Дарья Щедрина – Сердечная недостаточность (страница 2)
– Десять лет?.. – переспросил главврач.
Липцовский прикинул, что в этом случае бедной Виноградовой было бы уже восемьдесят пять. И без всяких операций на сердце не каждый доживает до такого солидного возраста… Но спорить с сыном умершей он не мог, да и не хотел. Зачем ещё больше расстраивать человека?.. Наоборот, он кивнул, словно соглашаясь с собеседником, и сказал мягким, успокаивающим голосом:
– Уважаемый Вячеслав Альбертович, я вас очень хорошо понимаю и предлагаю дождаться заключения патологоанатома. Там видно будет. А пока повременим с обращением в полицию.
Главврач поднялся из кресла, давая понять, что разговор закончен. Виноградов поправил галстук, встал и упрямо выпятил подбородок:
– Тогда я сам вызову полицию!
– И что мы скажем полицейским? – Дмитрий Андреевич специально сказал «мы», не пытаясь снять с себя ответственность за произошедшее. – Кому и зачем в нашем санатории понадобилось лишать жизни милейшую пожилую женщину?
Виноградов растерялся, беспомощно захлопав ресницами. Похоже, и у него не было никаких предположений на этот счёт. Чем и воспользовался хозяин кабинета.
– Вот видите!.. Но я вас уверяю… – Липцовский вышел из-за стола и, придерживая посетителя под локоть, стал медленно продвигаться к выходу. – Если на вскрытии возникнут хоть малейшие сомнения в естественной смерти, я вам лично сообщу, и мы вместе обратимся в полицию.
Мужчина поднял на главного врача совершенно несчастные глаза и покорно кивнул.
– Да, наверное, вы правы. Просто для меня это такой удар! Я до сих пор не могу прийти в себя.
– Ещё бы! Понимаю.
– Но вы мне позвоните, когда получите заключение?
– Обязательно.
Виноградов скрылся за дверью, а Дмитрий Андреевич вернулся за стол, открыл нижний ящик, порылся там, вытащил потрёпанную книжицу в кожаной обложке. Полистав её и найдя нужную запись, достал мобильник и набрал номер.
– Юра? – спросил он, вслушиваясь в знакомый голос. – Здорово, дружище! Сто лет тебя не слышал. Вот, решил сам позвонить. А то ты у нас, господин полковник, слишком занятой, чтобы вспомнить хоть иногда о школьном товарище.
Глава 2
Однокашники
Со своим одноклассником и старым приятелем Юрой Кравченко они договорились встретиться в кафе на Среднем проспекте Васильевского острова, недалеко от дома, в котором выросли, и от школы, которую окончили почти сорок лет назад.
Отставной полковник полиции Юрий Никитич Кравченко сидел за столиком у окна и смотрел, как мимо здания кафе течёт неиссякаемая река пешеходов, спешащих к метро.
Димка Липцовский опаздывал.
Подошёл официант и поинтересовался:
– Вы уже готовы сделать заказ?
Кравченко вскинул усталые глаза на молодого человека в длинном малиновом переднике и дружелюбно улыбнулся:
– Я жду друга. А пока будьте добры, принесите мне минеральной воды без газа.
Официант кивнул и удалился.
Невольно наплывали воспоминания о детстве, школьных годах. Сколько же они с Димкой времени провели в этих старых дворах-колодцах! Сколько подвалов и чердаков облазили… Сколько раз им влетало от родителей за то, что поздно возвращались с улицы домой и не успевали сделать уроки…
Детство кончилось, и Дима поступил в медицинский институт, а он, Юра, пошёл на юридический факультет универа. Видеться стали реже. А потом, когда семья Липцовских переехала в другой район, встречи вообще свелись к минимуму, только изредка перезванивались, интересуясь новостями.
Поэтому звонок давнего друга вызвал у Юры неподдельное удивление: с чего бы это Димка вспомнил о нём?.. Неужели случилось что?..
Двери кафе распахнулись, и на пороге появился высокий, не полный, а скорее крупный мужчина под шестьдесят. Встретившись взглядом с Кравченко, он весь расцвёл, заулыбался, будто его ожидал не такой же немолодой солидный человек с поседевшими волосами, а прелестная молодая женщина.
– Прости, Юрка, за опоздание! – воскликнул Дмитрий Андреевич, крепко обнимая поднявшегося ему навстречу полковника. – Еле нашёл место припарковаться. Как здесь, на Ваське, вообще автомобилисты живут?.. Всё забито машинами под завязку!
– Привыкли уже: у каждого местного автомобилиста есть свои секретные места для парковки, – улыбнулся Юрий Никитич, снова усаживаясь за стол. – Закажем чего-нибудь поесть? А то я сегодня голодный.
– Я тоже. Давай поужинаем как следует. Есть тут что-нибудь стóящее в меню?
Старые товарищи долго выбирали блюда, делали заказ. Потом обсуждали последние изменения в своей жизни.
И лишь в конце ужина Липцовский решился заговорить о главном.
– Юр, мне вообще-то нужна твоя помощь как профессионального сыщика, – отставляя пустую тарелку, сказал Дмитрий Андреевич.
– Дим, я же бывший сыщик! Уже год сижу на пенсии, от безделья маюсь.
Юрий Никитич тяжело вздохнул:
– Но мозги-то свои сыщицкие при тебе остались?..
– Да вроде остались. А что случилось?
Официант принес десерт и кофе, убрал блюда и тарелки.
– В нашем санатории умерла пациентка.
– Криминальный случай? – Тёмные, не тронутые сединой и так контрастировавшие с почти белой шевелюрой брови Кравченко взметнулись на лоб.
– Трудно сказать, – Дмитрий Андреевич пожал плечами. – Женщине исполнилось семьдесят пять, почтенный возраст. Недавно перенесла сложную операцию на сердце, но шла на поправку. И вдруг неожиданно скончалась в палате. Утром её обнаружила дежурная медсестра.
– Ну, насколько я знаю, в этом возрасте может случиться что угодно. Старость, она такая непредсказуемая штука…
– Конечно, – кивнул Дмитрий Андреевич. – Мы бы тоже так отреагировали, если бы сын пациентки не поднял шум. Он требовал, чтобы я вызвал полицию, потому что был уверен, что мать умерла не своей смертью.
– Но ты не стал вызывать полицию, – скорее утвердительно, чем вопросительно заметил Кравченко и отправил в рот кусочек вкуснейшего десерта.
– Не стал. Вот только разборок с полицией мне сейчас не хватает! Ты бы на моём месте тоже не стал. Да и никаких веских оснований для обращения в полицию нет.
Юрий Никитич обратил внимание, как раскраснелись щёки его собеседника, как заблестели глаза. Разволновался главный врач, встревожился.
– Но есть два момента, которые не дают мне спокойно спать, – продолжил Дмитрий Андреевич, перейдя на громкий шёпот и склонившись через стол. – Во-первых, это уже не единственный случай неожиданной смерти пациента. Обычно у нас люди умирают редко, даже крайне редко – один раз в год, а то и реже. А тут как прорвало! За последние три месяца третья смерть. И во‐вторых… – Липцовский сделал паузу и поднял на друга виноватые глаза. – Я специально попросил патологоанатома взять кровь на всякую химию. Так вот… у этой женщины в крови была большая доза препарата, понижающего давление. Она принимала этот препарат, но в адекватной дозе. А тут доза огромная. И непонятно: то ли она сама случайно (а может, и не случайно!) приняла лишнюю порцию, то ли кто-то заставил её принять… Помоги во всём этом разобраться, Юр.
Полковник задумался, глядя в окно. Он любил свою работу и отдавал ей всего себя, что не замедлило сказаться на семейной жизни. Светлана, его жена, не выдержала и подала на развод, искренне считая, что лучше быть одной, чем с мужем-полицейским. Спокойнее, по крайней мере. Их сына Артёма, собиравшегося пойти по стопам отца, она уговорила поступить в инженерный вуз. Теперь Артём, уже взрослый, со своей семьей жил и работал в Индии, где вместе с другими специалистами из России строил атомную электростанцию. Полковник не видел сына уже три года.
Выйдя на пенсию, Кравченко оказался точно на другой планете: всё чужое, незнакомое, не знаешь, чем заняться, как распланировать день, куда пойти. Одиночество и чувство собственной ненужности навалились и придавили бетонной стеной. Откуда ни возьмись повылезали всякие болячки, на которые во время службы он и внимания не обращал. А тут выяснилось, что надо регулярно пить таблетки. Но и лекарства не помогали от плохого настроения.
Просьба Димки заставила полковника встрепенуться. Внутри сразу пробудился дремавший целый год инстинкт сыщика. Он, словно охотничий пёс, почуял запах дичи и насторожился.
Но пришедшая вместе с пенсией неуверенность в себе заставляла сомневаться:
– Дим, у меня теперь нет никаких полномочий, даже удостоверения нет. Да и убийствами я никогда не занимался, только кражи да грабежи. Что я смогу сделать?
– Ты сможешь разобраться в ситуации и сказать, стоит ли обращаться в полицию, – уверил его старый друг. – Совсем не хочется поднимать панику без особых оснований. Да и репутация санатория для меня очень важна.
Кравченко рассеянно крутил в руках кофейную чашку, совсем позабыв про свой любимый десерт. Дмитрий Андреевич решил помочь ему принять решение:
– Юр, давай я тебя оформлю в санаторий в качестве пациента. Заодно пройдёшь обследование, здоровье поправишь. Погрузишься, так сказать, в обстановку. Посмотришь, послушаешь, пообщаешься с людьми. Я тебе выделю отдельную комфортабельную палату!
Последний аргумент заставил Юрия улыбнуться:
– Просто подкуп какой-то! Будь я действительно должностным лицом, я бы начал подозревать тебя бог знает в чём.
– Ну, друг мой, в некоторых случаях приходится идти на многое.
– Но не на нарушение закона!
– Конечно! Закон – дело святое. Так ты согласен?..
Дмитрий Андреевич внимательно посмотрел в серые глаза друга и заметил вспыхнувший там огонёк.