Даша Сказ – Создадим Новый Мир (страница 45)
– Н-нет, Мира, ты не так поняла! – воскликнул я, вскочив за ней. – Это не я, это…
И как ей сказать об этом? А я вообще уверен, что это пламенное сердце толкает меня, а не мои собственные мысли?
– Всё я поняла! – отмахнулась она. – Пускай Джант помогает тебе разгадывать эти дурацкие загадки. Я тебе больше помогать не собираюсь!
На глазах поражённых жителей Академии Мира вылетела из таверны, оставив недоеденный бульон с костями и полную кружку воды. Я провёл по кружке рукой и, грузно сев на лавку, провёл рукой по лбу.
Какой же я дурак… Большой, большой дурак…
Я прежде не видел эту комнату. Я не мог вспомнить, как сюда попал. Единственное, что я знал и чувствовал, – это горький запах хрустящих поленьев костра.
Глаза с трудом разомкнулись, и я утонул в теплоте и уютной тьме. Когда зрение пришло в норму, я увидел комнату. Она дышала жизнью, дышала чем-то знакомым и одновременно неведомым. Тёмные стены из дерева, тускло светящийся камин, пёстрый ковёр и диван с двумя креслами. Хотелось погрузиться обратно в дрёму на этом мягком диване, укрывшись пледом с кисточками, под колыбельную шепчущей мамы…
Но вместо этого я, отогнав наваждение, поднял взгляд на кресло напротив меня. Совсем близко, у камина, расположились двое: тонкий мужчина в странной тёмной облегающей одежде и ребёнок на его руках. Ребёнок лет пяти-шести, тем не менее знакомый…
– Покажи-ка мне ещё, как ты умеешь.
Мальчишка горел, точно маленькая свечка, синим пламенем. Волосы его были совсем не бриты и даже немного пошли колтунами… Я улыбнулся, всё-таки узнав в ребёнке те уникальные черты.
Мальчик провёл пухлыми руками, и огонь в камине вспыхнул, едва не опалив ботинки мужчины. Тот увернулся, да как! Он взмыл в воздух – прямо вместе с креслом и мальчишкой, робко схватившимся за руки незнакомца.
– Молодец, Джант! Ты так продвинулся! И это всего за пару месяцев!..
– Сп-пасибо… Неизвестный…
Мужчина закружил маленького Джанта, но тот вместо смеха и восторга лишь робко прижимался к груди… Неизвестного?.. Это имя?
Я только сейчас осознал то, что, видимо, до этого момента казалось мне совершенно нормальным: я не видел лица этого Неизвестного. Вместо него было лишь белое пятно, размытое в постоянном движении.
– О, тебе не нужно бояться своей силы, мальчик мой. Это настоящий дар Богини! Ты ведь Её потомок! Внук, можно сказать!
Внук Богини?! Ну да, он же сын нимфы… В конце концов, все нимфы считаются дочерями Богини, пусть и не в буквальном смысле.
– Н-но… огонь делает больно, – пробормотал Джант, утыкаясь в плечо Неизвестному.
Тот похлопал его по спине со словами:
– Ты не виноват в том, что случилось. – Голос его был звонким в моменты восторга и мягким в моменты грусти. – Твой отец плохо обходился с твоей мамой, поэтому она и загорелась.
– Она… умерла… Пожар… всех убил, – пролепетал малыш. – Это я всё устроил…
– Это просто недоразумение. Ты здесь как раз для того, чтобы научиться этим управлять. – Мужчина кивнул на огненные волосы. – А я помогу тебе. Для этого я тебя и выкупил у отца – чтобы сделать тебя самым великим нимфейским магом.
За пару месяцев он научился управлять огнём… Получается, он здесь меньше года? И до попадания сюда столько всего произошло…
Я опустил взгляд и увидел, как искрилось пламенное сердце. Я почти не чувствовал жара…
– А вдруг не получится? Я и вас всех… – Джант прикрыл лицо маленькими ручками.
– Не получится. – Неизвестный склонился поближе к лицу мальчишки. – Я обещаю.
Вдруг кресло с грохотом опустилось, и Джант вновь прижался к груди Неизвестного. Никогда бы не подумал, что Джант, такой уверенный в себе мужчина, боялся в детстве каждого резкого звука.
– Давай я покажу тебе кое-что.
Прямо в полёте Неизвестный посадил Джанта себе на плечи и устремился в сторону выхода. Сон как рукой сняло – я помчался за ними.
Они перемещались буквально сквозь стены – я за ними. Откуда у меня такая способность?
Мгновение – и искры ослепили меня. Огни плясали перед глазами, заставляя щуриться. Остановившись рядом с Неизвестным, я обвёл взглядом то, от чего нас отделял балкон.
Академия. Черепаховая Академия. Такая, какой она должна быть. Яркая, цветастая, живая. Панцирь вокруг светился куполом и звёздами, точно повторяя рисунок ночного неба. В окнах мелькали силуэты, загораживая свет звёзд – окон, за которыми прятались верхние этажи.
Академгородок, как прозвал его Джант, двигался и полнился, точно муравейник. Муравейник с длинными лифтами, в которых парили невесомые платформы. Муравейник с пестрящим многообразием домов со всего мира. А главное – муравейник с обитателями. Парящими эллиадскими ведьмами в смешных колпаках, берскими знахарями с травами за пазухой, пляшущими та-аайскими шаманами, тихими лонгскими монахами в белых одеяниях. Далеко-далеко эхо шума, гама и музыки.
Это точно сон… Наваждение.
– Забудь, что было, Джант, – проговорил Неизвестный, сам с гордостью взирая на Академию. Свою Академию. – Это будет нелегко. Но мы поможем. Мы – твоя новая семья.
Он директор. Неизвестный, вот тот самый загадочный директор, ставший Джанту приёмным отцом.
А Джант тем временем впервые улыбнулся. Слабо, устало, но наконец-то со светом в глазах.
– А что это ты тут делаешь?
Знакомый голос… Но разве он должен здесь быть?
Я обернулся. Рядом, в паре метров, стоял взрослый Джант, скрестив руки на груди.
– Тебе разве не говорили, что лезть в чужие воспоминания без приглашения как минимум некрасиво?
Я открывал и закрывал рот, как выброшенная на берег рыба.
– Это… Я… – Мои слова отдались эхом в голове.
– Это я его пригласила, – раздался новый голос за спиной.
Я испуганно обернулся. Позади, держась за мои плечи, слегка парила Золотая Ива. Как и в тот раз, её улыбка отдавала безумно влекущей загадкой.
– Ив, – выдохнул Джант, – это
– Разве не всё моё и твоё – наше? – с хитрецой склонила Собачье ухо она.
– Боюсь, тут речь не о подсознании, – покачал головой Джант. – Неужели ты
– О, этот разговор не для его нежных ушек, – провела по моему уху пальцем та, и от одной мысли об этом я смущённо вздрогнул. – Не волнуйся, я тебе всё объясню. И извинюсь… должным образом. – Она подмигнула Джанту. Его улыбка сменилась с саркастичной на довольную.
– Что ж, на этот раз тебе придётся постараться…
– Подожди с этим. – Она взяла меня за голову. – Сначала надо проводить нашего гостя.
– До встречи, Феникс, – махнул рукой Джант.
– Пока… – только и успел сказать я, как Ива обернула мою голову.
И я наконец-то столкнулся с лицом Неизвестного. Белой, как снег, маской, с пустотами вместо глаз и рта. Улыбающимися, одновременно ужасными и отчего-то тёплыми.
Я распахнул глаза и выдохнул едва ли не со вскриком. Рукой я схватился за колотящееся сердце: я будто пробежался по лестнице от академгородка и до самого купола Академии. Голова закружилась, и второй рукой я зарылся в волосы, щупая кожу, будто это помогло бы мне избавиться от боли.
Голубая искра. В глазах перестало рябить, и я поднял их, чтобы увидеть лицо Джанта.
– Вот как, – изогнул бровь тот. – Значит, теперь ты знаешь.
– Я… Извини, это случайно вышло, – забормотал я, ещё не придя в себя.
– Ну это же не твоя вина, – пожал плечами Джант. – Тебе просто повезло, что Ив такая неугомонная в решении моих проблем за меня.
Наконец я смог сосредоточиться на чём-то кроме его головы. Мы находились в библиотеке – видимо, я уснул, пока читал. От голода сон одолевал сильнее. А толстый томик по истории родной Вондерландии послужил замечательной подушкой.
– Ну да это моя проблема, – покачал головой Джант. – Зато ты увидел Академию во всей прежней красе. До того, как она медленно завяла.
Он прикрыл глаза, горько усмехаясь. Я даже представить себе не мог, каково это – прожить столько лет, веков, видя, как твоя Родина умирает.
Но у нас есть возможность её возродить. И чем отчётливее я осознавал, какой упадок Черепаховой Академии пережил Джант, тем отчётливее понимал, как сложно будет по-настоящему впечатлить его и убедить помочь.
– Этот мужчина в маске?..
Прокашлявшись, Джант торжественно заявил: