Дарья Волкова – Встречные взгляды (страница 35)
Вот тишина и треснула.
Я спотыкаюсь прямо на пороге переговорной. Тишина не просто треснула. Она лопнула, вдребезги, пополам и как там еще говорят.
В переговорной меня ждут Борис Ильич, Анатолий и… братья Рудневы.
У Бориса Ильича зона роста – или убывания – волос находится на затылке и частично на висках. Куда-то туда и стремятся его брови. Он мужик тертый и неглупый, но сейчас видно, что происходящее сильно выходит за границы его личного опыта.
– Борис Ильич, вы не могли бы нас оставить? – сухо бросает Анатолий. Фраза на грани деловой этики, но Борис Ильич проглатывает. Молча идет к дверям. Я сторонюсь, а он косит на меня круглым глазом и почему-то и чему-то едва заметно кивает.
Мы остаемся вчетвером.
– Здравствуй, Леночка, – радушно, словно мы за пятничным ужином встречаемся в ресторане, приветствует меня Аркадий Руднев. Роман сдержанно кивает.
Они очень разные, эти братья Рудневы. Как чеховские «Толстый и тонкий». Роман невысокий, упитанный, полногубый, Аркадий, напротив, высокий, сухопарый, остролицый.
Первым тишину нарушает Анатолий. Сухо прокашливается.
– Лена не имела права так поступать.
– Толик, давай, ты жену потом будешь воспитывать, – роняет Роман. Он вообще немногословный, видно, что ничего не говорит, не подумав. Я бы предпочла отправить отчет ему, но у меня был только адрес Аркадия.
– Так бывшую жену и не повоспитываешь, – хмыкает Аркадий. – Ладно. Давайте сядем и поговорим.
Мы устраиваемся за столом. Начинает Аркадий.
– Итак, Ленусь, давай сначала по твоему отчету.
Анатолий морщится. Ему явно не нравится, что Аркадий называет меня то Леночкой, то Ленусей. Ради справедливости, для делового разговора это немного не то обращение, но Аркадий явно делает это намеренно. Похоже, как раз, чтобы задеть Анатолия. У них какие-то свои игры.
Делайте, что хотите, ребята, только дайте мне спокойно выйти из этой вашей игры для больших мальчиков.
– Слушаю. Готова ответить на любые вопросы.
– Лена, твой отчет…В нем все правда?
Я подбираюсь. С этими людьми надо следить за каждым сказанным словом. Не говорить лишнего, того, о чем не спрашивают. И ни в коем случае не врать.
– Извини, Аркадий, но твой вопрос кажется мне странным. Я аудитор. У меня образование и репутация. Отчет, который я отправила тебе и Анатолию – результат аудиторской проверки, проведенной по всем нормам и правилам.
Аркадий барабанит пальцами по столу.
– Я не сомневался в тебе, Леночка. А вот Анатолий… – он всем корпусом оборачивается к Калинкину. – Анатолий информировал нас о…
Он делает паузу. Ее подхватывает Роман.
– О том, что дела обстоят ровно противоположным образом.
Сейчас момент истины для всей этой ситуации. Я переплетаю до хруста пальцы. Так, наверное, чувствует себя какой-нибудь зайчик, оказавшийся в эпицентре схватки между двумя хищниками. Между львом и тигром, например. При том, что зайчик, лев и тигр не могут оказаться вместе на одной поляне. Да и вообще…
Ну, скажите же что-нибудь! Что вы молчите! Меня уже подташнивает от этой тишины. Мне от нее душно.
Дверь за моей спиной с грохотом распахивается. Я не успеваю повернуться. Кто-то проносится сзади меня, обдавая потоком воздуха.
А потом в поле зрения появляется… Леша. Он в одно движение хватает Анатолия за отвороты пиджака, встряхивает его со стула.
– Ах ты мразь…
Почти невидимый взмах руки, кулак припечатывает Анатолия по лицу, и он валится на пол. С грохотом двигаются стулья – мы втроем одновременно вскакиваем с мест. Я бросаюсь к Лешке, братья Рудневы от него.
Что успело случиться, что?!
– Не надо, пожалуйста, не надо! – я хватаю Лешу за руки, сердце колотится как сумасшедшее.
Анатолий ворочается на полу у наших ног, стонет. Я неосознанно глажу Лешку по бурно поднимающейся груди, пытаюсь успокоить, отвлечь. Глаза у него яростные. Не видела раньше таких.
– Мы вызываем охрану.
Лешка поворачивается к братьям Рудневым.
Они отступают оба, синхронно, на шаг.
– Янек? – выдыхает вдруг Роман.
– Рудик? – после паузы ответно выдыхает Лешка.
– Я так понимаю, охрану пока не вызываем? – это Аркадий.
Роман еще раз выдыхает, шумно.
– Янек, буянить больше не будешь?
Леша поворачивается к пытающемуся встать Анатолию. Потом снова поворачивается к Роману.
– У вас тут дележ имущества, да? – Роман едва заметно кивает. – Ну и разбирайтесь между собой! Ребенка зачем в это вплетаете?!
Глава 10.
– Ребенок – это… Лена? – круглеет глазами старший из Рудневых.
– Это мой сын! – рявкает Лешка. – А этот…
Мне кажется, что Лешка Анатолия сейчас снова ударит. Или пнет. А я ровным счетом ничего не понимаю! При чем тут Артем?! Но я снова беру Лешу за руку.
– Так… – Роман достает из кармана носовой платок, промокает лоб. – Ничего не понимаю. Давайте сядем за стол и поговорим. Анатолий, ты сам встанешь или тебе помочь?
Калинкин со стоном встает на четвереньки, поднимается, держась за стул. Ахаю. У него лицо в крови.
Роман проходит к двери и закрывает ее за защелку.
– Все за стол. Хватит мордобоя, давайте говорить.
– Может, для начала ты меня познакомишь? – Аркадий кивает в сторону Леши.
Я тоже совершенно не в курсе, откуда Лешка знаком с Романом Рудневым.
Роман вздыхает.
– Знакомься. Это Янек. В смысле, Янович Алек… сандр? – вопросительно смотрит на Лешу.
– … сей, – Леша отодвигает передо мной стул, садится рядом. – Не узнал тебя, Рудик. Хотя фотографии видел. И данные об образовании. Но не соотнес. Только сейчас узнал. Ты порядочно раздобрел.
Роман наклоняет голову, многозначительно выгнув бровь.
– И кто такой Алексей Янович? – не унимается Аркадий.
– Начальник правового управления, – представляется Алексей.
– А еще он мне когда-то в финале проиграл, – дополняет Лешку Роман. – Хотя я думал, что это мы вам проиграем. У вас такая крутая команда была. Только девка была тупая. Красивая, но тупая.
Это что-то невероятное. Наше с Лешкой двенадцатилетнее прошлое обступает нас просто со всех сторон. Ладно, оно все перелопатило между нами. Но что оно касается еще и Анатолия и его партнеров…
Аркадий закатывает глаза.
– А, этот ваш дурацкий КВН…
– Он не дурацкий! – Роман и Леша хором.
Потом нервно усмехаются оба. На какое-то время становится тихо. В этой тишине слышно только, как Анатолий, налив из бутылочки на платок воды, шумно отирает лицо от крови.