и отправился в поход – поход не разрушительный, но объединительный.

Карающая рука Кесаря знала и милосердие, и жестокость. Огонь, текущий по его венам, знал и созидание, и разрушение. Одних он возвышал, других – хоронил. Сила и хитроумие Кесаря захватили умы безумных вождей и сделали их преданными слугами. Патрициями, чьи потомки пройдут бок о бок с потомками Кесаря вплоть до самого печального будущего.

Однако горячим сердцам вождей нужна была цель. Они не могли оставаться на месте: спокойствие для них – мука. Кесари долго удовлетворяли желания патрициев, посылая их за море в грандиозные походы. Останавливать мировое зло, защищать страну, исследовать неизведанные земли. Даже грязный плебей, совершив достойный подвиг, мог превратиться в прославленного героя и гордого патриция. В мирное время вондерландцы не могли найти покоя: ни опыт жизни других стран, ни восстания и бунты, ни вера не вторили их нуждам.

Мировая война. Она нужна была вондерландцам, хоть те её не ждали и не хотели. Когда Вондерландия открыла далёкий Та-Ааи, кесарь немедленно отправил туда свои легионы. Пока просто помочь местному фараону завоевать Та-Ааи, чтобы потом отсечь голову та-аайскому правителю. Фараон оказался неглуп: нетрудно понять, что «союзники» искали в сотрудничестве выгоду.

И когда лгать друг другу они уже не могли, разразилась бойня. Начатие Алого Рассвета – так его назвали в Та-Ааи. Легионы и фараоновы войска, вонзив кинжалы в спины врага, перебили друг друга, залив кровью Нехен, столицу Та-Ааи. После их война распалилась пламенем – теперь она шла не на жизнь, а на смерть. А дальше история всего мира затихла.

Только итог деяний Вондерландии известен. Создательница прокляла их, как и прочих. И удар оказался невыносим не только для Вондерландии, но и для гордыни её жителей. Природа восстала против народа: песчаные бури и морские штормы заперли его на маленьком клочке земли. Теперь никаких походов и никаких войн. Лишь трусливое ожидание конца.

Или же есть сила, способная сломать любые стены?..

Есть и другое название Вондерландии, правда не из уст зазеркальцев, а в мыслях одного смертного. «Дом». Так нарёк эту страну Проводник. Дом, в который не хочется возвращаться. Дом, где всё началось и где всё закончится. Последний шаг. Последнее испытание – самое сложное. Испытание прошлого.

Проводник бежал в будущее. Вскоре его жизнь преобразилась и оказалась неузнаваема даже для него самого. Однако круг замкнулся. Нужно возвращаться. Нужно взглянуть в глаза живым воспоминаниям. Только окончив свой путь, Проводник сможет указать его другим. Только тогда он сможет исполнить предназначение – проводить наследников и попрощаться с ними навсегда, попрощаться со смыслом собственной жизни.