Даша Сказ – Создадим Новый Мир (страница 46)
– Первый директор Черепаховой Академии, величайший маг Смерти и мой приёмный отец – Неизвестный. Таков был его псевдоним. Никто не знал, даже как он выглядел. Так что маска не просто наваждение.
Несмотря на напускной восторг, я ощутил в Джанте вовсе не его. А тот самый туман…
– Маг Смерти?
– Да, так он и почувствовал, что на далёкой планете не было смертей, – напомнил Джант, проверяя что-то под рубашкой. Видимо, реликвию Смерти, которая досталась ему от отца.
Я смотрел в то самое место, откуда просачивался зеленоватый свет, и не думая сказал:
– Я вижу туман.
Джант тут же напрягся.
– Что? В каком смысле?
– Туман Смерти, – повторил я, обращая взгляд ему в глаза. – Ты источаешь его всегда, когда чувствуешь отчаяние.
Теперь Джант уже схватил реликвию под рубашкой, стягивая ткань в кулак.
– Это… твоя сила Проводника, верно?
Я кивнул.
– Ясно. Это… что-то новенькое, – усмехнулся он – явно не от радости.
– Разве в Академии нет магов, которые умеют читать мысли или угадывать настроения? – удивлённо переспросил я.
– Есть, причём самые могущественные из ныне живущих. Только вот если бы я не научился блокировать их приёмы, я не был бы директором Академии.
Этот сарказм всё-таки вызвал у него настоящую улыбку. Я побоялся её потерять и пошутил в ответ:
– Я вондерландец, я знаю только, как блокировать приёмы в бою.
– О, знал я одну вондерландку, которая сказала бы точно так же… Она погибла на той далёкой планете, прежде чем я успел с ней попрощаться.
Я уже собрался вновь его утешить, как вдруг понял, что Джант вовсе не потерял радости в улыбке.
– Воспоминания о ней и о всех старых друзьях греют мою бессмертную душу.
Наконец он поднялся со скамьи. Не успев опомниться, я вскочил следом.
– Думаю, время подводить итоги.
– А как же. – Я обронил взгляд на книги.
– Тебе они больше не понадобятся.
Кивнув на прощание Хекиме, раздражённой нашим шумом, Джант направился к выходу. Я юркнул за ним.
Мы направились к лестницам. Как ни странно, мы не поднимались – наоборот, спускались, обходя панцирь по кругу. Мы молчали, но, к моему удивлению, тишины не было.
Вокруг мелькали маги. Настоящие, живые, не те образы из недавнего сна. Они торопились, они разговаривали, они улыбались. В пустых коридорах мне впервые встретился кто-то смертный. Почему? Неужели я что-то понял? Что-то увидел, чего не мог увидеть раньше? Это иллюзия, или моё сознание изменилось? Они как в том самом сне. Не голодные, не уставшие, не отчаявшиеся. Они живые. И всё время такими были.
Забрезжил свет. Джант вывел меня к дверям, и мы прошли в открытый проём, столкнувшись с потоком холодного ветра. Я поёжился и разжёг огонь внутри. Тело качало из стороны в сторону, но я, по крайней мере, не мёрз.
Это балкон, широкий и раскидистый. На нём толпились жители Академии, что-то бурно обсуждая, но из-за ветра я едва ли слышал что. Джант проходил мимо и здоровался с каждым из них, будто знал имя всякого, кто к нему оборачивался. Нам уступали место, пристально смотря вслед, будто зная что-то, чего не знаем мы.
В конце концов мы оказались на краю. Вид бесконечных пустых земель меня совсем не вдохновил: его я видел и из окна своей комнаты. А вот когда я опустил взгляд…
Голова огромной черепахи – Адалинды, как назвал её Джант. Я видел её сверху, впервые. Она и сама казалась балконом, только дышащим и двигающимся – на таком наверняка страшно и удивительно стоять.
Но там кто-то всё-таки стоял. Я не мог их точно разглядеть – видел только, что несколько фигур выстроились, словно перелётные птицы, за вожаком – пожилым мужчиной с длинными белоснежными волосами, развевавшимися на ветру шёлковым платком.
– О, наконец-то! Я так и знала, что вы придёте сюда, – вдруг послышалось сбоку.
Золотая Ива подошла к нам – такая тонкая, в том самом белом платье, босая, точно не чувствовала холода. Немудрено: она совсем другое существо.
– Это ты здесь всех собрала? – окинул взглядом толпу Джант. – Я думал, ни у кого уже нет надежды, что путевые смогут найти для черепахи дорогу.
– Отчего же? Может быть,
Иными словами, «Да, это была я».
– Здравствуйте, – вдруг донеслось у Ивы из-за спины, и я вздрогнул.
Мира. Она была закутана в накидку с длинным шарфом. Наши взгляды столкнулись, и отчего-то я понял: сейчас тот самый момент, чтобы доказать. И ей, и Джанту, и Золотой Иве. Доказать, что я способен найти разгадку.
Я посмотрел на заходящий Игнис. Его лучи разливались по пустой долине. Чешуйки на голове черепахи отдавали рыжиной.
– Это Вергилий и путевые, – пояснила Золотая Ива. – Они те, благодаря кому Черепаховая Академия оказывается в нужном месте в нужное время. Они ищут ей путь для перемещения, чтобы она появлялась на другом конце света.
– Это… Не время, чтобы обсуждать это, – повиновался чувству я. – Мы здесь, чтобы
Ива удивлённо вскинула изящные тонкие руки и перевела взгляд на Миру. Та же уставилась на меня с неподдельным удивлением. И только пламенное сердце тихо-тихо подсказывало: она только рада, что я наконец-то понял.
Джант же улыбнулся. Он скрестил руки на груди, и татуировки заплясали по ним с новой силой.
– Так вот что всё это значит, – сказал он. – Я бы подумал, что вы трое сговорились против меня, но отчего-то я понимаю, что момент и вправду пришёл.
Мы обернулись к Игнису. Мы оба чувствовали его огонь. И я, и Джант это знали.
– Знаешь, почему я не стал рассказывать тебе всё прямо?
– Почему?
– Потому что я не хотел повлиять на твои выводы. Каждый из нас мыслит по-своему. Своими способами и своими идеями. Многие называют это философией. И каждый должен ей обладать, как бы то ни было.
Я промолчал. Задавать лишние вопросы сейчас ни к чему.
– Я его ещё не сделал. Свой вывод.
– Ничего. Сейчас самое время помочь тебе.
– Мне не нужна помощь.
– Правда? – усмехнулся Джант. – Видимо, ты и вправду достиг цели. Возможно, даже не той, о которой я думал.
Я вздохнул в предвкушении. Джант даже не подозревал, как много значили для меня эти слова. Но я сдержался.
– Пришло время, – сказал я, задвигав костяшками пальцев.
Я повернулся к Джанту. Тот же смотрел нам за спины. Я проследил за его взглядом.
Маги. Они смотрели. Что-то предчувствовали? Что-то знали? Зачем им слушать простого мальчишку, о котором они ничего не знают?
– Они знают то, что знаю я, – словно прочитал мои мысли Джант. – Что ты изменишь Черепаховую Академию.
Нет, Джант. Изменишь её ты. А я лишь изменю тебя.
– Что ты узнал, Феникс?
Я вздрогнул от его вопроса. Вот так сразу? Отчего-то мне казалось, что этот разговор должен был начаться с раската грома или чего-то похожего на него, уложенного в слова.
– Историю.
– Какую историю, Феникс? Историю чего?
Вдруг со стороны послышался голос: