Дарья Сафронова – Танец лебединых дев (страница 9)

Ксения зарделась и торопливо отвернулась от отца, пытаясь скрыть от него нахлынувшее не ко времени смущение.

– Ты, – купец ткнул толстым пальцем в Емельяна, – пойдешь сейчас на барский двор. Конь у барина занемог, не ест ничего и никого к себе не подпускает. А силища у него такая богатырская, что никто с ней не совладает, дюже что нездоровится животине. Ужо двоих чуть не зашиб копытом-то. Работники подступиться к нему боятся. А ты вроде как с конями ладишь, авось и обойдется…

– Батюшка! – подала голос мочащая до того Ксения. – А коли конь и Емельяна к себе не подпустит – что тогда?

– Ну что тогда поделать, – купец развел руками, – не подпустит – стало тому и быть тогда.

– А коли копытом вдарит?! – А то уже не твоего ума дело! – резко оборвал ее Ястремской. – Ты куда собиралась? Колядовать? Вот и иди куда шла! Нечего в конюшне отираться!

Ксения обиженно надула губки и, бросив на отца недовольный взгляд, вышла на улицу.

– Ишь ты! Вырядилась стрекоза, – купец покачал головой в след дочери.

Емельян равнодушно наблюдал за перепалкой отца и дочери. Он, не произнеся ни звука, поднял лежавший на сене тулуп, который служил ему и верхней одеждой и одеялом. Тем временем Ястремской перевел на него тяжелый недовольный взгляд. Любой другой из работников испытал бы при этом небывалую панику, но только не Емельян. Молодой ведун нарочито медленно одевался, старательно делая вид, что ему нет никакого дела до хозяйского негодования.

– Смотри у меня, шельмец, – сквозь зубы пригрозил купец, в бессильной ярости сжимая и разжимая кулаки. – Не вздумай на Ксению заглядываться! Коли что не так – я тебе такую жизнь устрою, что небо с овчинку покажется!

Емельян отвернулся от негодующего Ястремского, пытаясь изо всех сил сдержать рвущееся наружу негодование. Да купеческая дочка – последняя из всего Улесовья, на кого бы посмотрел Емельян. Мало того, что неведующая – так еще и глупа без меры!

Ястремской, похоже, по своему истолковал молчание молодого работника.

– Ах, ты, ирод проклятый! – взревел купец. – Воспитали поганца на свою голову!

В тот же миг в спину Емельяна прилетел вполне ощутимый удар купеческим кулачищем. От неожиданности парень с трудом устоял на ногах. Это было что-то новое… или хорошо забытое старое? С тех пор, как Емельян вернулся к Ястремскому, тот ни разу больше не решался поднять на него руку. В голове всплыли услышанные еще ребенком при первой встрече с Гневояром слова: «Сила твоя не обычная. Сила твоя – ведовская, ты этот мешок одной силой мысли поднять сможешь». Нет! Он ни за что больше не позволит поднять на себя руку. Никому не позволит, а уж тем более какому-то жалкому неведующему!

Емельян развернулся так резко, что купец от неожиданности попятился. Но, опомнившись, рассвирепел еще больше.

– Щенок!

Вдруг его занесенная для удара рука безвольно опустилась и плетью повисла вдоль туловища. Ястремской какое-то время не понимающе смотрел на нее, не в силах поверить, что конечность больше его не слушается. Попытка сделать шаг тоже не принесла успеха. Ястремской покраснел от натуги и выпучил глаза. Емельян с независимым видом обогнул хозяина, намереваясь выйти вон. В след ему донеслось жалобное хозяйское мычание. Обернувшись, молодой человек пожал плечами:

– К барину пойду коня глянуть.

***

На морозе дышалось и думалось легче. Ни малейшего раскаяния от содеянного молодой ведун не испытывал. Он лишь остановил попавшуюся ему на пути Пелагею, сказав, что хозяина, перенервничавшего из-за барского приезда хватил удар, и нужно бы послать за Миронихой.

Расторопная Пелагея в тот же миг бросилась к конюшням, откуда в скором времени начало доноситься ее причитание.

Емельян тем временем уже шагал в сторону барского терема. Навстречу ему попадались весело распевающие песни компании. Некоторые пытались позвать его с собой, особенно старались девчата, многие из которых беззастенчиво начали заглядываться на видного красавца к большому неудовольствию родителей. Да, и кому это понравится – сирота без роду и племени, батрачивший на купца, даром что пригожий уродился.

На барском крыльце молодой человек немного замялся, ощущая нахлынувшую на него непонятно откуда робость. Только он, собравшись с волей, поднял руку, чтобы постучать, как дверь отворилась, и на пороге возникло веснушчатое улыбающееся лицо.

– Барин сказывал, что ты уже подходишь, – добродушно пояснил рыжеволосый паренек. – Проходи.

Емельян, кивнув в ответ, последовал за барским слугой, удивившись при этом откуда барину стало известно о его приходе. В одном из крытых помещений, находящихся во дворе, что-то громыхало, словно громоподобные раскаты. Рядом с широкой дверью, больше напоминающей створку ворот, толпились люди. Один из стоящих выделялся из толпы. Его одежда была расшита золотом, что говорило о высоком статусе. Седые прямые волосы спускались до самых плеч. Лицо казалось суровым, но в то же время невольно посещала мысль, что этот человек не будет почем зря распускать руки и лупить слуг.

Рыжеволосый подвел Емельяна к барину и проговорил:

– Ваша светлость, вот конюха привел.

Внимательные синие глаза (раньше Емельян никогда не видел такого цвета глаз) окинули пришедшего взглядом.

– Верно сказывают – кони тебя слушаются? – голос незнакомца показался приятным.

– Верно, – в ответ кивнул Емельян, невольно робея. – Это хорошо, что слушаются. Только мой конь не обычный. Яростный, как огонь. Стремительный. Такой и зашибить может, что ему не по нраву придется. Так что, если боязно к нему входить – ты мне сразу скажи. Я настаивать не буду.

– Нет, барин, не боязно. Только что же мне сделать надобно? Неужто только и звал, чтобы посмотреть зайду али нет?

– Ногу мой красавец потянул. Нужно ему примочку целебную сделать. Мазь мои люди приготовили, а подойти не могут.

– Понял. Давайте мне мазь, все сделаю.

Все тот же услужливый рыжеволосый паренек протянул Емельяну горшок с едко пахнущей мазью и тряпицу для перевязки.

– Как коня кличут? – спросил молодой ведун перед тем как войти в стойло.

– Огонь, – ответил хозяин, нервно теребя седую бороду.

Ничего не скажешь, необычное имечко для коня! Да, видать, оно под стать животинке пришлось.

Неожиданно в глаза Емельяну бросился серебряный массивный перстень на барской руке с витиеватой выгравированной на нем буквой «Г». От украшения исходила сила, природу которой с ходу разгадать молодому человеку не удалось. Он просто почувствовал, что барин обладает вещицей, когда-то явно принадлежавшей ведуну или древнему жрецу. Эх, неплохо бы помочь барскому любимцу, а в награду запросить этот перстень. Может, барин и согласится с ним расстаться, коли не знает его истинной силы.

Заинтересованный взгляд Емельяна не укрылся от Голицына, который, поняв, что заинтересовало парня, нахмурил брови. Молодой ведун поспешно отвел глаза и шагнул в помещение к коню, где мысль об украшении вылетела из головы моментально, стоило только увидеть необычного барского питомца.

Глава 7

Глава 7.

Емельян в нерешительности замер, разглядывая огромного коня необычной масти. Ему никогда не приходилось видеть лошадей, в окрасе которых были смешаны цвета: от белоснежного до вороного, от серого до бурого. Но больше всего молодого человека поразила грива: пышная огненно-рыжая копна, которая при малейшем движении головы создавала ощущение игры огненного пламени. От могущественного тела, в котором грудой переваливались исполинские мышцы, веяло жаром, а еще свободой. При взгляде на коня не могло возникнуть никаких сомнений, что его нрав не из простых.

Животное повернуло голову в сторону вошедшего. Внимательные и умные глаза скользнули по Емельяну. В какой-то момент молодому человеку показалось, что сейчас конь дернется в его сторону. Один выпад огромным копытом, и уже никто и ничто не спасет его от гибели. Даже Гневояр со своими мудреными учениями и травами. Но все эти опасения были бессмысленны перед невыносимым желанием приблизиться к коню, провести рукой по его гладкой шерсти, приласкать…

– Огонь! – позвал Емельян, осторожно приближаясь.

Обеими руками парень прижимал к себе горшок с мазью. Конь издал ржание, от которого заложило в ушах. Поистине богатырский конь – пронеслось в голове. Такой бы под стать былинному богатырю!

– Красавец! – не сдержав восторга, произнес молодой ведун.

В ответ снова послышалось оглушительное ржание, в котором, как показалось Емельяну, звучало одобрение. Умный конь несомненно не только понимал человеческую речь, но и полностью разделял мнение парня о себе.

При этом Емельян внимательно вглядывался в животное, пытаясь определить, какую ногу повредил красавец. Его пристальный взгляд, видимо, не понравился Огню, и конь недовольно всхрапнул.

– Тише-тише! – успокаивающе проговорил Емельян. – Я же с добром к тебе пришел. Помочь хочу. Вот! – парень продемонстрировал горшок с мазью.

И тут случилось чудо! Конь, словно понял его слова, покорно опустил голову, повернулся чуть в бок и вытянул перед Емельяном ногу. Молодой человек с ужасом заметил глубокую рваную рану на ноге, без сомнения оставленную острыми зубами неведомого хищника. Вот только какого? Укус был похож на волчий, только раны от клыков впивались в плоть намного глубже.

Нервно выдохнув, Емельян опустился перед конем на колени и осторожно начал наносить мазь. Хотя в голове крутились сомнения – сможет ли помочь вязкая неприятно пахнущая жижа от таких ран?